Ледяная душа

«То, чем стоит дорожить, всегда исчезает раньше, чем успеваешь его заполучить».

Дазай Осаму.

Контролировать себя крайне сложно при большом эмоциональном скачке. Люди не сдержаны в своих эмоциях, им всегда что-то мешает и из-за этого они теряют способность здраво мыслить. Мэри была морально убита и не верила своим глазам. Упав на колени рядом со своим напарником начала судорожно трясти его за плечи. Слезы градом спадали на его уже умиротворенное лицо. — Прошу тебя, Чуя! Ты же обещал мне! Обещал, что будешь рядом! Ты же… не бросишь меня одну? Да? — руки уже были в его крови, но она не боялась их замарать. Она знала, что не надо было его оставлять, не нужно было прятаться, этого бы не случилось, если бы она осталась с ним. Девушка чувствовала, что кто-то подошел к ней. — Ох, моя милая Мэри. Опять из-за тебя умер дорогой тебе человек, — мужчина наклонился и, раздавив перед ее лицом стеклянный шарик, который вмиг растворилась в воздухе. Вдохнув этот раствор в голову, будто что-то ударило, гнев и ненависть овладевали телом, словно наркотик, хотелось уничтожить все и всех. Снова это ужасное чувство страха и злости и Анджела понимала, что это снова то чувство, что было несколько лет назад, снова Кристофер хочет завладеть ее силой и телом. Но в этот раз они будут играть по ее правилам. Сейчас ей владела лишь злость на своего дядю и именно на нем она отыграется, лишь бы не причинить вреда городу и людям. Глаза залились кровью, волосы начали приобретать голубоватый оттенок, вокруг тела закружило множество снежинок, а на руках появилось множество символов белого цвета. Предвидев такой исход событий, Норман отошел на приличное расстояние от своей племянницы и начал искать в карманах новую капсулу. Но она была не такой, которая приняла Мэри. Та была красного цвета, то эта была фиолетовая, которая плавно переходила в желтую. Кристофер не имел способности, но с помощью раствора сможет ее приобрести. Таких таблеток он принял всего две. Все по стандартной схеме: кровавые глаза и изменение оттенка волос. У каждого свои мотивы сражаться и у каждого равные силы на победу. Что может противостоять льду? Конечно же — огонь. С каждой атакой Кристофер уклонялся или просто разрушал ее способность, и битва казалась бессмысленной. Несколько раз мужчина смог ранить девушку, но она оставалась непоколебимой и с каждым падением поднималась вновь. — Тебе не надоела эта глупая схватка? Ты даже ни разу меня не ударила, когда ты сама уже ранена? Неужто тебе так сильно хочется остаться в преступной организации? — Диккенс не отвечала, не видела смысла в этой болтовне. Она понимала, что он хочет заманить ее на свою сторону и хоть она и была под действием препарата — она четко видела цель уничтожения. Она знала, что удерживает ее рассудок — его слова. В голове мелькали все те моменты проведенные вместе: болезнь, сражения, первая миссия, день моря, поцелуй и та ситуация в штабе. С каждым воспоминанием девушка осознавала и принимала свои чувства, и они рушились, когда та переводила взгляд на бездыханное тело. И снова этот гнев — это приятное чувство, протекающее по всему телу. Почему приятно? Потому что, представление о предстоящем поражении противника заставляло улыбнуться собственным мыслям. Выкрикнув название своей способности, поднялся сильный ветер, и небо заполонило тучами, пошел снег: крупными хлопьями он спускался на землю. Создав из льда копье, бросила в Нормана, но не долетев до него приземлилось рядом с его ногами. Тот лишь усмехнулся. — Это все, на что ты способна? — Не недооценивай меня, — подняв ладонь перед лицом, копье вмиг растаяло, превратившись в лужицу под ногами мужчины, но как только сжала ладонь в кулак, жидкость начала приобретать форму купола, из которого начали проявляться шипы. Норман не растерялся и с помощью временной способности разрушил купол. — Разве ты не хочешь вернуть своего возлюбленного? — Что? — Я могу воскресить его, и он будет жить, — девушка на миг замерла и посмотрела на Чую, лежавшего на земле. Больше всего на свете она хотела, чтобы он жил. — Мертвых не вернуть к жизни! Я не верю тебе! — Этот мальчишка испортил тебя! Ты перестала подчиняться эмоциям, а значит, ты просрочила свой срок! — Что? — Ты отправишься за ним, — создав огненную стрелу, он пустил ее в Мэри, но та тоже не собиралась отступать, девушка понимала, что огонь навредит ей, но отступать было нельзя. Стрела с невероятной скоростью летела прямо на эспера, но в мгновение и она оказалась в ее руках. Ладони обжигал жар, свет слепил. Анджела создала ледяной лук и направила стрелу на мужчину. Лук таял на глазах, но все же, она успела выстрелить. Победить врага его же оружием. Гениально. Мужчина не успел уклониться, и стрела попала точно в сердце. Тот упал на землю, и с ледяным копьем в руках, Мэри подошла к мужчине, из его груди лилась не кровь, а какая-то желтоватая жидкость. — Теперь ты точно осталась одна, — прохрипел мужчина, прежде чем в его грудь вонзилось копье. Издав последний вздох, Кристофер Норман скончался. Девушка обессилено упала на колени. Слез не было, просто в душе зародилось опустошение, не хотелось ничего. Просто раствориться, исчезнуть. Препарат все еще дурманил, и показываться в таком виде на людях нельзя. — Ну вот, а я то думал, что успею посмотреть бойню, — из-за кустов послышался знакомый голос и перед глазами мелькнул кофейного цвета плащ. Осаму подошел ближе, но вокруг него образовалась ледяная клетка. — Не подходи! Это может плохо для закончиться, — проговорила на выдохе беловолосая. Мужчина лишь усмехнулся и деактивировал способность. — Если ты не захочешь, то вреда мне не причинишь. Никто не вправе управлять твоей способностью кроме тебя. Разве Чуя тебе этого не говорил? — имя дорогого человека эхом отдалось в сознании и ком в горле застрял, боясь произносить эту ужасную новость. Хотя и первый и второй говорили, что ненавидят друг друга, узнав, что того нет в живых, начали бы сострадать. — Его больше… нет, — Дазай в недоумении взглянул на собеседницу и не понимал, к чему она это говорит. — Что ты имеешь в виду? — послышался всхлип, и было видно, как девушка сжала край футболки. — Он умер, Дазай. Норман выстрелил ему в голову. Неужели ты не видишь тело? — Бывший мафиози оглянулся, пытаясь найти тело бывшего напарника, но так его и не обнаружил. Да он и не понимал, зачем его искал, ведь буквально несколько минут назад они с ним чуть ли не перебивали друг друга. — Мне не нужно было уходить! Не нужно было вообще появляться в мафии! Он был бы жив, если бы я тогда не взяла его за руку! — И долго ты будешь жалеть себя? Жизнь станет настоящим кошмаром, если продолжишь жалеть себя. А теперь послушай меня: никакого мертвого Чуи не было. То, что ты видела — это всего лишь иллюзия. Норман знал, что самым близким человеком для тебя является Накахара, поэтому воспользовался ситуацией. Тем самым вызвал эмоциональный взрыв, чтобы ты смогла потерять контроль. — То есть… он жив? — Еще бы! Еще чуть-чуть и он бы скинул меня в море. — Я не могу сейчас вернуться. — Почему люди любят всегда все усложнять? Дай мне руку, — он протянул к ней свою ладонь и она, взяв его за руку, почувствовала усталость и слабость во всем теле. Множество иероглифов и синеватое свечение охватило их тела. Мэри не потеряла сознание, но без помощи дойти она точно не сможет. Подхватив ее под руку, Осаму повел ее в сторону штаба мафии. Начало светать. Подходя ближе к порту, Мэри видела больше половины сотрудников, Мори, Элис, Акутагаву, Гин, но не видела рыжего ангела, которого она так желала увидеть. Высвободившись из рук Дазай, чуть прихрамывая, девушка подошла к боссу и, поклонившись, извинилась за доставленные неудобства. Тот лишь усмехнулся и потрепал девчушку по голове. После этого Огай развернулся и поблагодарил всех за проделанную работу, после чего всех отпустил на отдых. Только мужчина собирался уходить, как его схватили за рукав. Повернувшись, он увидел немного смущенную Анджелу, которая словно боялась что-то сказать. Вдохнув поглубже, девушка спросила: — Мори-Сан, а где Чуя? — на такой вопрос Мори улыбнулся и показав в сторону пристани, где Анджела увидела своего наставника. Поклонившись в знак благодарности, сразу же побежала в сторону мужчины. Утренний ветерок создавал небольшие волны на глади воды, а рыжеволосый устремил взгляд в море, ожидая. Небо постепенно окрашивалось в голубой, заставляя осознавать, что наступил новый день. Мужчина был весь в крови, он не любил убивать невинных, но ради спасения организации, пришло переступить через свои принципы. Эти люди были толи под гипнозом, толи они делали это осознанно — это не избавляло их от ответственности. Они посягнули на Портовую Мафию, за что и поплатились. Но в этот раз мысли были не о защите штаба, а о безопасности его непутевой ученицы. В последнее время лишь о ней забита голова и Накахара не понимал почему. Всегда что-то ассоциировалось с ней: яркая луна, что освещала ночной город, напоминала ее волосы, белоснежные, как и сама луна. Ее улыбка напоминала звезды, что ярко сияли в ночи. А ее глаза, были похожи на дорогое вино, каждый раз, когда он поглощал напиток, вспоминал ее глаза и тот озорной огонек. Он знал, что Осаму пошел за ней и всем сердцем желал, чтобы все было впорядке и вот, услышав глухой стук каблуков, обернулся и тут же был заключен в крепкие объятия. Не нужно было догадываться кто это. Эту белую макушку он узнает из тысячи. Не обнять ее в ответ было бы самой большой глупостью на свете. Опять эти ощущения: как-то по-свойски она зарывается в его волосы и что-то шепчет, но мужчина не понимает что. И когда она отстраняется от него, кладя руку на щеку, он видит, как она плачет, снова. Ласковым движением он стирает ее слезы: — И чего ты опять разревелась? — с улыбкой на губах проговаривает мужчина, Мэри улыбается, но слезы не перестают течь. — Так, это от счастья… — Значит, нужно радоваться, а не плакать. — Повторяешься. — Не повторяюсь, а напоминаю, — они улыбнулись друг другу. Но чей-то голос прервал их. — Эй, голубки, я, конечно, все понимаю воссоединение и все такое, но вы здесь не одни, — Дазай стоял напротив и наблюдал за всей картиной со стороны. Он не понимал, что Мэри нашла в этом шляпнике, но и взгляд Чуи, адресованный ей, он видел впервые. — Завались Дазай! Тебя вообще не звали, чего приперся! — Между прочим, если бы не я, то твоя дорогая Мэри сейчас бы так и сидела на земле, поглощенная своей же способностью. — Умри! — С удовольствием, но я еще не встретил прекрасную даму своего сердца. — Да кто полюбит такого придурка, как ты? — на их разборки Мэри засмеялась. — Тебя же как-то полюбили! И вообще с вас должок! — Так и знал, что у тебя какой-то план. Всегда делаешь все ради собственной выгоды! — Захлопнись коротыш! — он, помахав рукой, ушел в неизвестном направлении. — И чего ты смеешься?! — переведя взгляд на свою напарницу, спросил Чуя. — Весело смотреть, как вы ругаетесь. — Ах, значит, я тебя повеселил! Отлично! — он развернулся и пошел в направлении штаба, девушка побежала за ним. — Чуя, ты, что? Обиделся? — Нет! — девушка, улыбнувшись такому слегка резкому ответу, последовала за ним. После ночи всегда наступает день и свет, что покрывает город, дает надежду на что-то хорошее. Изменить человека можно всегда, если верить, что он изменится. *** Голубоволосая девушка закрыла перед собой папку и перевела взгляд на сидящего напротив человека, что внимательно слушал каждое ее слово. Отодвинув от себя папку особа скрестила руки на груди: — Надеюсь ты доволен мой дорогой. У этих двоих большая история и она продолжается: у них еще будет много ссор, скандалов, криков, радостей и переживаний. Но это уже совсем другая история, — незнакомка встала со своего стула, так же как и слушатель и обменявшись взглядами она проводила его до двери. — Надеюсь еще увидимся, мой дорогой Сэмпай.