Зыбучие пески

Кати выпив виски пытаясь встать с кровати. - Пора с этим заканчивать! - Смеялась пьяная Кати. - Да! Хей, Паша! Ты у нас не Вардо! Ты у нас сука! Лиза? Кто такая Лиза. Закомплексованная мразь, строящая из себя не понятно кого? Круто. Ваня Дремин... Изгой, которого ненавидят все вокруг и желают ему смерти. Ну он такой милый! Даша... Кем ты себя окружила? Не ужели Веда не показала тебе, кто эти люди на самом деле? Катарина подошла к зеркалу и посмотрев в него злобно улыбнулась. - Кто вы все? Кто? - Спрашивала она отражение в зеркале. - Меня зовут Катарина Закосцельная. Я нахожусь на перепутье между миров. Я -Проводник между этими мирами! Даша - тоже проводник, но она отрицает этого. Её нашла Веда. Даша зашла в квартиру Катарины и наблюдая этот разговор со своим отражением. - Перечитала ты "Черновик" под виски. - Сказала Даша. - Заканчивай. - Меня претит этот мир. Отправь меня в тот мир где мой Вардо. - Умоляла Катарина. - Не могу. Меня за это посадят. Я не хочу, чтобы мой ребёнок рождался в тюрьме. - Сказала Даша. - И Мая останется в детском доме тогда. - Я видела её из далека. Она так на Веду похожа. - Плача сказала Кати. - Веда была бы прекрасной матерью. Даша едва не заплакала от слов Кати. - Да... Бедная Мая... Я сделаю всё, что бы ей было хорошо. - Сказала Даша дрожащим голосом. - А Паша? Он полюбит Маю? - Спросила Кати. - Он не будет её обижать. - Нет. Паша с Маей ладят. Вчера она его папой назвала. - Ответила Даша. - Папой... - Тихо повторила Кати плача. - Папой... - Да. - Сказала Даша налив себе апельсинового сока, а Кати налив виски. - Давай помянем Веду, Вардо и Сириуса. - Царствие небесного. - Сказала Кати залпов выпив виски. Даша подошла к комоду и открыв первый ящик достала фото Веды. - Откуда ты знаешь, что она там? - Спросила Кати. - Знаю. Чувствую. Я очень Веду люблю. Мне кажется, что она со мной. - Сказала Даша обнимая её фотографию. Паша: "Даша, ты где?" Даша: "У Кати." Паша: "Через 10 минут подъеду. Спускайся."

***

Паша обнял Дашу. - Малыш, вы самое дорогое, что у меня есть... - Сказал Паша.