Блины по-бличевски.

Луричиё Касумиодзи устраивает особую блинную вечеринку, на которую приглашает других девушек из аристократических семей Сейретея. Сама она блинчики не печёт - у неё для этого муж есть, вот бедняга Шу с помощью Энрю и печётся о вкусняшках. К большому сожалению собравшихся, половину блинов съедает Мареми Омаэда, а остальные довольствуются извинениями Мареё Омаэды, которая не такая «красивая» как старшая сестра, но фигуру и приличия блюдёт. В результате, в конце праздника за первой красавицей из рода Омаэда приударит Энрю и преуспеет в этом нелёгком деле, ибо божественно готовит. А вторая станет идолом безответной любви Кенрю (да, я яростный гетный шиппер!). Куукаку Шиба блины не печёт. Она их взрывает. Поэтому готовят их два брата-акробата - Коганэхико и Широганэхико. А так как их двое, блинов они приготовляют двойное количество, и то, что не было съедено членами семейства Шиба, раздаётся на улицах Руконгая всем страждущим (поэтому-то Шибы искренне любимы простым народом, а вовсе не из-за «богоизбранности»). Гандзю Шиба печёт блинчики на особенной сковородке, по рецепту, который ему когда-то по секрету поведал старший брат. И теперь, каждую весну, в день рождения Мияко (жены Кайена), он печёт блинчики и вместе с Бонни-тян поминает брата и его любимую жену. * Ашидо Кано слишком давно находится в лесу Меносов и уже давно не ел блинов, да и вообще, не ел. Но его сердце греют воспоминания о том, как в далёком детстве в его родном доме встречали праздник весны, и стол всегда ломился от круглых, напоминающих солнечный диск (который он тоже не видел уже триста лет), блинов. Помечтав около пяти минут о вкусных и пышных блинчиках, наш герой вновь готовится к своей бесконечной борьбе и он чувствует, закрывая лицо маской Пустого, - на весь мир пустой он идет войной.** Ран Тао и её блины могут всё! Превращаться в змей, контролировать других людей, вызывать ураганы, менять свою молекулярную решётку, вызывать огонь и жарить на нём своих собратьев***, но… абсолютно несъедобны, о чём Ран Тао постоянно сокрушается и льёт слёзы, оставаясь – который раз! – абсолютно голодной. Сора Иноуэ как родной брат Иноуэ недалеко ушёл от неё в плане готовки и даже из относительно безопасных продуктов готовит нечто лишь отдалённо походящее на блинчики. «И сам не ам, и другим не дам» - это про него и «блинчики», которым, впрочем, всё равно было найдено применение: во время прорывов Пустых ими обстреливаются нападающие. Те, не зная о двойном дне этих данайских даров и принимая их за аперитив перед основным блюдом - душами, хрупают блинчики и травятся, рассыпаясь на искры реацу. Все довольны, кроме Соры – он искренне считает, что Пустые умерли от счастья попробовать столь вкусное блюдо. Оставим его и дальше пребывать в неведении насчёт истинных причин гибели представителей популяции Пустых (ох, Сора, тебе бы к Маюри, лаборантом, - прим. авт.). Джиданбо как бессменный страж Западных Врат отойти от места караула не может по морально-психическим причинам – чувство долга не позволяет. Но жители Руконгая, возглавляемые бабушкой Тоширо, сообща пекут блины, попутно отгоняя Сору от готовящейся выпечки, и угощают ими своего защитника-нефилима. В результате: Джиданбо счастлив и сыт, народ горд и чувствует себя в безопасности, Сора обижен и унижен.

Happy End?)

______________________________________________________________________________ * прим. автора: и это не стёб. Минута молчания в честь этой прекрасной пары (я имею в виду, Кайена и Мияко, а нетот разврат, о котором вы подумали!!!). ** Да, автор и Цоя слушает – его стоит слушать. И слышать. *** Ага, и называются эти блинчики «баунто». Ну, вы меня поняли)