Попробуй меня

Глава 7. (*очень прошу вас включать музыку, если есть такая возможность) <Зарождение каждой любви, каждого действия, чувства, имеет свои основания и призвано сыграть определенную роль. И порой мы понимаем их. Но в какую сторону ты не пойдёшь – всё равно любви не миновать.> Требовательные губы парня в ту же секунду накрыли мои сухие губы. Легко можно было предположить, что я забыла свое имя, потому что так еще никто и никогда меня не целовал. Я была уверена, что сейчас свободно провалюсь в обморок и навряд ли смогу очнуться. Его губы двигались уверенно, поглощающее-страстно, приторно-нежно, излишне сладостно, все это доводило мое трясущееся тело до проклятых конвульсий. Он был таким необъяснимо вкусным, будто поедая меня, прижимал к себе так крепко, насколько это было вообще возможно. Сердце страстно трепетало в это мгновение, я была готова отдаться без остатка лишь для того, чтобы это мгновение длилось вечность. Между мной и всем остальным миром — огромная пропасть. Такая широкая, что моим чувствам её не пересечь. Стоны глохнут, поглощаясь протяжными вздохами, разум не слушается, подавляясь нахлынувшими чувствами. Не сдержав своих сил, я глубоко выдохнула ему прямо в рот, ощущая насмешливую улыбку через глубокий поцелуй, но к моему глубокому разочарованию, Стайлс неожиданно отстранился, жадно облизав свои губы. Проклятье. Кожу разрывает от одного его насмешливого взгляда, тепло его дыхания можно пережить лишь однажды. Именно поэтому я начала осознавать, что сдаюсь, потому что тяжелое дыхание парня устремлялось прямо в мою шею. Во мне столько всего, о чем я хочу сказать. Но все это так огромно. Я не нахожу слов, не могу выразить, что там внутри. Кажется, весь мир, вся жизнь, все на свете поселилось во мне. Я чувствую, ох, не знаю, как объяснить… Я чувствую, как это огромно, но вместо мыслей выходит детский лепет. До чего трудная задача – передать чувство, ощущения именно такими, какие ощущаешь на себе. Это великая, сложнейшая задача без решения. -Дейвидсон, могу я предположить, что тебе понравилось? – чуть слышно шепчет он, однако его голос для меня – как раскаты молнии, так же отчетливо резко отдается где-то там, в том месте, в котором практически ничего не ощущается. Сквозь мутную пелену глаз, я тяжело сглотнула и прикрыла глаза, вдыхая ртом накопившийся развратом тяжелый воздух. -Я все понимаю, идиотка, но сказать-то можно.- недовольно фыркает он, но не отталкивается, наоборот. Лишь притягивается к моему вспыхнувшему телу и даже не целует. Так, какое-то проклятое прикосновение языком, от которого можно умереть раз сто тридцать. - И долго ты будешь помалкивать? – раздается приглушенный насмешливый голос. Самая главная загадка – почему к Стайлсу так тянет. В тысячный раз мое дыхание перехватывается потоками его слов. - Дейвидсон, я же слышу, как ты тяжело дышишь. – его хрипловатый голос заставлял захлебываться в своих мыслях, все было таким тяжелым, язык под массой нахлынувших чувств не желал произносить ни единого слова. Что говорить — я была в экстазе. - Что ты делаешь?- Стайлс приподнимается на локте и нависает над моим лицом, тщательно изучая его. – Почему ты так смотришь? Его лицо настолько бледное, казалось, что кожа сделана из мрамора. Если докоснуться до нее, можно легко испачкать руку в белых следах от известки. Было очень охотно ощутить на своих пальцах бархатное прикосновение к ней. - Это неправильно. - еле слышно шепчу я, понимая, что каждое слово дается с огромным трудом.- Ты ненавидишь меня. В любом случае, ты уже… - я резко запнулась. Было трудно произнести это. Даже труднее, чем осознать. – Ты уже поцеловал меня. - Какое тебе дело до моей ненависти, девочка.-хриплым, чуть подосипшим голосом произносит он мне на ухо, от чего моя вспыхнувшая кожа покрывается миллионами мурашек. - Завтра я снова буду тебя ненавидеть, ты снова станешь для меня полнейшей идиоткой. Ты пошлешь меня к черту, а я вновь пойму как сильно меня отталкивает от тебя. Так будет всегда. Я злобно нахмурилась, кинув хмурый взгляд на него. В ответ получила лишь виноватую, в какой-то мере безразличную улыбку. - Что ты собираешься делать? – тут же спросил Стайлс, укладывая голову на подушку. - Собираюсь лечь спать. – злобно кидаю я и нервным движением накидываю легкое одеяло на свое горячее тело. Идиот. - Ты что, серьезно? – он приподнимает бровь, удивленно распахнув глаза. - Я что, похожа на шутницу?! – передразнила я его же тоном.- Я не шучу с парнями, Стайлс. Запомни это. Парень насмешливо улыбается, вспоминая свои собственные слова. Мне становится не до шуток, поэтому я стараюсь закрыть глаза и отвернуться от самовлюбленного болвана, который крепко держит меня в своих ладонях, не позволяя даже сдвинуться с места. -Ты такая спокойная. Непривычная. Даже нежная. - тихо шепчет он мне на ухо, прильнув к гладкой коже на моей шее и прикусывая ее. В голову ударило сильнее, чем от виски. Чувства, овладевшие мною, были неописуемы. «Восхищение» или «любовь» даже близко не подходят, чтобы описать то новое чувство, которые пронзило меня. Ревность, зависть и нетерпение слились воедино. Ведомые похотью. Все это прервал яростный звонок телефона под подушкой Стайлса. Он резко оторвался от меня и даже убрал свои руки, от чего я могла посвободней вздохнуть. Хотя это было предельно сложно. - Да. – грубым и недовольным голосом отвечает тот, скидывая ноги с кровати. - Что делаешь?- в трубке раздается веселенький голосочек Хорана. Стайлс вздрагивает от такого вопроса и медленно смотрит на висящие на стене часы. - Что я могу делать в два часа ночи? - Ты спишь что ли? -Трахаюсь.- фыркает Стайлс и вновь кладет ноги на кровать, накидывая одеяло на себя. - Серьезно? – в трубку одновременно заорали все четыре голоса, все это напоминало сущий кадр смехопанорамы. - Вполне. - Стайлс, подскажи, чем заняться? – вновь спрашивает голос в трубке заметно поскучневшим голосом. – Все крутые фильмы закончились. Ты трахаешься. С травкой за сегодня перебор. Нам скучно. - Предлагаю вздрочнуть вприсядку.- невозмутимо произнес Стайлс с открытым сарказмом. - Очень остроумно. - Считай, двух зайцев убиваешь. Себя удовлетворяешь, к тому же пляшешь сколько твоей душе угодно. – непроницаемо говорит он, но поддается улыбке. - Стайлс, посерьезней. - А если серьезно…- парень на мгновение задумался, закрыв глаза. –Можешь повышивать крестиком мое имя на своих семейниках. Приду, посмотрю, оценю. - Ты придурок, Стайлс. Трахайся себе на здоровье.- обида в голосе и тут же частые гудки. И так постоянно. POV Гарри. Лунный свет лениво и расслабленно скользил по лицу спящей девушки. Странно осознавать, всего лишь несколько минут, а она уже сладко посапывает. Её кожа слабо, еле заметно мерцала, придавая своей обладательнице неповторимую красоту. Я медленно протянул руку, убирая локон с ее лица и заправляя за ухо. Девушка сонно затрепетала ресничками, мечтательно улыбаясь во сне. Я не смог сдержать улыбки и смущенно перевел взгляд в сторону. Ненавижу, когда в моей постели спят шлюхи. Блондинки, брюнетки, рыжие, с омбре на кончиках волос, осветленные, низенькие, стройные, болтливые, умные, тупые, кареглазые, скромные, развратные… Меня это настолько раздражало, что в такие моменты я всегда был готов покрыть любую соску матом и выслать ее подальше от моей комнаты. Они все искусственные. Чужие. Ненастоящие. Тогда какого черта ты, ебаный ценитель истиной красоты, не сводишь взгляда с той, что тебя так неприкосновенно раздражает? Ту, которую ты на дух не переносишь и в открытую издеваешься? Покрасневшие от поцелуя губы, спокойно поднимающаяся во сне грудь, легкий румянец, я схожу с ума, моя голова кружится, все вокруг останавливается. Сейчас между нами, кажется, ничего нет, однако это тонкое напряжение, оно не исчезает. Оно практически неощутимо, однако вы оба определенно что-то чувствуете. Ты не влюбляешься, Стайлс. Ты не знаешь это чувство, ты никогда не ощущал его прежде. И все эти маленькие вещи – лишь иллюзии. Наступит новый день и ты снова будешь ненавидеть ее. Мне удается заснуть лишь тогда, когда ночь отступает, сменяясь предрассветными сумерками. Еще немного и на востоке забелеет яркое солнце, утренняя прохлада расстелится над землей и в вышине скроются окончательные пилигримы звезд. Слышится шорох в кустах и ветвях деревьев, первое несмелое чириканье. А солнце все больше выглядывает из-за горизонта, вот уже половина его диска видна над землей. Я сонно разлепил глаза, мучительно осознавая приход нового дня. Впереди меня перед зеркалом стоит Дейвидсон и в ожидании смотрит на меня, гордо сложив руки на груди. Идиотка. - Что ты здесь делаешь?- хрипло спросил я, посмотрев куда-то сквозь нее на окно. - Вспоминаю список вещей, от которых меня тошнит.- с невозмутимым видом сообщила девушка, все так же в упор уставившись на меня. - И как? - без особого интереса спросил я. - Ты на первом месте. Перед тыквенной кашей и морковным соком. – Дейвидсон сладко улыбнулась, а потом взглянула на меня презрительным взглядом. - Как мило.- приторно улыбнулся я и тут же похолодел. – На самом деле мне плевать. Я лениво скинул ноги с кровати и посмотрел вперед себя. Черт, как же хочется спать. Сегодня никаких баб, никакой травки, ника… Хотя нет, насчет травки я погорячился. Можно будет пойти к этим уебкам в комнату, подумать насчет…. - Стайлс, где мой сломанный ключ? – требовательно спрашивает Дейвидсон, перебивая своим голосом мои планы на день. Я презрительно посмотрел на ее не очень привлекательный видок, а затем посмотрел вперед, в зеркало в полный рост. С самого утра я идеален, красив и безупречен. Не то что всякие там… - Я его выбросил.-отрезал я и встал с кровати, подходя к огромному шкафу. Рубашка в клетку? Не идет. Бомбер? Малик прикончит. Поло? Недавно в нем был. Несмотря на то, что шкаф трещал от одежды, выбрать было нечего. Веду себя как баба и ною от того, что шмоток нет. - Зачем ты его выбросил, придурок? – возмущенно спрашивает та. – Как я теперь буду отдавать его и получать новый?! - Мне плевать. – Может, бежевую кофту с этой футболкой? Или пиджак с полосатым батником? Жакет? Жилет? Безрукавка? Черт, что надеть? - Стайлс! - Я слушаю.-обернулся я и тут же расплылся в улыбке. - Отдай мой ключ. – попросила она с жалобным видом. - А ты мне что? - Стайлс! - Дейвидсон.-спокойно отозвался я и приподнял одну бровь. - Отдай ключ, я знаю, что ты его не выбросил. - А ты мне что? - Ну пожалуйста. - От пожалуйста оргазм не получишь, деточка. – нагловато усмехнулся я и подошел к низкому пуфику, на котором валялись мои вчерашние джинсы. – Хотя откуда тебе знать. Я вынул из заднего кармана сломанный ключ и усмехнулся. Какая неожиданная находка. - Что это у тебя в руке?!-заистерила та, но с места не сдвинулась. – Это мой ключ! - Конечно, Дейвидсон. - ехидно ухмыльнулся я. – Это – твой ключ. Он лежал в моих джинсах. Значит теперь он мой. Улавливаешь? - Я тебе сейчас глаза повыцарапываю. - Вперед. - Стайлс! - Дейвидсон. - Прекрати! - Я даже не начинал. Девушка издала мучительный стон, медленно подойдя ко мне. Смотрит в глаза, щурится, такой ненавистный взгляд, боже мой, сейчас заплачу. - Отдай.-требует она, выдыхая мне прямо в губы. - Оу. – протягиваю я, крепко сжав ключ в своих руках. – Зачем? - Все узнают, что я ночевала с тобой, что ты запал на идиотку, которую ненавидишь, а идиотка оказалась шлюхой, мать твою! Стайлс, отдай мой ключ! Я с ненавистью улыбнулся, мучительно оттягивая время. - Ты все правильно сказала. Лишнее было только то, что я от тебя без ума. Хороший сон приснился? - Я всем расскажу, что ты принимаешь наркотики. С интересом посмотрев на нее, я многозначительно закивал головой, мол, об этом никто не знает и это станет новым открытием, а затем резко схватил ее за бедра и притянул к себе. - Послушай, Дейвидсон. – моя рука крепко сжимает ее руку до побеления костяшек. – Будешь показывать свой характер – я расскажу всем о тебе гораздо больше. Держи свой ключ и забудь обо всем. А теперь пошла вон из моей комнаты. Пошла вон. Девушка крепкой хваткой вырвала у меня сломанный ключ из рук, а затем, громко хмыкнув, тут же развернулась и в одно мгновение вылетела из моей комнаты, громко хлопнув дверью. Эпичненько. Тяжело выдохнув, я покачал головой и непонятно зачем улыбнулся. Хорошенькое дельце намечается, теперь у меня есть не только куча аргументов на то, что она конченая идиотка, ко всему этому теперь можно приписать томную ночку в моем номере и сломанный ключик. Все это доставляет нереальный интерес и массу будущего веселья. Я полностью был готов в то время, когда за мной заглянули 4 сонных барана, тесно столпившись у меня в маленьком коридорчике. - Как прошла ночка? – веселеньким голосом спросил Томлинсон, припрыгивая на месте под еле слышную включенную музыку перед входом в большой зал на завтрак. - Ее задница такая же отличная без юбки, да, Стайлс? – подхватил Хоран и закивал бошкой в ожидании ответа. Я тихо рассмеялся, помотав в головой в полном недоразумении и критическом шоке от этих идиотов. - Она дала тебе или нет, черт тебя возьми?! – вспыхнул Малик, застегивая на руке дорогие часы, плетясь при этом где-то сзади. - Я надеюсь, сегодня будут мои любимые круассаны. – как ни в чем не бывало ответил я, за что тут же получил ладонью по подзатылку. Не сдерживая смеха, я заржал на весь зал, захлопав в ладоши при этом. Этих придурков так легко развести и вывести из себя, что мне все это не просто льстит, а даже порядком поднимает настроение. - Как тебе ее сиськи, Стайлс? – не унимался Хоран, прыгая передо мной как степной козел. Я притянул друга за капюшон и обхватил его за шею. - Что такое?-испуганно спросил тот. – В чем дело? Что я не так сказал, Гарри? - Иди сюда. Кое что скажу тебе на ушко. - прошептал я и поманил его пальчиком перед лицом. Друг с блаженным выражением лица закатил глаза, в надежде услышать увлекательный рассказ о прошедшей ночке. Еле сдержав смех, я остановился на одном месте и притянулся губами к его уху. - Ненавижу вишневые.- процедил я шепотом сквозь зубы, а затем на меня обрушилась целая лавина под названием «злобный Найл», покрывающая меня томным матом. Хоран, хищно улыбаясь, ловким движением притянул к себе меня за ворот рубашки. - Сейчас комплимент тебе делать буду, приготовься, ебаный Стайлс. Опупенные джинсы, слушай! Они скрывают все твои недостатки: маленький член и… - … и все засосы, оставленные тобой на моем члене. – усмехнулся я, подмигнув блондинчику. Хоран помотал головой и, перекинув свою руку через мою шею, направился на завтрак. Я обожаю этого идиота. 15:40. - Мистер Стайлс, задержитесь. – приказал Смит после того, как прозвенел звонок с пары. Я махнул рукой Пейну, повелев ему подождать меня за дверью. Когда класс опустел, я закинул учебник в свой портфель и лениво подошел к учительскому столу. - Что ты делал ночью, Стайлс? - сразу в лоб спросил меня Смит, задерживая меня после пары. -Спал. - абсолютно непроницаемым голосом ответил я, слушая бредни старого профессора. - У меня есть куча доказательств того, что свою ночку ты провел с этой первокурсницей. – прищурил тот свои орлиные глазки, стараясь прочитать по моим глазам что-то стоящее. – И то, что вы занимались с ней кое-чем очень даже непристойным! - Брось, Смит, я не сплю с первокурсницами. – ответил я, закинув рюкзак на плечо. – Я вчера так накурился, что уже не помню, кто со мной был. Расслабься, старик. Это была точно не Дейвидсон. - Накурился? То есть, ты ничего не помнишь? - Абсолютно. – кивнул я, рассматривая шнурки на своих кедах. - Ладно. Пусть так. Стайлс, скоро я позвоню твоему отцу и расскажу все, как есть. То, что ты спишь не один, то, что ты накуриваешься, то что ты… - Не делаю ничего для колледжа, развлекаюсь, развратничаю. Так? – невозмутимо перебил его я. – Смит, я думаю, что твоя дочь так совсем не думает, и не желает узнать всю правду о своем отце.-добавил я хитрым тоном. Я гордо выпрямился и посмотрел в глаза на озадаченного Смита. - Пробирки, все эти ДНК дела очень легко провернуть, Смит, учитывая мое положение в обществе. Не думаю, что милашка Джессика будет рада узнать, что ее отец на самом деле бесплоден, точнее то, что ее отец, вовсе не отец. – я уперся ладонями в учительский стол и слегка преклонился к лицу мужчины. – Что ее настоящий отец гораздо состоятельней скудного профессора в загородном колледже. Смит явно замялся, нервными движениями поправляя очки на переносице. - От тебя одни проблемы, Стайлс. – скудно процедил он сквозь зубы. - Я могу идти? – пропустив предыдущую фразу мимо своих ушей, я не дождался ответа, а затем коварно ухмыльнулся и вышел прочь из класса. Вечер того же дня. (Eminem – Beautiful) - Ты долго, Гарри. – встретил спокойный голос в темной комнате. – Где ты был? - Гулял. – равнодушно ответил я, закрывая дверь на замок. – А вы уже готовы, черти. - Почему грустный? – пропустив мое утверждение мимо ушей спросил Луи, который сидел на полу и с упор не вывозил происходящее. Найл протянул мне открытую бутылку виски и я тут же сделал внушительных размеров глоток, а затем достал пакетик с травкой из заднего кармана и направился к любимому подоконнику. - Тяжелый день. – сказал я, выглянув в окно. Сумерки собирались в темной гуще леса, прохладный вечерний ветер прояснял мысли. Я поднес к губам косяк и с удовольствием затянулся. Горло внезапно обожгло горячим паром марихуаны, после очередного глотка терпкого виски я мучительно зажмурился, быстрым движением массируя виски. - Стайлс? - Закрой рот. – оборвал я чей-то голос, запрокинув голову назад. Губы приоткрылись, жадным движением глотая холодный воздух. - Стайлс, может, трахнем кого-нибудь? – лениво спросил Малик, глотая из бутылки другое виски. -Не хочу никого. Если ты не Рикка Дейвидсон, конечно. – произнес я, вновь блаженно затягиваясь. Затяжка, еще одна, две, три, меня разносит, земля уходит из под ног, все кружится, становится жарко, невыносимо трепетно, сердце стучит, голова в дурмане, душа отрекается от тела, мне хорошо, мне прекрасно. - Рикка? – переспрашивает кто-то, не понимаю кто. – Стайлс, какая еще Рикка? Я смотрю прямо перед собой в одну точку, окончательно не осознавая происходящее. Глаза медленно закатываются, в мыслях комок из слов «Рикка, кровать, Смит, ДНК, Зейн, страусы… страусы?» - Споем про страусов? – убитым голосом спрашиваю я, облокотившись об окно. На ухо уже кто-то затягивает глупую шарманку, я киваю головой в ритм, шатаюсь из стороны в сторону, подпеваю песню про страуса и про барашка, который бежит по полю, бежит, бежит, улыбается мне, махает, снова бежит… - Сука, заебал петь! – взрывается рядом голос, а я все киваю. Прекрасная песня, слушайте, почему я ее раньше не слышал? - Откуда ты вообще вычудил эту песню, эуу, Стайлс, прием? Шерстяное чудовище скачет перед моими глазами, улыбается во всю свою очаровательную улыбку, я улыбаюсь в ответ, махаю ему, чуть не падаю с подоконника, вновь заползаю, вновь пою, мне хорошо, мне прекрасно… - Вы думаете, что если вы ненавидите мою песню, то я тоже должен вас недолюбливать? - хрипло спрашиваю я, открывая глаза. - Чёртовы идиоты, я ловлю кайф, зная, что я не вы. - Гарри, ты втюхался в бабу по самое не хочу, да? Сжав голову ладонями, я рычу сквозь зубы на ебанутые вопросы. Не хочу, не буду, не желаю отвечать. - Гарри! - Да что блять!-взрываюсь я под конвульсиями.- Я боялся, что уже никогда не полюблю, теперь боюсь, что влюбился навсегда. В девушку, которую ещё даже не трахнул! - Не трахнул? - Что? - Как не трахнул? - Она не дала тебе? - Ты прикалываешься? - Ты укурен? - Ты убит? - Ты баран? Баран? Опять баран? Ох проклятое животное, я принялся отмахиваться вокруг себя, бараны отовсюду, зачем я вообще вспомнил про них, господи, мне хуево, я готов сдохнуть миллион раз. - Я ничего не думаю по поводу этой малолетки. – отрываюсь я от своих рук и смотрю на сидящих на полу парней. - Но, Стайлс, ты не должен думать — отключи голову! Ты должен чувствовать! – перечит мне Малик, не отрываясь от своей бутылки. - Я итак чувствую — я чувствую себя идиотом.- говорю я сонным голосом и соскальзываю с подоконника. - Да ты влюбился! - Прекрати.-рычу я на Пейна, закатывая глаза. – То, что я хочу придти к ней, то, что меня ломает, то, что у меня кружится голова – причем кружится от нее и в ее сторону – это все нихуя не значит. Это все марихуана. -Т ы не сможешь к ней придти, Стайлс. - Смогу.-фыркнул я. – Я все могу. Я просто не хочу. - Слушай, Гарри. – ко мне напрямик подошел Хоран, схватив меня за плечи. – Милок мой, сожри 5 пачек парацетамола, прыгни с крыши, выстрели себе в висок, неважно. Но ты не сможешь. Ты трус. Ты ничтожество. Ты бессмысленная клеточка этого гигантского организма. Ты это Рикка, такой же придурок. Иди к ней. Я сонно разлепляю глаза, не в силах осознать, что несет этот страус. - Ты похож на страуса.-смеюсь я, закатываясь в полнейшей истерике. Меня клинит. – Ты очаровательный страусенок! - У тебя все страусята. Иди и трахни ее, мать твою! Докажи, что тебе не слабо. - Мне?! Слабо!? Я отталкиваю от себя Хорана, шатающейся походкой вылетаю из комнаты, бегу, лечу, спотыкаюсь, иду к этому проклятому номеру, да я, да я не смогу? Да как он посмел, я все могу, эта малолетка для меня не помеха, я просто… Что я скажу ей? Тут же затормозив на одном месте, я останавливаюсь как контуженый, сонно разлепляю глаза. - Стайлс, я все вижу. – голос откуда-то сбоку, неужели опять барашки преследуют? Бррр, я начал трясти головой, чтобы прогнать от себя проклятые мысли, а затем снова набираю обороты, неважно, что я скажу, меня и так клинит, но я не слабак, всем клянусь, я не слабак, я все могу, я докажу, а что я докажу, да неважно, мысли спутались в комок, меня шатает, меня воротит, я иду к той, которую ненавижу, из-за которой мне сносит башню, нет, нет, я не влюблен, я не знаю как это, я не… 516 номер. Мне не слабо. Твердо стою на ногах, проклинаю весь мир, впитываю утопию, долблю уверенно, целых три раза. О, да я силач. Я ведь сказал, что я могу все. Дверь практически сразу раскрывается, на пороге стоит Рикка в одном коротком халатике, о боже, мысли, не покидайте меня окончательно. - Стайлс? – испуганно спрашивает она, встав в дверном проходе. – Что ты здесь делаешь? - Стою.-уверенно отвечаю я, склонившись около ее лица. Девушка краснеет, бледнеет, все одновременно, она такая красивая, она такая… - Господи, если ты собираешься меня поцеловать, то лучше сразу проваливай. – отрезает она, отодвигаясь от меня в сторону. - Да ты сама хочешь меня поцеловать, дура! –выкрикнул я ей в лицо, слегка врезав по стене кулаком. - Черт бы тебя побрал, я ненавижу тебя, укуренный идиот! – она рассмеялась.- И даже не надейся, что я позову тебя в комнату. - Если бы я захотел попасть в твою комнату, моя дорогая, я бы уже давно там был. Девушка тут же стала серьезной. Улыбка исчезла с ее лица, скулы напряглись, и в штанах у меня тоже напряглось, брови нахмурились, о черт, эти прекрасные брови, я готов целый мир продать за… - Стайлс, что серьезное случилось, что ты приперся ко мне? Что ты тут забыл? Я блаженно поднимаю глаза, смотрю прямо в темные, молящие, усталые, наивные, гордые, разочарованные, наивные, но все такие-же прекрасные темные глаза с бирюзовым отливом. - Стайлс. Я спросила, что ты тут забыл? Улыбаюсь. Томно улыбаюсь, пытаюсь поймать хоть одну мысль, хоть одну проклятую колкую мысль, чтобы хоть как-то ответить. - Ты меня слышишь? –повторяет она в миллионный раз. – Что ты хочешь? Резко загорается вспышка, яркая вспышка в голове. Я вспоминаю ее слова, я точно помню, я счастлив, я знаю, я улыбаюсь, оголяю свои зубы, не спускаю взгляда с ее прекрасных глаз, приоткрываю влажные губы, склоняюсь перед ее лицом и осторожно шепчу ей на ухо: - Тебя.