Большая охота

Мерлин с наслаждением втянул запах и блаженно прикрыл глаза. Вот он, сладкий, вкусный и зовущий... Недоступный и прячущийся. Маг потерся щекой о стену, там, где остался след желанной добычи, и тихонько заскулил от тоски. Магия в нем кипела и бурлила, требуя найти обладателя (хотя, конечно, лучше бы обладательницу, несмотря на отсутствие предрассудков, Мерлин в своем разуме рисовал именно девушку). Вот уже почти пять недель прошло с того момента, как маг, повинуясь своему Предназначению, вступил на земли Камелота – и вновь, уже вторую ночь, его шатает по замку, одинокого и неприкаянного, следующего за сладким ароматом. Казалось, он был везде – в тронном зале и в подземельях, в кухнях и на плацу, Мерлин сам словно пропитался им и оттого было еще хуже. Казалось, еще немного, еще один поворот, и юноша наконец настигнет свою цель, но... Он делал этот шаг, заглядывал в забрала рыцарских доспехов и выглядывал из-за угла, но все было бесполезно. Нежный аромат издевательски окутывал его, но каким-то чудом не позволял найти хозяина... "Хозяйку!" – молча взмолился маг, помня о не слишком удачном опыте общения с представителем сильного пола, который оказался чересчур мускулистым и высоким друидом и который невежливо потыкал пальцем в худого – стройного! – мага и сообщил ему, что им не по пути. Мерлин решил ничего ему не доказывать и, к взаимному удовлетворению, больше они друг друга не видели и не слышали. Но этот запах... Этот запах.... Мерлин совсем измучился. Следующим утром он прислуживал за королевским завтраком и выронил кувшин, потому что ему показалось, что он что-то учуял. Но нет, чудесная дымка исчезла, и в следующее мгновение в его разум ворвался раздраженный голос Артура, и слуга, под холодным взглядом короля, который предпочитал невербальные способы выказывания неодобрения, кинулся собирать осколки. Гвен сочувственно улыбнулась, кончиком туфельки сдвигая черепки в кучку поближе к Мерлину, пока раскладывала по тарелками рыбу с большого блюда. Юноша благодарно кивнул ей, напоминая себе занести в ее комнату свежих цветов. Это могла бы быть она – маленькая, смуглая девушка с упруго подпрыгивающими в такт шагам мелкими кудряшками и доброй улыбкой. С ней не было бы проблем, но увы, Гвиневра, как показали его осторожные расспросы, магией не владела и вообще немножко ее боялась. Мерлин вздохнул и после окончания завтрака был привычно отправлен на конюшню: почистить лошадей, проследить, чтобы их перековали как следует, выгрести навоз из денников, проверить, как поживает охотничья свора принца, а для этого одеться в несколько слоев одежды, потому что благородные гончие мага почему-то недолюбливали и так и норовили вцепиться в ноги или кисти рук. К тому моменту, как юноша покончил с работой, связанной с "братьями нашими меньшими", солнце уже клонилось к закату. К счастью, Артур сообщил, что на ужине в услугах Мерлина не нуждается, и у мага было еще целых полчаса, чтобы выдраить и покои наследника трона. Он перестелил постельное белье и выскреб пол, перебрал одежду, раскинув ее на две кучи: "Невыносимо грязная" и "Артур еще может это поносить", когда на него вновь нахлынула волна аромата. Теплый, соблазнительный... Мерлин застонал, пошатнулся и, рухнув на колени, уткнулся горящим лбом в матрас кровати Артура. Он знал, что позже придет раскаяние и мучительный стыд, но прямо сейчас, вдыхая полной грудью этот изумительный, мучительный запах, маг стиснул зубы и, плотно зажмурившись, дернул нижнюю шнуровку и сунул руку в штаны, обхватив кольцом пульсирующий член. Ему хватило несколько жестких, быстрых движений, прежде чем пришло краткое облегчение. А потом он вспомнил, что это покои принца, и что он уже должен вернуться, и вскочил, красный и задыхающийся, не зная, куда девать руку и что делать с влажным пятном на полу, и в этот момент, не стучась – а чего стучаться, это же его собственные комнаты! – решительным шагом вошел Его Высочество, Артур Пендрагон собственной персоной...