Мертвый сон

В доме Плохих Парней стояла мертвая тишина, сопровождаемая кромешной темнотой. вполне логично, если учесть, что время едва перевалило за четвертый час утра. Даст мирно и спокойно сопел, свернувшись калачиком. Найтмер погрузился в грезы под кипой бумаг… И все-же, не всех сон смог достать своими липкими лапами. Киллер уже исползал свое ложе вдоль и поперек, принимая самые разные позы, из-за которых нередко падал с кровати. Он взбивал подушку, переворачивал её на холодную сторону, даже поменял наволочку! Бедняга то закутывался в одеяло, то забрасывал его в дальний угол. Пробовал лечь на пол… Словом, сделал все, что мог, но заснуть у него так и не вышло. Впрочем, страдал он не в одиночку.

***

Хоррор проснулся в липком холодном поту. Дыхание его сбилось, а в висках стучало, что лишний раз подтверждало прописную истину — пить то, что бадяжит Эррор можно только на свой страх и риск. Каннибал сел на кровати, зажмуривая пронзенные пульсирующей болью глаза. Потер поясницу, нашарил ногами тапочки. Опасливо приподняв одно веко, он осмотрелся, и придя к выводу, что находится в своей комнате резюмировал: — Пиздец. Короткое слово, описывающие ситуацию в целом и его состояние в частности. Просидел он так достаточно долго, делая выбор между желанием завалиться обратно и пролежать так ближайшую сотню лет и чувством голода. В поединке лени против желудка победил последний, подстегивая ноги поднять всю остальную тушу. Шкаф предоставил хозяину целых две футболки, единственное отличие которых заключалось в кровавых разводах разной композиции. Выбрав рандомно одну из них, Хоррор оделся и вышел в коридор, запирая за собой дверь.

***

Судьба сегодня была не на стороне убийцы. Поспать ему в итоге не удалось. Радовало одно — спрашивать, чем это он занимался вчера и всю ночь никто не будет. Нацепив розовые тапочки, при этом перепутав, где какой, он принял вертикальное положение и начал свой нелегкий путь вниз. Коридор казался длиннее, чем был обычно, а лестницу словно успели поменять — никогда еще она так не петляла. Столовую он миновал ничего вокруг себя не замечая. Но когда расплывчатый туман перед сонными глазами рассеялся, он моментально проснулся. Потому что за столом, вперив в него пробирающий до костяшек взгляд, сидел Хоррор. Молчание затягивалось. И тянулось до тех пор, пока каннибал насмешливо не цокнул. Киллер сразу же подобрался ближе: — Доброе утро, Дыркоголовый. Чего не спишь? — Убийца сел за стол напротив собеседника. — Утро добрым не бывает… Хотя, чего это я? Бывает, да еще как! — Хоррор пробежался внимательным взглядом по своему коллеге, отчего тому стало непосебе. — Вообще-то, я хотел спросить тоже самое у тебя. Кошмары опять замучили? — Не вижу логики в твоих выводах. Разве я не могу проснуться рано просто так? Главное — говорить как можно безразличнее. Чтобы этот мудень ничего не понял. А то еще разболтает всем. С него станется. — Да уж скорее исчезнет вся мультивселенная, чем ты станешь жаворонком! — Ехидно улыбаясь тянет Хоррор, торжествующе сложив руки на груди. — Хоть раз в жизни скажи правду. Ты в любом случае выглядишь так, будто спишь всего часа три в сутки, что для нашей породы не свойственно. Нет смысла мне врать. — вот уж не знал, что ты у нас невропатологом заделался! — Не менее ехидно отозвался убийца. — Кем? — недоуменно-насмешливо спросил Хоррор. — Что и требавалось доказать, — тихо, себе под нос пробубнил Килл. Внезапно появляется странное ощущение, и червячок смятения, поселившийся где-то внутри минутой назад, наконец, добирается до мозга. От осознания он невольно повысил голос, — а откуда тебе известен мой режим сна? — А то по тебе не видно! Скоро станешь дерганной истеричкой, как Даст. — Собеседник на это лишь фырчит. Хоррор же продолжил, — кстати, если ты еще не заметил, то могу тебя оповестить, что мы живем в одном доме. Мне уже доводилось видеть, как тебя просто-напросто вырубает. И в этом случае тебя разбудить просто нереа… — Хоррор запнулся на полуслове, перебитый Киллером: — Откуда? Ситуация заставляла убийцу волноваться все больше и больше.

*** Флэшбэк***Неделю назад

Хоррор возвращался с задания. Усталый и сравнительно голодный. А может быть, и не голодный вовсе. Героическим усилием заставив себя оставить окрававленый топор за дверью, — хотя, если вспомнить, все прелести жизни, кои ему обещали устроить Найтмер и Даст, с дежурствами которого обычно совпадали его задания, то не таким уж и героическим, — он вяло переставляя ноги, двинулся вглубь дома. Взгляд невольно привлек Киллер, прикорнувший на диване. Впрочем, если бы каннибал не знал, что монстры, умерев, обращаются в прах, он бы решил что Киллер мертв. Пару раз толкнув его в бок и не добившись желаемого результата, Хоррор приблизился к уху убийцы: — Спящая красавица, какого черта ты весь диван заняла?! Реакции на это Киллер не проявил. Потолкал своего «дорогого друга» еще пару минут, Хоррор решил сбросить того на приветливо блестящий вымытыми досками пол. Поразмышляв ещё какое-то время он оставил эту задумку. В голову ударила другая, куда более шальная. Взяв Киллера за подбородок, Хоррор приблизился и осторожно поцеловал. Убийца все еще не проявил признаков жизни. Поцелуй отдавал металлическим привкусом крови и чем-то вроде кетчупа. Хоррор привык извлекать из ситуации максимум пользы. Поэтому запустил руку пол футболку спящего парня. Каждый сантиметр кожи и каждую косточку он ощупывал с особым интересом. Опустив руку к шортам Килла, он пробежался пальцами по паху, ощутимая твердость, раззадоривала и приглашала продолжать. Хоррор аккуратно покусывал и целовал его шею. Это удивляло, но помимо возбуждения более никаких реакций Киллер не выдавал. Неизвестно, как далеко он мог зайти. Но от тела его оторвал звук открывшейся двери на втором этаже. Нацепив на лицо обыденное выражение и прикрыв эрекцию Киллера диванной подушкой, Хоррор уставился в телевизор. В помещении появился Найтмер, злобная аура которого вызывала желание сжаться в комочек и не отсвечивать. — За-е-ба-ло! — с четкой расстановкой и явным наслаждением процедил тот, отправляя кипу бумаг в мусорное ведро. Скользнув неопределенным взглядом по Киллеру, Найтмер умчался наверх. Хоррор собрался было последовать его примеру, как вспомнил, что топор так и стоит за дверью. Оставалось только надеяться, что Даст его еще не нашел, и не станет отчитывать хозяина инструмента за безалаберность.

Конец флэшбека

 — Я вроде уже сказал, что пару раз имел удовольствие лицезреть эту картину. — Хоррор невозмутимо пожал плечами. Киллер замялся. Почесал затылок и протянул: — Ладно. Забыли, забили. Других тем для разговора нет что ли? Хоррор всегда извлекал из ситуации максимальную выгоду. И в этот раз он не собирался делать исключения. Они одни. Все спят. Так почему бы этим не воспользоваться? Обогнув стол, он остановился напротив Киллера и резко придвинул его стул к стене. Поставив колено между ногами убийцы наклонился к самому уху: — Ну почему? Есть одна. Киллеру следовало еще с самого начала понять: сегодня — не его день. Возможно, именно поэтому попытки оттолкнуть Хоррора не увенчались успехом. Ощущения от поцелуя с каннибалом оказались до дрожи знакомыми. Удивительно нежные пальцы на шее не хуево так стимулировали мозг к отключению. Да, сегодня явно не его день. Иначе он не мог найти объяснений ни происходящему, ни тому, что стал отвечать. Отстранился Хоррор только тогда, когда воздуха стало нехватать. Оба тяжело дышали. На лице Киллера играла целая гамма эмоций, но самая ярко выраженная была жажда убийства. Но тело его, отнюдь было расслаблено. — А сегодня как пиво и шоколад, — отстраненно замечает Хоррор. — Сегодня? Каннибал предпочитает ответу заняться шеей убийцы. — Так… что… ты… имеешь… ввиду… ? — сбивчиво и тихо шепчет жертва. Он удивленно огляделся, как-то проморгав момент телепортации в комнату Хоррора. Пребывая в прострации еще пару секунд он не заметил и того, как оказался на кровати. — Блядь, Хоррор, сука! Отпусти меня! К убийце постепенно возвращалось сознание и он возобновил попытки оттолкнуть коллегу. — Спокойно, Килл. Если бы тебе не нравилось, то ты бы меня уже убил. Разве нет? Тому остроумного ответа в голову не пришло. Да и какие могут придти в голову мысли, если мозг перестает функционировать, стоит только их губам соприкоснуться? Не отрываясь, Каннибал осторожно коснулся души Киллера, и тот поперхнулся воздухом. Чуть отстранившись маньяк самодовольно тянет: — Ты меня любишь. — Что? Бред. — не отнекивайся. — Я не умею любить. Киллер смотрит ему в глаза с неподдельной серьезностью. — Значит, полюбишь. — откуда такая уверенность? — Твоя душа уже не в первый раз в моих руках. Киллер хмурится, а затем его лицо светлеет, стоит только озарению снизойти до него: — Значит… То недоизносилование — не сон? — Мм, тебе снятся сны обо мне? — Нет, идиот! — смутился убийца, а маньяк просиял, крепко сжимая его в своих руках: — я люблю тебя, Киллс.