Несмотря ни на что

Усаги: Собрав все нужные вещи, я спускаюсь по лестнице в гостиную комнату и, поставив чемоданчик возле дивана, захожу на кухню, чтобы заварить себе крепкий черный кофе. Сказать, что я волнуюсь — это не сказать ровным счетом ничего. Даже от одной мысли, что придется провести некоторое время вместе с ним под одной крышей, меня охватывает страх — а смогу ли я продержаться и не выдать себя? Размоется ли грань между профессионализмом и человеческим фактором, возьмут ли верх обида и злость? Конечно же, страх присутствует, но я не могу оставить его… Свист чайника приводит меня в себя и, взяв его, я наливаю кипяток в чашку. Медленно размешивая ложкой ароматный напиток, я проваливаюсь в воспоминания. Был теплый солнечный день. Я вышла из дома, поцеловав маму на прощание в щечку, и направилась к автобусной остановке. На сердце было легко и радостно, ведь для исполнения своей мечты — стать психотерапевтом — я поступила в самый престижный университет страны. Но больше всего меня радовал тот факт, что я наконец-то увижу его — свою безответную любовь. От новости, что он третьекурсник этого самого университета, я чуть с катушек не слетела. Сейя Коу — красавчик и неисправимый сердцеед. Лишь один его взгляд  — и все девушки падали у ног парня, а его ослепительная улыбка… Я по уши была влюблена в него. Проходя мимо дома Коу, я бросила мимолетный взгляд на дверь двухэтажного здания и увидела, как парень выбежал из дома, попутно махая рукой и прощаясь со своей бабушкой. Родители Сейи погибли в автокатастрофе, когда ему было десять лет, и мальчик переехал к нам по соседству со своей бабушкой — очень милой пожилой дамой. Он был старше меня на два года, и это была любовь с первого взгляда. Сердце пропустило несколько ударов при виде его. Он подбежал к своей новой машине и, завизжав мотором, выехал со двора, попутно чуть не сбив меня. Как всегда, и на этот раз он меня не заметил. Зайдя во двор университета и направляясь быстрым шагом к своему корпусу, я настолько была погружена в свои мысли, что не заметила, как врезалась в кого-то и уселась пятой точкой на асфальт.  — Осторожнее, так можно и людей покалечить! Услышав знакомый голос, я подняла удивлённый взгляд на его обладателя. Сейя стоял и смотрел на меня сверху с насмешливым взглядом, явно ожидая от меня извинения. Я же, удивленная, что он со мной заговорил, не смогла и слова проронить, поэтому всё ещё сидела на земле и всматривалась в его прекрасные глаза цвета ночного неба. Заметив мою растерянность, тот присел на корточки и с улыбкой на губах проговорил:  — А ты забавная… — его бархатистый голос гипнотизировал, дурманил и манил. Такая близость вскружила мне голову, и я совсем потеряла счет времени.  — Усаги… Усаги Цукино. — вырвалось с моих уст.  — Усаги! — повторил он, все еще улыбаясь, и подал мне руку. Когда я прикоснулась к его теплой руке, меня ударило током, и приятная дрожь прошла по всему телу. Не успела я моргнуть и глазом, как его вторая рука скользнула по моей талии, он подхватил меня, и я оказалась прижата к широкой груди парня. Я чувствовала каждую мышцу его накаченного тела. Мне было так неловко тогда.  — Вижу, ты времени зря не теряешь! — смех молодого мужчины приводит меня в себя, и я отталкиваю брюнета от себя. Высокий блондин с голубыми глазами смотрел на нас нескрываемым интересом:  — О, да она просто… — от его пристального взгляда мне стало как-то не по себе. Он внимательно осмотрел меня с ног до головы и улыбнувшись, добавил: — принцесса!  — Мы только что познакомились. — проговорил Сейя и, взглянув на меня, улыбнулся — Познакомься, Усаги Цукино, — представил он меня своему другу, тот сделал шаг в мою сторону и подал руку для рукопожатия.  — Харука Тено. — представился блондин и улыбнулся, когда я пожала его руку в ответ.  — Вообще-то, — опустив голову, промямлила я, стесняясь посмотреть на Сейю, — Мы знакомы уже давно.  — Правда? — удивлённо проговорил Харука и вопросительно посмотрел на своего друга. Брюнет лишь пожал плечами, виновато посмотрев на меня. «Ну конечно же, он меня не помнит.»  — Мы соседи…  — Цукино… Оданго, это ты? — не дал договорить мне Сейя. Его глаза цвета ночного неба удивлённо посмотрели на меня, и легкая улыбка заиграла на его губах:  — Все же решила сменить прическу? Тебе идет! Раздался звонок, оповещая нас, что пары начались.  — Извините, я должна идти… — свободно вздохнув и слегка улыбнувшись, я продолжила путь. Радость от того, что он наконец-то заметил меня и заговорил, охватила моё сердце полностью. Я была на седьмом небе от счастья.  — Еще встретимся, Оданго! Нет, это не был голос Сейи. Это был Харука, который, улыбаясь, махал мне рукой на прощание, а вот Сейя стоял и смотрел на меня задумчивым взглядом. Если бы я только знала тогда, чем обернётся для меня это знакомство… наверное, предпочла бы оставаться в тени.  — Снова уходишь? — голос моего мужа возвращает меня в реальность. Глубоко вдохнув, я оборачиваюсь к нему лицом и смотрю на блондина, не проронив и слова. Его голубые глаза смотрят на меня устало. Бросив маленький черный мужской портфель на диван, он делает несколько шагов в мою сторону.  — Надолго?  — Алмаз… — мне не по себе от такой близости, и я делаю шаг назад. Тот вцепляется в мой локоть и прижимает меня к себе. — Прошу, отпусти…  — И куда ты идешь? — его голос холоден и груб, как и всегда за последний год.  — К пациенту… — отчеканила я и, вырвавшись из крепкой хватки мужчины, проговариваю, не отводя взгляда от его небесно-голубых глаз. — Если ты за эти три года всё ещё не понял, что моя работа  — это моя жизнь и что мне нравится помогать людям, то ты знаешь, как уладить эту проблему, подпиши документы! Алмаз не говорит ни слова, лишь смотрит на меня невозмутимо. Я ухмыляюсь и, взяв свой чемоданчик, выхожу из дома, оставляя мужчину одного. Даймонд Акияма, известный также как Алмаз — известный адвокат и мой муж уже почти три года. Познакомились же мы на судебном заседании, где он защищал права моей пациентки, над которой муж издевался пять лет, доводя её до нервного срыва. Конечно же, мы выиграли это дело  — и после этого и закрутился наш роман. Поначалу всё было просто превосходно, он был терпелив и заботлив, ухаживал за мной. Но потом все изменилось. В этом есть и моя вина, ведь несмотря на то, что мне он чертовски нравится до сих пор как человек, как любовник, в конце концов… я не могу дать ему то, чего он так жаждет — любовь и всё своё время. Я не могу отказаться от своей работы, если даже в состоянии закрыть глаза на отсутствие первого. Что поделать, моё сердце… оно разбито и не в состоянии кого-то полюбить вновь. А я пыталась… всеми силами пыталась. Но потом, разобравшись… просто перестала мучать себя и его. Такси медленно двигается по широким улицам города. Солнце светит ярко, пробираясь сквозь высокие здания. С самого утра стоит невыносимая жара. Я очень изменилась за последние пять лет. От той жизнерадостной девушки не осталось и следа. В повседневной жизни я доктор и погрузилась полностью в свою работу, изменив в себе все: стиль, вкус во всем — даже в парфюме, манере разговора… Лишь со своими пациентами я становлюсь той Усаги, которой я была до него… точнее, до предательства… Звонок мобильника привлекает моё внимание, я достаю телефон и, узнав звонящего, сразу же отвечаю.  — Доброе утро, Усаги! — голос мужчины звучит дружелюбно. — Я прошу прощения, сегодня я не смогу вас встретить, поздно ночью мне пришлось срочно выехать из города по важным делам. Прошу, не оставляйте моего кузена одного, как бы грубо он себя не вел с вами.  — Все нормально, господин Икэда — улыбнулась я, а вот сердце затрепетало. — Я присмотрю за ним.  — Спасибо вам и прошу, обращайтесь ко мне по имени. Через полчаса, я стою у двери квартиры Коу и не решаюсь зайти внутрь, рассуждая о том — а правильно ли я поступаю… Вдруг дверь неожиданно открывается, и мои глаза встречаются с темно-синими глазами Сейи.  — Может, наконец-то войдете в дом! — грубо проговаривает он и, сделав шаг налево, освобождает проход.  — Как вы…  — Файтер! — отрезает тот, не давая мне закончить предложение. Оборачивается и медленно идет вглубь квартиры. Файтер стоит и, виляя хвостом, приветствует меня, гавкнув. Я улыбнулась псу и зашла, прикрыв за собой дверь. Сейя, наткнувшись ногой на диван, присел на него.  — Как видишь, заходя в дом, ты оказываешься в просторной гостиной комнате, — произносит он тихо и не спеша, опустив взгляд в пол. Файтер присел у ног хозяина, смотря на меня заинтересованным взглядом.  — Справа находится кухня и столовая комната. С левой стороны расположены две спальни с ванной комнатой посередине. Первая дверь — вход в твою спальню. А дверь, расположенную поближе к выходу на террасе, рекомендую не открывать никогда. Это моя комната и я не хочу, чтобы ты туда заходила!  — Как скажете… — шепчу я. Его голос звучит так грубо, что мне становится слегка не по себе от его тона.  — В ванную также можно попасть прямо из спальни. — улыбка на его лице дает мне знак, что он доволен моим ответом. — Так что, заходя внутрь, ты просто закрываешь на ключ две остальные, если не хочешь, чтобы я тебя видел при… — замолчав на минуту и, ухмыльнувшись, продолжает: — А о чем это я… В общем, ты меня поняла. А теперь, можешь устраиваться. Только пожалуйста, не доставай меня; если мне что-нибудь понадобится, я просто позову тебя. Я молча захожу в свою комнату. Закрыв за собою дверь, тяжело вздохнув и прикрыв глаза, прислоняюсь к двери и сползаю вниз, усевшись на полу… Слезы оставляют влажные следы на моих щеках. Сердце ноет… а разум отказывается принять очевидное… Через час, прибравшись в своей комнате, я выхожу. Сейя стоит на террасе под палящим солнцем и смотрит на голубое небо, если можно, конечно, так выразиться. Я застываю и, опираясь плечом о дверной косяк, всматриваюсь в небо. Золотистые лучики огненного шара ослепляют меня, но я не двигаюсь с места и теперь внимательно наблюдаю за выражением лица брюнета. Задумчивость — вот что я читаю на его лице.  — Какое оно сегодня? — задает он вопрос, не отрывая взгляда от неба. — Можешь описать?  — Ясное. — улыбаюсь, заметив, как прикрывает веки Сейя, представляя его по моему описанию. — Нежно-голубого цвета. А золотистые лучики солнца немного ослепляют глаза.  — Спасибо! — открыв глаза и уставив взгляд на меня, благодарит он через пару минут. Но холод и раздражение отчетливо читаются на его лице.  — Я хотела узнать… — собрав всю свою волю, я сделала шаг в его сторону. Но тот, подняв руку вверх, дает мне знак, чтобы я замолчала.  — Мне ничего не нужно… — делает шаг назад и опустив голову, добавляет, — пожалуйста, оставь меня одного. И я молча исполняю его просьбу. Первый день всегда тяжелый для психотерапевта. Каждый из нас слышал выражение: незнакомому человеку легче открыться и излить душу… По личному опыту скажу — это вовсе не так… Приходя к психотерапевту, каждый смотрит на него с подозрением и недоверчиво, и тот должен привлечь внимание пациента, расположить его к себе и попытаться разговорить. А это — дело тяжелое… А теперь представьте, каково должно быть мне? Я же захожу на территорию пациента под прикрытием; вторгаюсь в его личную жизнь; становлюсь его частью на какое-то время; наблюдаю за ним в повседневной жизни, изучаю и незаметно, как друг, указываю на ошибки; он задумывается, задает вопросы и я, по его же просьбе, углубляюсь в суть проблемы, отвечая на них. Как видите, это очень сложный процесс и требует немало сил и времени. Двойная тяжесть. А теперь, находясь рядом с ним и видя его в таком состоянии, я задаю вопрос… Каково это, если этот пациент еще и твой знакомый и к тому же, причина твоих страданий? Как ты должна себя чувствовать? Как описать всю тяжесть этого?.. Сама же отвечу… Это просто ужас, сплошной ад. Ты задыхаешься от нахлынувших противоположных чувств, разрывающих твоё сердце… Ты уже не понимаешь — кто же из вас пациент, а кто врач…