Безумный гений

Стебль прыгала вокруг Гарри, и тот смутно ощущал, что не она ведет его в лазарет, а он. Преподавателям всегда тяжело. Директор подошел к веселящейся Помоне и что-то бурно зашептал на ее ухо. Альбус был немного глух, и шепот был слышен ушами Поттера. Что-то там про пророчество. Не сильно и хотелось знать. - Гарри! Сам сможешь дотопать до больницы? – Директор подхватил под руку профессора травологии и они направились в сторону его кабинета. Конечно, Гарри сможет дойти до больницы. Кого интересует, что мальчик истекает кровью? Вздохнув, Поттер направился в примерную сторону зюйд-зюйд-веста, где по плану эвакуации должна была находиться мадам Помфри. По пути ему встретился высокий парень с редким именем Седрик, который был оценен взглядом мальчика и поставлен на полочку «довольно красивый человек в этой сумасшедшей школе». Они разговорились. Диггори рассказал Поттеру о мании ловли золотых шариков, которых он постоянно видел перед своими глазами. Из-за этого учителя не долюбливали, когда Седрик начинал махать руками на уроке. Перекидываясь самыми прикольными моментами в жизни, они дошли до лазарета. Мадам Помфри быстро налепила лейкопластырь на руку Поттера и выпроводила его. Диггори остался для принимания более сильных антибиотиков. День начался неважно, но он был еще не завершен. Поттер направился в башню Гриффиндора, где вовсю орудовала Нагайна. Змея не просто завоевала себе весь диван, она читала свежую газету и доедала Живоглота. Рыжий кот был приятным перекусом между завтраком и обедом. Мальчик уставился в глаза Нагайны. В них отражался он сам. Убегающий и сверкающий пятками. Шутить с змейками не стоит. Где-то у Рона еще валялась крыса. Можно было бы ее тоже скормить, чтобы не стать будущим ужином. Нагайна вздыхала и протирала хвостом глаза. Книга о романтике тревожила ее ранимое сердце. Хотелось тоже иметь такую же любовь. Поттер был выловлен и сжат в удушающий кокон. Но поворот в книге резко затормозил, разбился машиной об дерево, и мальчишка был выкинут за диван. Ища очки, Гарри постарался не сильно тревожить читающую Нагайну и забежал в свою комнату. Действительно, в помещении воняло тухлятиной. Голова была не свежая и уже начала приманивать мух. Вытащив тюк, мальчик развязал его, критически осмотрел и выкинул в окно. Довольный собой идущий Диггори потерял сознание, когда перед ним свалилась башка, смачно перемешав мозги с землей. Поттер страдал от ничего неделания. Руки чесались построить хоть что-то. В шкафу нашлись знакомые стащенные растения, несколько палок и рюкзак Невилла, внутри которого воняло удобрениями самого органического производства. Мозги закипели и придумали гениальный ход идеи. Всего за полчаса мальчик смог собрать из небольшой кучки ингредиентов гомункула. Хорошо его залепить пластилином и замотать синей изолентой. Остатки клея ушли на создание глаз. Перед взором Гарри стоял идеал всех Игорей, которые всегда помогали своим безумным гениям взорвать что-то хорошее, превратив его в пепел. Поттер достал палочку и взмахнул ей. Как и следовало ожидать, она не произвела никакого эффекта. Бесполезная вещь либо была не магической, либо Гарри не мог сам делать магию. Гомункул шелохнулся. Как раз тот самый момент для зловещего смеха. - Ха-ха-ха, кх, кх, - подавившись, внезапно выглянувшей на свежий запах клея, мухой, мальчик стал кашлять. - Все хорошо, хозяин? – Человечек выхватил палочку из обессилевших пальцев, взмахнул ей и наколдовал стакан воды. Вот всегда магия достается кому-то другому! Выпив предложенный стакан, Поттер стал подумывать о том, что его новосозданной игрушке даже идет весь этот брутальный вид с волшебным сучком. - И дам я тебе имя Адам! - Ссслышь, поесть не найдддетссся? – Нагайна вползла в комнату и зачарованно уставилась на гомункула. В глазах змеи пронеслась санта барбара с последующей женитьбой, рождением малышей и уходом к маме после спивания мужа. Гарри перевел прищуренный взгляд на змею, вырезая глазами из нее кожаную сумку. Намек был понят, Нагайна утащила себя из комнаты. - Хозяин? - Не боись, она тебя не съест. Она такими не питается. А если и съест, то я тебя потом подорожником. Адам неуютно подвигал руками и, оглядев комнату, натянул на себя свитер, который связала для Рона мама. Этими шерстяными монстрами был забит весь шкаф и тумбочка Уизли. Он не мог отказать матери, и получал почти каждый день по новому свитеру. У Гарри складывалось впечатление, что Рон – это моль. Потому что свитера все время куда-то пропадали. - Хозяин? Можно мне узнать в чем уготована моя роль? - Сеять хаос. Чего же еще! – Гарри оглядел гомункула. Вроде руки не отваливаются, ноги целы, да и в целом выглядит как после пьянки. – Ты будешь создателем своего мира! И разрушишь этот. - Простите, хозяин. Вы темечком не долбанулись? - Выбирай слова полегче. Я все же твой создателей. - Сейчас вы маниакально смеетесь и не знаете, что делать мне дальше. - Ну, - Поттер задумался. И впрямь. Все было испробовано и стало неинтересно. – Захвати Хогвартс. - Будет выполнено. – Адам с трудом передвигая конечностями направился к выходу. Гарри чихнул, вспомнил, что еще уроки и тоже вышел из башни Гриффиндора. Сейчас как раз должен быть урок у зельевара. Хороший повод, чтобы поболтать с Волди и рассказать о новосозданной игрушке. Волдемортик кушал тортик. Снейп с пеной у рта отнимал у Гриффиндора очки и офигевал от расползающейся чеширской улыбки Темного карапуза. Кому как ни ему было знать, что Волди учился в Слизерине и ненавидел чистеньких Гриффиндорцев. Вырвав кусок из пальцев родственничка, Гарри засунул кусок сладости в рот и стал специально чавкать. Профессор зельеварения покраснел и стал еще пуще отнимать очки. Колба с рубинами уже ушла в глубокий минус. - Я тут одну вещичку сделал, думаю тебе понравится. – Поттер облизал пальцы. Волдемортик вопросительно посмотрел на мальчишку. Довести до белого каления Снейпа – что может быть лучше. - Хозяин. Я вернулся. – Адам протолкался между учениками, пролез под юбкой у Грейнджер, верно подметил, что ей не стоит носить трусики с Микки Маусом и появился перед Поттером. - Ну и как захват? Гомункул протянул палочку. - Это чей-то? - Я захватил Хогвартс, начав с директора. - Ты че? Убил Альбуса? – Волдемортик зааплодировал в ладоши и пустил слезу. Приятный сюрприз. - Нет, я просто его оглушил и украл его палочку. Я решил, что вам, хозяин, будет приятно знать весь мой план по захвату. – Адам вручил магический предмет в руки Гарри. Тот затравленно пытался придумать что сделать, чтобы потом не получить по голове. Это уже не лезло ни в какие рамки. Поттер не придумал ничего лучше, как закинуть палочку Дамблдора в варящийся котел. Лопнула деревяшка, обнажая волосину какого-то темного существа. - Ой, дурак! – Волди схватился за голову. - А что мне еще оставалось делать? - Ты лишил самого могущественного мага его палочки! Поттер, ты идиот! Теперь самый сильный по могуществу – это я. - Ой, не льсти себе. - Если бы я не был в этом детском теле, я бы тебя задушил. Обещаю! - Вот через, - Гарри осмотрел родственничка, – через десять лет и подходи меня душить. Выстраивайся в очередь. Первым будет директор. Волдемортик схватился за голову, расплавил взглядом котел, в котором сварилась палочка и стал постукивать лбом по парте. Поттер благоразумно закрыл рот, потому что ведал чего натворил. Адам поспешно свалил дальше захватывать замок. - Поттера мне!!! – стены задрожали от крика. Класс повалился под парты и стал спешно баррикадировать дверь стеллажами с зельями. - Ну иди, любитель судьбы. – Темный лорд спрятался под стол. - И Тома тоже! Поттер дал шелбан вылезшему родственничку. Вдвоем конечно веселей, если это не директор. И не куча проблем, созданных Гарриными руками. Альбус не был зол, он метал молнии аки Зевс Громовержец и не просто одаривал улыбкой зашедших детей, он смеялся им в лицо Медузой Горгоной. Адские детишки не просто вынесли мозг директора, а также палочку, но и требовали срочных мер. Если Министерство магии узнает, что лишилось самого сильного волшебника по вине одинадцалетнего пацана, то Дамблдора поднимут на смех. Уж лучше умереть от руки Тома Реддла. - Итак, я требую объяснений. - Это все Адам! – Волди не мог держать язык за зубами и был готов сдать родную бабушку. - Поподробнее, - директор свел пальцы вместе и стал слушать сбивчивый рассказ Поттера. Оставалось загадкой, как волшебник калибра Альбуса проворонил, что в его кабинет забрался гомункул, более того оглушил и стащил палочку. – И значит он все еще пакостит в моей школе? - Да. – Понуро опустив голову, мальчик пытался скрыть улыбку. Своего врага он случайно сделал карапузом, а светоча магии – лишил палочки. - Том, я знаю, что у тебя есть палочка. - Не отдам! Она моя! - Не начинай старую игру, ну, для тебя уже молодую. Ты отдаешь ее мне в качестве компенсации, что твой родственник мою сварил в котле. – Альбус протянул руку. Волди смущаясь, почесывая нос и сверля глазами Поттера, вытащил из штанин палочку и отдал ее Дамблдору. - Замечательно! Я уже почти забыл, что хотел сделать с вами двумя. А ну, да, - директор махнул палочкой. Волдеморт с ужасом понял, что одежда стала ему значительно мала и мир пошатнулся от смеха его трусов в сердечках. К Гарри подскочил Адам с еще охапкой палочек нечестно добытых в бою. - Это я, пожалуй, заберу себе. Акцио, палочки! – Волшебные вещи приземлились на стол Альбуса. – Обливиэйт! - Какого черта! Зачем ты стер ему память? - Пусть думает, что был в лагере. Заберем все его игрушки, но мой мир портить я ему не позволю. Палочка его не слушается. Ты хочешь его убить? – Директор поглядел на Темного лорда. Тот отрицательно покачал головой, все же привык к нему. – Отправлю его назад к Дурслям. Пусть создает там свой мир. - Но он принадлежит к магическому! - Да, ладно, Том. Историю можно всегда переписать. Гарри проснулся с больной головой в чулане. В мозгах кипела сложная система, которую маленький гений сразу же стал переписывать на бумагу. Безумный гений изобрел водородную бомбу. - Я тебе говорил, что его стоило оставить в школе! – Волдеморт смотрел на строчащего Поттера. - Будем надеется, что до магического он не доберется. – Альбус закусил губу. Чего он успел натворить – кошмар. Гарри медленно записывал точность в погрешности бомбы, когда ему пришла еще больше гениальная мысль. Вырвав лист, он нарисовал палку и стал записывать расчеты на ее мановение. В мире стало на одного безумного гения больше.