Только не плачь...

Только не плачь, пожалуйста… Славная, добрая, милая… Буду держать тебя за руку И ни за что не покину я. Я зверь, убегать приученный, Ты — соловушка, к клетке привычная. Жизнью своею замучена, Злыми людьми заобижена. Тянешься к воле украденной, Страшишься людской жестокости, Одиночеством больно ранена, Сохраняешь остатки гордости. Помогаешь всем, к свету тянешься, Только люди — скотина та ещё. Палец дать — без руки останешься, За добро добром редко расплатятся. Я возьму тебя на руки, скромную, Унесу от людей неправильных, Убежим, ото всех мы скроемся, Улетим за пределы крайние. Я сама зверь лесной, неприрученный, Но обидеть меня дело сложное. Скепсис, взгляд исподлобья заученный. И не верила больше в хорошее. Как тебя уберечь, родимая? Не успевшая зачерстветь, как я… Очень хрупкая и ранимая, Как от мира людей сберечь тебя? Может быть, научить своим знаниям, Чтобы так же, как я, на оскал — оскал, Чтобы хрупкость сокрыть, сострадание, Душу спрятать в ограде из острых скал. Или дать полететь птицей вольною, Жить, творить, любить — как во сне легко, Испытать лишь свою жизнь свободную… Страшно. Добрая…вдруг обидит кто. От меня мало проку: совсем слепа И в недавнем бою не уберегла… Чуть жива, еле дышишь, помочь бы как… Даже жизни виновных забрать нельзя. Да и был бы в том толк…мне бы жизнь твою Сохранить. Месть — пустое…сперва спасти. Благо, всё обошлось. Всё равно боюсь… Рядом буду я. И не время мстить… Разучилась давно я писать стихи, Ты прости неуклюжую песнь мою. И прости, что сберечь не хватило сил, И прости, что так мало тебе даю… Я исправлюсь. Я буду сильная, Заслоню от бед крепкими крыльями, На груди пригрею, ранимую, Поделюсь с тобой своей силою. И прозреют глаза, и в тот же миг Взгляд сожжёт всех врагов без жалости… Никуда не уйду. Услышишь ли?.. Только вот…ты не плачь, пожалуйста…