поцелуй.

Хенджин спит, спит не на кровати, а на его, Чанбина, ногах; не у Сынмина, который буквально сгорает от ревности совсем рядом, не у Чана, который всегда приласкает, а у Чанбина. Парень нежным взглядом вглядывается в красивые пропорции лица, кончиками слегка грубых пальцев, боясь разбудить, проводит по нежной коже, спускаясь немного ниже; ему хочется коснуться любимых пухлых губ, которые так красиво растягиваются в ослепляющей улыбке сквозь сон, хочется накрыть их своими, а потом до нехватки воздуха и потери сознания целовать, целовать, целовать, наслаждаться близостью, слегка приподнимаясь на носочках из-за разницы в росте. Рука старшего оказывается на бедре Хенджина и покоится там некоторое время, после чего опускается на хвановскую и кончики пальцев обводят каждую венку, так красиво выделяющуюся под белоснежной кожей. На этом Со не останавливается и ведет ниже, неожиданно чувствуя, как младший переплетает пальцы с ним. Трепет охватывает сердце почти целиком, а Чанбин неосознанно застывает, приковывая взгляд к их рукам, что так красиво смотрятся вместе. Рэпер в руках Хвана выглядит меньше, младше, теплее и милее, но сейчас не та ситуация, потому что Хенджин переворачивается на спину, все еще оставаясь лежать на ногах Бина, и обнимает его руку, показывая сонную, но довольную мордашку, которую хочется запечатлить на фотоаппарат и фотографию повесить возле себя, чтобы утром настроение было хорошим; но еще лучше, если этот паренек с завораживающей улыбкой и ямочками будет каждое утро просыпаться рядом, в руках Чанбина, совсем рядом, чтобы дыхание в унисон и одна подушка на двоих. — ты собираешься проделать во мне дыру, хен? — хрипловатым из-за сна голосом спрашивает младший и с трудом до конца открывает глаза, чтобы уловить взгляд Чанбина и посмотреть так, будто в саму душу. Со лишь улыбается, нежно так, влюбленно и коротко мотает головой в разные стороны. — просто ты слишком красивый, Хван Хенджин — а потом смущается от своей же прямоты. Хван опускает руку старшего, услышав разочарованный вздох, но игнорирует и комкает ткань его футболки, резко притягивая к себе. Особо церемониться не хочется, поэтому хенджиновы губы накрывают обветренные, но такие теплые губы Чанбина в ту же секунду, не дав время на осмысление происходящего. Где-то сбоку слышится тихий мат из уст Сынмина и звук громко хлопнувшей двери, но сейчас не до этого. Сердце рэпера пропускает удар и желанные губы целуют настойчиво, пробираясь языком внутрь и сплетаясь с чанбиновским. Воздух заканчивается слишком быстро, поэтому приходится отстраниться. — если тебе интересно, то мне неудобно вот так целовать тебя, малыш — усмехается Бин и перебирает темные пряди волос, не переставая улыбаться. — если ты меня еще раз так назовешь, то я тебя больше не поцелую, Со Чанбин — недовольно отвечает младший, хотя Со прекрасно знает, что ему понравилось. Просто признать трусит. — я все еще могу столкнуть тебя на пол — Бин кидает хитрый взгляд на Хвана и уже готовится. — ты не посмеешь — уверено говорит Хенджин, но почувствовав настойчивые руки старшего, хватается за него — ладно-ладно, я понял. Победная улыбка на лице и младший, сидящий на его коленях — вот это отличное сочетание. Следующий поцелуй более мокрый и развязный, сопровождающийся пошлыми звуками и руками Чанбина, блуждающими под футболкой по подтянутому телу Хвана. Старший случайно задевает чувствительные соски и слышит приглушенный стон, ухмыляясь в поцелуй, а потом продолжает действия, ерзая на месте, потому что в штанах давно тесно (и не только в его). Мучение красных и покусанных в ходе поцелуя губ заканчивается на пару минут, перемещаясь на шею, а Хенджин стонет, но стонет сдержано, потому что услышать могут. Длинные пальцы путаются в темных волосах и сжимают их, после чего следует буквально рычание и укус где-то под ключицей. Хочется больше и дольше, но мешает Чонин, который застыл на месте, увидев такое зрелище, а после него приходит Чан, закрывает младшему глаза и строго смотрит на парочку, одним взглядом кидая «у вас проблемы». — как думаешь, лучше слышать его крик или видеть пронзающий до костей взгляд? — смеется Хенджин, спрятав смущенное лицо в изгиб шеи Со. — лучше ни то, ни другое — улыбается Чанбин и целует в висок Хвана. Проходит минута и он хлопает младшего по попе, довольно улыбаясь. — пойдем малыш, нас ждет казнь. Хенджин отомстит за это позже, а сейчас их ждет Чан и его осуждение, потому что: — вы извращаете мне макнэ, какого черта?