Омега с хрустальным сердцем

/history of Jimin/

/7 лет назад/

      Маленький светловолосый мальчик одиннадцати лет сидел в коридоре больницы, и ждал, когда его мама выйдет от врача. Он не знал, чем она больна, но очень беспокоился.       Проходит пару минут, и из кабинета кардиолога выходит женщина, примерно тридцати лет. Она была очень красивой, светлые волосы, карие глаза, пухлые губы, мальчик был её копией. Женщина выглядела очень уставшей. — Мамочка! Что тебе сказали? Что-то серьёзное!? – волнуясь, внимательно смотрел матери в глаза мальчик. — Ох, ничего серьёзного, Минни, правда. Пошли домой, я очень устала, - было видно, что она врёт, но Чимин этого не понимал, ведь он был маленьким. — Да, пошли мам, тебе нужно отдыхать, - крепко взяв маму за руку, они направились домой.

***

      Женщина стоит у плиты и готовит ужин, малыш Чимин сидит за кухонным столом, и рисует что-то в тетрадке своими маленькими ручками, на удивление, для одиннадцати лет, он очень красиво рисовал. — Мам, а Гукки опять гуляет с отцом? – спросил Чим, не отрываясь от рисования. — Нав… наверное… - у женщины вдруг опять заболело сердце, но не до такой степени, чтобы оно опять начало разбиваться. — Ммм... понятно~, - грустно протянул мальчик.       Чонгуку было десять, он всё время проводил с отцом, поэтому редко появлялся дома. Чимин кажется, догадывается почему. Похоже, его отец нашёл себе другую омегу, но на этот раз мужского пола, захотелось новых ощущений так сказать. Естественно, Чонгук был всегда с ними, Чимину отец тоже предлагал познакомиться с его новым «другом», но Чим был умным ребёнком, и понимал к чему всё идёт, и ни за что не бросал свою маму. Она тоже была в курсе, ведь чувствовала чужой запах на муже, но, несмотря на это, она всё равно любила его, хоть и понимала, что сердце уже очень сильно раскололось.       Чимин ещё не знал об её особенности, как и Чонгук, да он вообще редко общался с матерью. Их мама была очень заботливой, и любила сыновей больше жизни. Поэтому, никому и не сказала, то, что сообщил ей врач: — Если на сердце появится ещё одна трещина, Вы не сможете больше выдержать этого… и… мне очень жаль. – Доктор с печалью взглянул на женщину. — Ничего, я понимаю. Мне не избежать этого в любом случае, - вздохнув, сказала она. — Но я боюсь, что есть ещё более печальная новость. Вы водили Вашего старшего сына, к кардиологу? — Ох, нет. А почему, собственно, интересуетесь? — Дело в том, что он мог родиться с таким же сердцем, это как наследственное, - молодая мама застыла с немым ужасом, глядя на врача. – Это лишь мои предположения, но в любом случае, зайдите вместе с мальчиком ко мне на следующей неделе на осмотр. – Ничего не ответив, женщина поклонилась и ушла.       Если её любимый сын родился с таким же сердцем, она никогда себя не простит. — Минни, солнышко, нам с тобой нужно сходить к врачу, - тихо сказала она. — Ого, а зачем? А больно не будет? – посыпались эти привычные для всех родителей детские вопросы. — Нет, больно точно не будет, просто… просто, я хочу убедиться, что ты полностью здоров, - она на ходу придумала более мягкую отговорку. — Хорошо, мамочка, - сказал Чим, и мило улыбнулся.       Прошла неделя. Чимин с мамой выходили из своего особняка в Пусане, да, на тот момент, они жили в особняке, потому что отец не любил мелочиться. Честно, они не понимали, зачем покупать особняк, если в нём будут жить всего четыре человека. Садясь в такси, мама указала адрес больницы, и машина тронулась с места. Доехали примерно за полчаса, из-за пробок на дорогах. Расплатившись, они вышли из машины, и направились к большим красивым белым дверям больницы. Дойдя до нужного кабинета, женщина негромко постучала, и открыла дверь после слов «Да-да, войдите». — Оу, здравствуйте, я ждал Вас, - ласково улыбнувшись, доктор посмотрел на мальчика и его маму. – Значит, это ты у нас Пак Чимин? – мальчик немного замешкался, посмотрел на маму, и увидев её ласковую улыбку, понял, что бояться нечего. — Да, это я, - подарив лучезарную улыбку мужчине, ответил Чим. — Ничего не бойся, мы сделаем только одну фотографию, - взяв мальчика за руку, он повел его к современному рентген аппарату, - подними футболку и закрой глаза. – Поставив Чимина на специальную подставку, врач ушёл вместе с женщиной в другой кабинет с большим окном во всю стену, через которое было видно, что происходит у аппарата. Нажав на кнопку, аппарат издал вспышку и противный пищащий звук. Врач снова вошёл в кабинет, где стоял всё ещё с закрытыми глазами Чим. — Чимин, ты можешь открыть глаза и спуститься с платформы, - ласково улыбаясь, разрешил доктор. — И это всё? – округлившимися от удивления глазами посмотрел мальчик. — Да, это и всё. Теперь, пожалуйста, выйди из кабинета, подожди маму в коридоре, нам надо с ней поговорить, - попросил он, в ответ, получив от Чимина поклон, и мальчик скрылся за дверью. Доктор снова зашёл в кабинет с большим окном, и, подойдя к компьютеру на котором уже загрузились все данные, тяжело вздохнул. — Доктор, что там? – окликнул его немного взволнованный женский голос. — К сожалению, мои догадки подтвердились, мне очень жаль, у Пак Чимина хрустальное сердце. – Женщина сидела молча, смотря в пустоту. — Боже… не может быть… но как же так? – она спрашивала у врача, зная, что он не сможет ответить ей на этот вопрос. – Но как мне сказать ему это? — Я думаю, не стоит рассказывать сейчас, подождите немного. – Записывая в строчке диагнозов: Хрустальное сердце, ответил доктор. — Да, я думаю, это наиболее верное решение. Спасибо Вам… - она забрала карту и вышла из кабинета в коридор. — Мама! Мама! Со мной всё хорошо? – встречая её вопросами, тараторил мальчик. — Да, малыш, всё хорошо… но давай, я расскажу тебе об этом, немного позже? – Чимин не понимал, почему именно позже, но возражать не стал. – Пошли домой, солнышко. — А ты купишь мне мороженное? – хитро спросил мальчик. — Конечно, Чимин, всё что угодно, - ласково ответила она

***

      Так прошло ещё два года. Ничего не менялось. Отец Чимина всё ещё не решался расторгнуть отношения со своей женой, ведь он знал, что с ней будет, если он сделает это, а чужой запах на нём, усиливался с каждым разом. Чонгук стал чаще появляться дома, видимо, отцу хотелось проводить время наедине со своим возлюбленным. Мама Чимина всё ещё не рассказала старшему, об особенности их сердец, но похоже, настал тот момент. Ведь Чимину уже тринадцать лет, наверное, он воспримет эту информацию более серьёзно, нежели два года назад.

(Желательно включить: Jamie Llewellyn – Звуки природы: камин с громом и дождём. Именно эту, и никакую другую)

      Вечер. В холле не горят люстры, лишь большой мраморный камин озаряет приятным оранжевым тёплым светом большую комнату. По окнам особняка стучит дождь, и периодически в такт с дождём появляется гром. Камин, дождь за окном, гром, что может быть лучше этого сочетания? На белом диване около камина сидит уже более взрослый тринадцатилетний мальчик и пьёт зелёный чай, слушая, как трескаются в камине дрова. Тишину нарушила его мама, аккуратно сев рядом с ним на диван. — Как дела, сынок? – тихо спросила она. — Хорошо, мам. Как твоё здоровье? – ласково отозвался блондин. Пусть ему было всего тринадцать, но вёл он себя по-взрослому. — Как обычно, не волнуйся насчёт этого, - погладив мальчика по светлым волосам, она решилась поговорить, - Чиминни, я хотела серьёзно с тобой поговорить, пока отца и Чонгука нет дома. — Да, конечно, я слушаю тебя, - блондин отставил чашку с чаем на прозрачный столик перед диваном и стал внимательно смотреть на маму. — Дело в том, что у нас с тобой Хрустальные сердца. – Мальчик посмотрел на маму, как на сумасшедшую. — Мам, с тобой всё в порядке? Ты что говоришь-то? — Нет, Чимин, это серьёзно, послушай меня, - тон матери звучал настойчиво и серьёзно, так что мальчик не стал возражать, – Хрустальное сердце – это что-то вроде редкого генетическое отклонения от привычного всем строения тела. Внешне мы ничем не отличаемся от других, только сердца. Наверное, ты сейчас думаешь, что Хрустальное сердце это очень круто, ведь оно хрустальное, но нет. Поверь мне, нет, это очень плохо. — Но, почему плохо? – Чимин уже вроде начал осознавать, что это никакие не шутки, и всё серьёзно. — Его могут разбить, и ты умрёшь, - тихо сказала женщина, смотря в камин, а в уголках её глаз уже собирались слёзы. — Что? Но как, и кто? Абсолютно все? – не переставая, сыпались вопросы от мальчика. — Нет, не все, а только истинные или родные люди. — Истинные? Родные? Но каким образом? – мальчик не переставал удивляться. — Сердце может начать разбиваться от предательства родных, например, когда тебя бросили родители или, кто-то умер. Истинные, могут разбить, если изменят. И только ты, родные и истинные, смогу услышать то, как появляются трещины, но если они будут находиться рядом, на большом расстоянии это невозможно услышать. Но есть и маленький плюс, да, в таком положении, это можно назвать плюсом. Сердце начнёт разбиваться, если ты будешь видеть предательство, измену или смерть. Или же как в моём случае, если ты будешь уверен на сто процентов в том, что тебе изменяют или предают. — Что!? Мама, у тебя уже разбито сердце?! – вскочив с дивана Чимин, чуть не упал, споткнувшись о столик, на котором стояла чашка с чаем. — Да, малыш, разбито, - не сдержавшись, по лицу женщины покатились слёзы. — Но как? Ты же сказала, что если его разобьют… ты… - ему было сложно это сказать, и поэтому мама перебила его. — Да, но от одного раскола ещё никто не умирал, их должно быть минимум пять, чтобы убить тебя. — Но сколько же у тебя расколов? – с ужасом ожидая ответа, смотрел на маму Чимин. — Семь, и я уверена, что ещё одного я не выдержу. – Она закрыла лицо руками, чтобы не показывать слёзы. — Семь… Мама, это отец постарался, да? – тихо спросил Чим. — И не только, Чимин, прямо на моих руках, умер мой отец, когда мне было семнадцать, тогда у меня появилась первая трещина. Через год, меня бросил папа, и я осталась со своими дальними родственниками, тогда появилась вторая. Третья, когда мы с твоим отцом ещё не были женаты, и очень сильно поссорились. А все остальные четыре, когда твой отец начал пропадать с Гуком надолго из дома, а по возвращению, принося с собой чужой запах. Я уверена, что он нашёл себе другую омегу, и поэтому сердце раскалывалось. — А отец знает, об этом? – отходя от шока, спросил мальчик. — Знает… и даже несмотря на это, может в любой момент напрямую мне сказать, что нашим отношениям конец, тогда появится восьмая трещина, и я умру. Не плачь, малыш, я уже смирилась с этим, пойми, я не смогу вытерпеть ещё один раскол. — Мама… я что, останусь один? – у Чимина вот-вот должна была начаться истерика, потому как по пухлым щёчкам уже бежали водопады слёз. — Никогда не говори так, слышишь, не говори! Я всегда буду с тобой, я всегда буду любить тебя, ты никогда не будешь один, я навсегда буду в твоём сердце, - она нежно прикоснулась в том месте, где расположено сердце, и обняла рыдающего мальчика.       Они провели так несколько часов. Сидя на диване, разговаривая не о чём, пытаясь как-то выкинуть мысли об этом всём. — Я люблю тебя, Чимин, знай это, - поцеловав сына в блондинистую макушку, сказала мама. — И я тебя, мама, - и слёзы из карих глаз снова хлынули рекой.

***

      Прошло три недели. 1 октября.       Женщина проснулась одна в своей кровати, тонкие лучики солнца падали на пуховое одеяло. Чимин тоже проснулся, Чонгука и отца снова не было дома, он понял это, так как не увидел в прихожей их курток и ботинок. Дойдя уже до погасшего камина, заметил на стеклянном столике красивый белый конверт, и одну пышную розу. Он сразу понял, что это для мамы, и поэтому, взяв подарки, направился к её спальне. Открыв дверь, он обнаружил, что мама уже проснулась, и полулёжа читает книгу. — Доброе утро, мам, - сказал ласково мальчик, подходя к кровати и целую маму в щёку. – Это от папы, – и протянул ей розу с конвертом. — Доброе, Минни. Как странно, с чего вдруг твой отец вспомнил обо мне? – отложив розу на пустую сторону постели, открыла конверт и принялась про себя читать содержимое письма.       «Прости меня, Пак Виён. Я не смогу сказать тебе это в лицо, не смогу смотреть и слышать то, как твоё сердце разбивается в последний раз. Я сожалею о том, что сделал тебе больно, ты действительно хороший человек, отличная мать, и замечательная жена, но я больше не люблю тебя, прости. Мне искренне жаль, и сколько бы я не извинялся, мне нет прощения. Такие ужасные люди, способные на измену, как я, не имеют права быть с таким человеком, как ты. Я позабочусь о мальчиках, и обеспечу им счастливую жизнь. Прости меня.

Искренне твой Пак Туан…»

      К концу письма, весь конверт был уже в слезах, Чимин смотрел на эту картину и в душе не понимал, что происходит. Письмо выпало из рук женщины, и упало к ногам Чимина, он быстро подхватил его и пробежался глазами по нему. — Мама! Нет! – он видит, как глаза матери постепенно закрываются. — Чимин-ни, малыш… не беспокойся, береги брата. И пожалуйста, ни в коем случае не закрывайся в себе… не закрывайся… в себе… - слабый женский голос угасал тихим эхом в большой тёмной комнате. — Мама! Мама, очнись, прошу тебя! – через поток горьких слёз кричал маленький светловолосый мальичк. — И ещё, Минни, пожалуйста, попытайся никогда не влюбляться, я знаю, что это невозможно, просто попытайся, а если встретишь истинного, не допусти того, чтобы он делал тебе больно… - сквозь последние слёзы говорила мама — Мама, нет, пожалуйста! Ты слышишь меня?! Не закрывай глаза! Не закрывай, ради меня, пожалуйста, нет! — Ты сильный, я люблю тебя, прости, что от меня тебе досталось это проклятое сердце, мой мальчик… - закрывая глаза, на последнем дыхании говорила женщина. В этот момент мальчик слышит, как сотни маленьких хрустальных осколков, будто ударяясь о кафель, заглушают его уши, и женщина закрывает глаза. Последняя, восьмая трещина… — Мама! Нет! Пожалуйста, очнись! – Чимин кричал от отчаяния, он понимал, что его мамы больше нет, и что она не слышит его, но всё равно надеялся на чудо. Он просидел около её кровати ещё много часов, и под вечер заснул. Дверь в особняк открылась, и показался высокий тёмноволосый альфа, смазливый парень-омега с иссиня-чёрными волосами, и двенадцатилетний мальчик. За ними вошли ещё пару докторов. Сказав, чтобы омега с мальчиком подождали его в холле, альфа и доктора направились в их спальню.       Картина, которая представилась мужчине, вызвала у него ком в горле и слёзы. Мальчик сидел около кровати и держал маму за руку, а в другой её руке была роза. Мужчина, аккуратно взяв Чимина на руки, вышел из комнаты, приказав врачам выполнить свою работу. Чтобы пройти в комнату Чима, приходилось пройти через холл, где сидели его омега и младший сын, он совсем не хотел, чтобы они сейчас видели мальчика, но выбора не было. Он прошёл мимо них, услышав от Чонгука тихое «Чиминни-хён…», а от своего омеги «Мне очень жаль, бедный мальчик». Чонгук был в курсе, что его мамы больше нет, но эта новость не так сильно поразила его, ведь он почти всё время проводил с отцом.

***

      Прошло ещё два года. Чимину пятнадцать. Он не простил отца. Он изменился, больше не радовался жизни, ведь она тоже изменилась, он не хотел такую жизнь, в которой нет самого дорогого и любимого тебе человека. Чимин решил для себя, что больше он не покажет ни одну эмоцию, и так и случилось. С каждым днём, взгляд Чимина становился всё более безжизненным, всё более пустым. Его больше ничего не волновало, он просыпался каждый день, и боролся с мыслями, которые подталкивали его прямо сейчас выйти на какую-нибудь крышу многоэтажного дома, и прыгнуть оттуда. Но он понимал, что его мама была бы не рада, если бы он так поступил. И лишь с этой мыслью, вставал с кровати и продолжал жить дальше.       Через два дня у Чимина должен был быть День Рождения. Но он даже не помнил об этом, все праздники с того момента, как не стало его мамы, превратились для него в обычные серые дни. Все два года, его отец, брат и омега отца пытались поздравить его, но он лишь отворачивался и уходил к себе в комнату.

***

      Чимин сидел на диване в холле, был вечер, по окну барабанил дождь, а камин отдавал теплом, но ничего больше не могло согреть Чимина. Эта атмосфера напомнила ему тот вечер, два года назад, когда его мама впервые открыла тайну их сердец. Из глаз невольно покатились маленькие слёзки, но вдруг он почувствовал, как диван рядом с ним прогнулся, это значит, что кто-то сел рядом с ним. — Я хочу побыть один. – Твёрдо, холодным голосом предупредил Чимин. — Нет, сын, послушай, завтра тебе исполняется шестнадцать лет, я бы заранее хотел отдать подарок, который приготовила тебе твоя мать ещё за год до смерти. – Мужчина протянул парню красивую бархатную белую коробочку, и белый конверт. Чимин дрожащими руками взял сначала конверт, развернул и прочитал: «Дорогой Чимин, я поздравляю тебя с твоим шестнадцатым днем рождения, я решила преподнести тебе это именно так, потому что не уверена, что моё сердце выдержит ещё четыре года. Этот кулон ассоциируется у меня с тобой, носи его, в память обо мне. И знай, я люблю тебя, Минни.

Искренне, твоя Мама»

С глаз парня покатились водопады слёз, он взял белую коробочку и открыл её. В ней лежал кулон с серебряной, красивого тонкого переплетения цепочкой, на которой висел вытянутой формы горный хрусталь. Он был очень красивым, Чимин надел его, и водопады слёз усилились в два раза. — Очень красивый… - тихо сказал отец, но ответа не услышал. – А что ты хочешь получить в подарок от меня? — Я хочу свалить из этого дома, мне тяжело находиться тут. Я хочу свалить из этого дома! – повторяясь, взревел парень, закрывая руками лицо. Отец точно знал, что когда-нибудь наступит этот момент. — Хорошо, я понял тебя. – Сказал отец и ушёл.       Что значит, он понял? Я что, действительно уеду из этого дома? Утро. 13 октября.       Чимин сходил в душ, переоделся в домашнюю одежду и спустился в холл, где его уже ждали отец, его омега и Чонгук. — Что за собрание? – хладнокровно спросил парень, переводя взгляд с одного на другого. Потом заметил на столике какие-то бумаги, билеты, паспорт. — Вчера ты сказал мне, чего хочешь, я понимаю тебя. Поэтому, с этого дня, ты становишься обладателем собственного дома в Сеуле. – Парень ошарашено посмотрел на отца, а потом опять на бумаги. — Это что, шутка такая? Мне, например, ничуть не смешно, - повысив голос, смотрел на отца парень. — Нет, Пак Чимин, это не шутка, я купил тебе двухэтажный дом в Сеуле, сегодня ночью у тебя самолёт, сегодня исполнится твоё желание. С Днём Рождения, сын. – Чимин стоял как вкопанный, и не мог поверить своему счастью, неужели уже сегодня он уедет из этого злосчастного особняка? Но его мысли прервал отец, - насчёт денег даже не беспокойся, теперь у тебя есть карта, на которую я буду ежемесячно переводить деньги. Поскольку ты выучил всю программу средней школы раньше времени, экзамены тебе сдавать не нужно. Первые два года старшей школы, ты будешь ходить в обычное учебное заведение, а как только перейдёшь в последний класс старшей школы, ты будешь переведён в самое элитное учебное заведение Сеула. Не спрашивай зачем, так надо. — Так, это какой-то бред, и я, скорее всего ещё сплю, - тараторил Чимин, тряся головой. Но тут вдруг с места подрывается Чонгук, и щипает парня за руку. — Да прекрати, разве это похоже на шутку? Где твоя радость? Тем более, через два года, когда тебе исполнится восемнадцать, я перееду к тебе. – Чимин вопросительно посмотрел на отца, и увидел утвердительный кивок головой. — Я… я пошёл собирать вещи… - блондин заикался, до сих пор находясь в какой-то прострации. Отец лишь улыбнулся на это, и подмигнул ему, хоть и знал, что старший его всё равно не простил.       Ближе к ночи у порога уже стояли чемоданы, пару портфелей и Чимин с отцом. Чимин попрощался с братом, немного расстроившись, что увидит его только через два года, нехотя пожал руку омеге, и они с отцом вышли из особняка. Подходя к машине, на которой отец должен был отвести его в аэропорт, Чимин обернулся напоследок, и сказал тихое «Прощай», а из глаз снова предательски полились слёзы, ведь с этим место было связано много плохих и хороших воспоминаний. Доехали до аэропорта за минут двадцать, как раз успели к посадке. Напоследок отец обнял Чимина, даже и не мечтая, что он ответит, но… почувствовал лёгкие объятия в ответ. Всё-таки, чтобы отец не натворил в прошлом, это же отец, и Чимин любит его. Они попрощались, и Чимин пошёл на своё место в самолёте, отец, зная его предпочтения, выбрал место около окна, чтобы сын насладился видом. Хоть полёт и выдался недолгим, Чимин смог немного поспать. Выйдя из самолёта, его встретил знакомый отца, помог с чемоданами и довёз до его дома. Дом был красивый, белого цвета. Но он слишком устал за этот тяжёлый день, поэтому не в силах разглядывать комнаты, увалился спать на диване. С того дня, началась новая, казалось бы, жизнь Пак Чимина.       Через два года, как и обещал брат, он переехал к Чиму. И они стали жить вдвоём. Но даже после такого большого времени – пять лет, Чимин всё ещё ходил с пустым взглядом и своим хладнокровием. Но когда-нибудь, это обязательно изменится.

/and history of Jimin/

***

/history of Yoongi/

/3 года назад/

      Выдался солнечный день, шестнадцатилетний парень с чёрными волосами лежал в постели, жмурясь от солнечных лучей. Он подумал, что это хороший день для прогулки, поэтому позвонил своему парню. — Доброе утро, Мун Лиён, - хитро улыбнувшись, сказал Юнги. — Приветик, Шуга, - отозвался приветливый голос с другой стороны телефона, - что-то хотел? — Ты видел погоду? Пошли гулять в парке! – возмущённо сказал Юнги. — Оу, я уже думал, что ты не позовёшь меня, Шуга-хён, - явно издевательски сказал Лиён. — Господи, отвали, жду тебя около ларька с мороженным через два часа, - сказал, сдерживая смех Юнги. Шуга – так называл его Лиён, из-за белоснежной кожи.       Юнги быстро пошёл в душ, оделся, выпил чаю, и пошёл к месту встречи с возлюбленным. Лиён был очень красивой омегой, блондинистые волосы, карие глаза, пухлые губы. У него был запах дыни, Юнги хоть и понимал, что это не его истинный, но всё равно любил его.       Подойдя к ларьку с мороженным, он увидел, как с противоположной стороны идёт Лиён. Он близко подошёл к нему, и страстно поцеловал, но… вдруг Шуга почувствовал чужой запах на нём. Может, показалось?       Они гуляли, ели мороженное, катались на аттракционах, целовались, ну как без этого? Под вечер у Лиёна зазвонил телефон, на экране высветилась фотография незнакомого Юнги человека, но блондин быстро выключив телефон, убрал его в карман. — Кто это? – спросил настороженно Юнги. — Это… ах, это мой одноклассник, наверное, хотел спросить про домашнее задание. – Всё бы ничего, если не считать, что сейчас июнь месяц, и школы сейчас нет. Но Юнги на это ничего не сказал, размышляя у себя в голове, кто же это мог быть?       Проводив Лиёна до дома, он слабо поцеловал его, и попрощался. Блондин немного не понял поведения старшего, но решил не заострять на этом внимания.

***

      Так прошёл год. Они продолжали встречаться, а чужой запах на Лиёне усиливался, этот незнакомый одноклассник звонил ему каждый вечер, а отговорка была всё та же.       Когда Юнги исполнилось семнадцать лет, родители подарили ему двухэтажный дом, чёрно-серых цветов, исходя от цвета его комнаты и одежды. У Юнги и его родителей были очень хорошие отношения, прибыльный бизнес, который Юнги должен был получить в наследство, когда ему исполнится двадцать пять лет. Лиён и родители Шуги были знакомы, и одобрили их отношения. Шуга был очень счастлив. Очень.       В один вечер Юнги решил рассказать Лиёну о своём новом доме. — Привет, блондин, - весело сказал Юн. — Эй, не называй меня так, тебе тоже привет, - каким-то запыхавшимся голосом ответил Лиён. — Ты что, только что кросс отбегал? – Засмеялся Юнги, но ничего смешного, как потом оказалась, тут не было. — Ахах… да, я тут решил немного… немного в порядок себя привести, да, в порядок. – Нервно говорил блондин. — Окей, неважно, в общем. У меня есть хорошая новость, родители подарили мне на день рождения дом, представляешь? – не уставая восхищаться такому подарку, рассказывал Шуга, - и поэтому, я надеюсь, ты будешь там частым посетителем, - хитро сказал Юн, хоть у них ещё ничего не было. — Я с удовольствием, - зная, что Лиён сейчас расплылся в улыбке, Юнги сам улыбнулся.       Так прошло ещё несколько месяцев, Лиён часто заходил к Юнги домой. У них всё было хорошо, правда, дальше поцелуев у них не заходило, почему-то… Лиён вечно отталкивал его, отнекиваясь тем, что пока хочет остаться девственником. Но правда ли то, что он говорит? Юнги не мог разобрать этого, либо он лжёт, либо это правда. Но вскоре всё встало на свои места.       Незадолго до этого, Юнги сделал копию ключей от дома и отдал их Лиёну, мол, пусть приходит, когда захочет. Этим самым, он совершил ошибку, но она открыла ему глаза.       Юнги пришёл домой от родителей и почувствовал чужой запах, тот самый, который чувствовал на Лиёне. Что за нахер? Юнги поплёлся за запахом, который привёл его в его же спальню. Вот только не говорите…       Подойдя ближе к двери он услышал ахи и вздохи, скрип кровати… и не выдержав, он открыл дверь. Ему представилась такая картина: тот самый одноклассник Лиёна, который готов был учиться даже летом, жёстко втрахивает блондина в кровать, даже не замечая, что в дверях стоит Юнги.       За эти несколько секунд, Юнги успел несколько раз умереть, воскреснуть, покормить бездомную кошечку, но когда до него дошло то, что происходит на его глазах, он сдерживаясь, спросил: — Извините, я Вам не мешаю? – уже холодным, полным ненависти голосом спросил Юнги. Лиён, увидев, что в проходе стоит Юн, с трудом оттолкнул нависшего над ним альфу и начал в панике объясняться. — Юнг… Юнги… хён, это не то, что ты подумал, я сейчас всё объясню. – Но Мину уже было всё равно, какой бы не была причина, Лиён изменил ему. — Убирайтесь, вы, оба! А ты, ты очередная шлюха, которая ведётся на деньги! Убирайся, я не хочу тебя видеть! – Юнги кричал сквозь слёзы, Лиён с альфой быстро убежали из дома. А Юнги упав на колени, начал реветь, ему было больно, его предали. Его первая любовь, оказалась проваленной. — Я больше никогда не влюблюсь, никогда! Слышишь, Мин Юнги, тебя предали. ТЕБЯ ПРЕДАЛИ!       Неизвестно сколько времени прошло, Юнги сидел в ванной, с ножом в руках, но так ничего и не сделал с собой. Ведь в тот момент, он уже полностью изменился, его гордость и самолюбие возросло до небес, и ему было бы паршиво, если бы резался из-за какой-то шлюхи. Теперь он ненавидел всё и вся.

***

      Прошло два года. За это время много чего произошло. Он случайно встретил Лиёна и этого альфу, избил их двоих. Ну, а что? Почему бы и нет? Изнасиловал нескольких омег в школе, ну, а что? Он стал капитаном баскетбольной команды. Его все боялись, ведь он стал жестоким.       В один день, он сидел на школьном окне, и заметил на улице блондина, но лицо было сложно разглядеть, сначала подумал, что это опять Лиён, но увидев этого парня ближе, он понял, это – не Лиён. Это всего лишь его копия, и всего лишь истинная омега Юнги. Юнги ненавидел Лиёна, всё что с ним связанно, то, как он выглядел тем более, Шуга хотел, чтобы Мун Лиён страдал, но никак не мог ему ничего сделать, ведь даже не знал, где живёт блондин. А тут с небес сходит, чуть ли не его двойник, который учится в одной школе с Юнги. Поскольку они были похожи, Юнги представлял, что это Лиён, и решил делать больно этому парню. Решив, что шанса упускать нельзя, он сразу же решил обидеть парня тем, что поцелует какого-то левого омегу. Похоже, он попал в яблочко, блондин сложился пополам от боли, хоть Юнги и не понимал, что сейчас фактически начинает убивать его, альфе нравилось то, как ему было больно.       Юнги стал буквально одержим тем, чтобы сделать Чимину больно. Но для Юнги, это был не Чимин, а Лиён...