Огонь может быть холодным

Ночь. Звёздное небо. Боруто сидел на камне и смотрел в даль. Он сидел и обдумывал все следующие ходы. —Боруто,—обратился к нему Курама,—может быть ляжешь да и поспишь? А то ты уже несколько дней не смыкал глаз. —Нет, мне не нужен сон. У меня просто всегда крутится на уме…—недоговорил он. —Я убил своего отца. Я убил своего отца. —Да. Я не могу об этом перестать думать даже на секунду. Мне больно, очень больно. —Я знаю это, но я тебя всегда буду любить,—внезапно сказал голос отца. —Отец!?—с мокрыми глазами сказал он,—Я… я… извини меня. —Что это с тобой?—спросил девятихвостый. —Ничего… ничего. Он сидел возле воды и смотрел в даль космоса через отражение речки. Тишина. Спокойствие. Все спали, но сон Сарады прервал дождь, который тарабанил по палатке. Девушка выглянула из своего убежища. Узумаки до сих пор сидел на камне. —Боруто,—позвала она парня,—Зайди в палатку,—тот ничего не ответил,—Боруто! —А какой смысл? —Чтобы не заболеть и не намокнуть. —И? —И чтобы я за тебя не переживала. —Хм, ладно. Я просто не люблю когда за меня кто-то переживает. В Конохе сегодня. С утра. Все собрались на похороны Наруто—Седьмого Хокаге. Не было радости на лицах. Была только горечь. Казекаге, Райкаге и других также ж хоронили. Это был день памяти пяти каге. Они защищали свои деревни заплативши дорогую цену—свою жизнь. Наступил следующий день. Узумаки не смыкал глаз и когда закончился дождь, то он опять вышел на улицу. Учиха вышла из палатки и увидела, что блондин мастерски кидает сюрикены. Он смотрел на дерево. Смотрел примерно минуту. Вот кидок. Парень подошёл к дереву. К дереву была прибита мошка за крылышко. —Удивляет,—сказала та,—но можешь ли ты так,—она кинула два сюрикена. Один ударился об другой. Тот прибил падающий листок к дереву. Боруто увидев это закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. Парень скрестил руки, в каких было по одному сюрикену. Он бросил их. Сюрикены закрутились, как бешеные. Они ударились друг об друга. Один полетел высоко вверх, а другой уткнулся в землю. Блондин взял кунай и кинул его в сюрикен так, чтобы кольцо куная оказалось в верху сюрикена. Вот и второй сюрикен упал прям в кольцо и попал в первый сюрикен. Кунай по тихоньку крутился по часовой стрелке. —Ап, тя, пщ,—Сарада не могла сложить предложение,—Как? Как ты это смог? —Просто придумал, рассчитал и кинул. —Так быстро придумать и рассчитать невозможно! —Ты хочешь проверить? —Та нет. Боруто, а нам ещё долго бежать? —Если будем двигаться как я хочу, то к завтрашнему утру мы будем там. Но если Мицуки сейчас не проснётся, то… —Доброе утро,—сказал сын змеиного санина, который выходил из палатки. —Ну тогда выдвигаемся. —Но мы ничего ещё не ели. —Перед тем местом, через которое мы будем бежать лучше не есть. —Что-то это меня пугает,—сказала Сарада. Через пять минут команда двинулась путь. «Через какое место мы будем бежать?»—думали Учиха и Мицуки. Они бежали уже пол дня, но никто ещё не устал. Они бежали по лесу, но мгновенно деревья, которые были с зелёными листиками, обернулись в сухие и устрашающие деревья. —Боруто,—обратился Мицуки,—что это за место? —Это одна из способностей одной девушки из Кары. Гендзуцу, которое не развеивается даже после смерти так называемого хозяина, только по его воле оно может развеется. А сам хозяин может сделать любой облик гендзуцю. И даже носитель шарингана не сможет справится с ним. —Даа, не думала что тут всё так серьёзно,—сказала Учиха. —Подожди, это только окраина леса. —Фу, что это за запа…—перед глазами девушки стояло дерево из плоти, голов и костей людей, с которого капала кровь. Одна голова задёргалась и начала смотреть на брюнетку. —Привет, малышка,—произнесла голова хрипучим и устрашающим голосом. —Сарада,—сказал Боруто,—запомни это просто гендзуцу,—глаза брюнетки затрепетали. —А-а-а,—слышан был крик девушки. —Сарада, успокойся,—та отвернулась от того древа и смотрела в землю,—успокойся, если тебе сложно, то давай тогда ты закроешь глаза, а я возьму тебя на руки и мы выйдем из этого леса. Мицуки, а с тобой всё в по…—блондин увидел как тот тыкал палкой по голове в дереве из плоти,—Да, стрёмно как-то это выдеть. Ладно Сарада, закрой глаза и залезай мне на спину. —Х-хорошо,—девушка залезла на спину парня. Тот побежал дальше. В этом лесу оказывались горы черепов, оторванные конечности и всё это сопровождал вонючий запах гниющий плоти. Они ещё долго бежали в тишине, но её прервали. —А я удивлён,—сказал Мицуки,—как девушка могла придумать это всё? Я б до этого даже не додумался. С помощью гендзуцу отпугивать всех. —Да, та личность очень хитрая. —Боруто,—обратилась к нему Учиха,—а ты не боишься? —Как тебе сказать. У нас в Каре и не такое происходило. —Мне тебя даже жалко. —Не надо меня жалеть. Это мой путь ниндзя, хоть он будет полон жестокости и страдания я его вынесу до конца. А вот и конец этого леса. Можешь открывать глаза. —Уже закат? —Заночуем здесь,—сказал Узумаки. —Нет, мы пойдём дальше,—сказал Мицуки. —Да, он прав. Во тьме на них будет легче напасть. —Ну тогда передохнём. —С этим я согласен. —Я тоже. Через пятнадцать минут горел костёр и команда ела, кроме Боруто. —Чего ты не ешь?—спросила Сарада. —Не хочу. —Да не ври. Ты целый день ничего не ел. —Если я сказал, что не хочу, то этого я не буду делать. —Ну ладно, как хочешь. Прошло пол часа. —Ну всё мы готовы,—сказал Мицуки. —Извините, ребята,—сказал Узумаки. —За что?—спросили оба друга, но через секунду они почувствовали слабость, которая тянула их к сну. —За это. Я подсыпал в лапшу снотворное. Я просто не хочу, что бы пострадали из-за меня. Те упали на землю. Боруто побежал к штабу, который находился неподалёку. «Ну всё, ублюдки, я вас убью!»—думал блондин.