Между нами химия

      В этот тёплый весенний день, я сидел на уроке химии и всеми силами пытался закрыться от солнечных лучей. А ещё пытался не умереть от тоски, но это было уже труднее. Весь бубнёж Ларисы Анатольевны я пропускал мимо ушей, получая за это суровый взгляд. Она и так отсадила меня от моего друга Димки с последней парты на третью, чтобы я «лучше впитывал знания», но это совсем не помогало. Скорее наоборот. Теперь все мои мысли были заняты не таблицей Менделеева и не химическими реакциями, а одним голубоглазым брюнетом, который сидел на второй парте по центру. Я просто целый урок неотрывно смотрел на него и невольно вздыхал когда он переговариваясь с соседкой, поправлял свои взъерошенные волосы. А когда он улыбался, я думал что моё сердце остановится. Ну почему ты такой офигенный?       В тех редких случаях, когда Арсений поворачивался в мою сторону, я резко переводил взгляд на сидящего спереди Макара. Наверное это очень странно выглядело со стороны. Я смотрю на Арсения, он смотрит на доску. Он смотрит на меня, я смотрю на Макара. Потом снова смотрю на Арсения, а Дима смотрит на меня испепеляющим взглядом с задней парты. Думаю, он начал что-то подозревать, но мне было как-то пофиг на это. Арсения природа красотой не обделила, А на меня огромный болт забила.       Именно это, я начирикал в тетрадном листочке, а потом гневно смял его. В этот момент Лариса Анатольевна недоуменно посмотрела на меня и подняв брови, как бы невзначай сказала: — Кстати за контрольную все получили удовлетворительную оценку, — я немного взбодрился, — Все кроме, Шастуна. Ну кто бы сомневался. — Неужели ты совершенно не понял тему? — спросила учительница так, как будто я не знал алфавита. Я поэт, а не химик! Не видно что ли?       Но вслух я это произнести не решился, поэтому просто обречённо покачал головой. — Зайди ко мне после уроков.       О нет. Только не это. Не хватало мне полтора часа сидеть в душном кабинете, пока учительница будет пытаться вдолбить в меня знания. Знаем, проходили. Я как раз собирался после уроков пойти с друзьями развеяться и в частности отвлечься от Арсения. Но нет. Всё коту под хвост.       Я расстроенно лёг на парту и снова перевёл взгляд на Арсения, который довольствовался своей пятёркой. Ненавижу тебя, но безумно люблю. Для тебя сорвал бы с неба звезду.       Мне пора завязывать с поэзией.       Прозвенел звонок и я, быстро закинув свою полупустую тетрадь в рюкзак, собирался выйти из кабинета. Но не тут-то было. Арсений, быстро пробежав мимо, задел меня, и я повалился на пол. Я долго лежал, растянувшись во весь рост, и не совершал попыток пошевелиться. — Прости, всё в порядке? — обеспокоено спросил Арсений, предварительно крикнув своему другу, что он его догонит. — Ага, — ответил я, всё ещё не двигаясь. — Может тебе помочь? — видимо его смущало, что я не двигаюсь, но я как-то не подумал об этом. — Да нет, мне и на полу хорошо. Поздравляю, Шастун, теперь ты выставил себя идиотом перед предметом твоего воздыхания. Молодец.       Арсений всё равно протянул мне руку и я неуклюже встал на ноги. Учительница всё это время тихо наблюдала происходящее, не зная, что ей думать. В конце концов она выгнала нас из кабинета, и мы разошлись.

***

      Отсидев последний урок, я поплёлся на третий этаж. Я зашёл в пустой кабинет. Учительница видимо вышла из класса. Я приземлился на первую парту и бросил рядом с собой рюкзак. Закинув ноги на парту, я морально готовил себя к утомительному остатку дня. Вдруг в кабинет постучались. Я резко скинул ноги и поправил галстук, который я наспех напялил утром. В кабинет заглянул… Угадайте кто? Из тысячи учащихся нашей школы, из десятка учителей в один из сотни кабинетов зашёл именно несравненный Арсений Попов. Судьба странная штука. На нём была чёрная выправленная рубашка и чересчур зауженные чёрные джинсы, с которых свисали подтяжки. Я считаю, что нужно запретить носить такие узкие джинсы. Я же оторваться от его ног не могу, а это ненормально.       Я удивлённо вскинул брови. С химией у него явно было всё в порядке, поэтому я не видел смысла ему приходить сюда. — О, привет, — сказал парень, сев рядом со мной. — Ага, виделись недавно, — почему-то в моей голове это звучало менее грубо. — Не знаешь где Лариса Анатольевна? — Не-а, сам её уже… — я посмотрел на часы, а потом вспомнил, что забыл их дома, — Короче уже долго жду.       Арсений широко улыбнулся и у меня по коже пробежались мурашки. Ну что за хрень. — А ты зачем пришёл? — я явно не мастер в разговорах, потому что это опять прозвучало слишком грубо. — Да так, по поводу олимпиады. — Ммм, ясно, — на большее я был не способен и продолжить диалог мне не удалось, поэтому мы просто сидели и молчали некоторое время.       У меня было странное чувство. С одной стороны, я хотел, чтобы он ушёл, и тогда бы неловкость и смущение пропали. Но с другой стороны, я хотел, чтобы мы и дальше так сидели. Просто сидели рядом и молчали. На большую близость я мог не надеяться, поэтому я дорожил каждым моментом проведённым вместе. А сейчас мы были с ним наедине и это заставляло моё сердце биться в ускоренном ритме. Вдруг он неожиданно повернулся ко мне и на полном серьёзе сказал: — Слушай, мне кажется, что ты — гей. — Что? — я выпучил глаза и посмотрел на него. Такого я точно не ожидал. Неужели я так палюсь? — Ну ты целый урок пялился на Макара не отводя от него глаз. Да и я давно заметил, что между вами есть какая-то химия. — Химия, — фыркнул я, — Химия проходит в этом кабинете, а между мной и Макаром ничего нет. Да я вообще не на него смотрел. — Да? А на кого же? — недоверчиво спросил Арсений. На тебя. На тебя я смотрел, дурачина. Как это вообще можно было не заметить? Да я постоянно смотрю на тебя. Взглядом тебя пожираю. Я дрожу от каждого твоего прикосновения. Да чёрт возьми, я даже стихи пишу. Глупые, но всё же.       Конечно, всё это никак бы не оправдало меня как гетеросексуала, но это хотя бы было правдой. Но почему-то я побоялся это сказать. Я не мог выдавить из себя ни слова. Просто тупо смотрел в глаза Арсению. — На тебя, — всё-таки прошептал я, почти не дыша.       В следующий момент произошло нечто странное. Пиздецки странное. Необъяснимое. Ломающее моё представление о жизни. Ну короче вы поняли. Арсений прикрыл глаза и слегка приблизился ко мне. Я чувствовал его дыхание и инстинктивно приблизился в ответ. И тут Арсений нежно прикоснулся своими губами к моим. Я дотронулся до его волос и ответил на невесомый поцелуй. Всё, моё сердце остановилось и похоже это конец.       Арсений немного отстранился и посмотрел на меня. Моё сердце начало резко биться. Хорошая новость — я не умру. Плохая — внутри меня сейчас творился хаос. Мне хотелось одновременно зарыдать, засмеяться, закричать от радости, биться в конвульсиях, обнять, оттолкнуть Арсения, убежать, остать с ним навсегда или выпрыгнуть в окно. Мы долго молчали и я понял, что внутри него тоже творилась полная неразбериха. Всё ещё глядя на него, я тихо произнёс: — Мне кажется, ты — гей. — Возможно, — задумался он, — Я давно хотел сделать это. Ты мне нравишься. — Арсений поджал губы и посмотрел на меня. — Ты мне тоже нравишься, — тихо сказал я. — А давай свалим, — неожиданно предложил Арсений и его глаза загорелись. — В смысле? — Ну в прямом. Тебе же тему надо объяснить? — Ну да. — Я могу тебе всё рассказать и получше учительницы.       В этом я почему-то не сомневался, но соглашаться всё равно не спешил. — Ладно, — я резко встал из-за парты, и Арсений улыбнулся мне.       Мы выбежали из класса и вышли на улицу. Стояла прекрасная погода. Мы решили позаниматься на природе. Нашли тихий сквер и остались там. Мы много смеялись, болтали, потом пошли гулять и гуляли до позднего вечера. В общем этот скучный ничем не примечательный день превратился в лучший день моей жизни. — Мне кажется между нами определённо есть какая-то химия, — задумчиво сказал Арсений. — Нет, только не химия, её я уже не переношу. Может лучше физика? Или литература? — мы рассмеялись.       Стоит сказать, что тему я вызубрил на отлично. И вообще химия стала моим любимым предметом.