Найдите чайку.

Леший в растерянности смотрел вниз. Синее, живое, морщинистое шипело и врезалось в прибрежные камни. Солнце тонуло в тёмной синеве, и от него к Лешему бежала золотая дорожка. Дорожка дрожала, будто подвесной мостик над пропастью; дощечки на нём то исчезали, то появлялись вновь, сливались с морскими отческими морщинками и слепили своей жёлтой белизной. Леший ни разу в жизни не был на море. Лето создано для Леса. Для сосен и елей, для лисиц, воронов, соек, зайцев и ястребов. Для травы по щиколотку и солнечных пятен от листьев, для грязного речного загара, для листиков, застрявших в волосах, для жужжанья пчёл в цветках шиповника, для стука лесного дятла и далёкого лая собак, для запаха твороженных сырников ранним утром, для друзей детства и зябких рассветов с черепичной крыши. Леший тосковал по любимой даче, по осиротевшему на месяц Лесу, по ребятам, по диким зверям и даже по своей кровати под самым потолком. Море было красивым и непривычно пугающим. Леший глядел на него, сощурив глаза, пытаясь присмотреться и понять – подружатся они или нет? Впрочем, Лешему казалось, что Морю вообще нет до Лешего никакого дела. В отличие от Леса. Леса всегда был Лешему не то старшим братом, не то родным отцом. Мальчик вздохнул, черпнул пальцами россыпь золотых, как южное солнце, волос, отвернулся, толкнулся руками от перил и зашагал к дому. Дорожка была узкой, внизу у обрыва плескалось Синее. Леший глядел на него тоскливо. У маяка дорога расширялась, вглубь города уводила городская аллея. На асфальте дети прыгали в классики. - Раз, два, три, четыре, пять! Чайку буду я искать! Гнёздышко я ей совью На утёсе, на краю. Чайку если кто найдёт, Пусть скорее мне несёт. Пять, четыре, три, два, раз, Начинаю я искать! Леший остановился. - Почему чайка? – спросил он у девочки с короткой тёмненькой стрижкой. Девочка смерила Лешего подозрительным взглядом. - А чего? - Почему не ворона, не альбатрос? - Ищи альбатроса, раз такой умный! – вздёрнула нос девчонка. – Только здесь альбатросы не водятся. Леший усмехнулся: - Разумно. Девочка хмыкнула и убежала прыгать. - Раз, два, три, четыре, пять! Чайку буду я искать!.. Леший зашагал по аллее прочь от моря. Аллея напоминала Лес, только очень уж пахла хвоей. Зато в её ветвях ворковали горлицы, а деревья перешёптывались на ветру. И вечерняя зябкость была такая же, как дома. Только воздух пах солью, а вовсе не дикой полевой полынью… Леший шагал, сунув руки в карманы, слушал, как вслед ему шуршит, шелестит море, и ничего не стоит перепутать его шёпот с шёпотом листьев на ветру. И если у Леса есть свой Леший, так далеко сейчас, в незнакомом приморском краю - но всё-таки где-то есть, то и у Моря должен быть свой Нептун. Нептун, которого и море слушается, и чайки на ладони опускаются, и ракушки у него в карманах вперемешку с солёным прибрежным песком. Такой же, как сам Леший, только морской и синий. И может он – на самом деле она. И зовут её… ну, например, Чайка. - Эгей, парень, стой! Леший повернулся. На перилах сидели четверо: три девчонки и мальчишка. Они болтали ногами, и были сами – как ожившие кусочки моря, солёного заката, алого солнца у синего горизонта… Первая девочка была искрой, самой яркой вспышкой в солнечной дорожке. Тонкая, с копной пушистых золотых волос до узенькой талии, с пышными губами – в самом деле алыми, как закатное солнце. Она улыбалась нагло и вызывающе, она видела, что Леший здесь – чужой и неприкаянный, и ему, как каждому камешку на берегу, никуда не деться от солёных морских волн. Вторая девочка откололась от пены морской. Или от бесконечной неровной полоски на закатном горизонте. Длинная, в гигантском свитере с гигантскими рукавами, короткие тёмные волосы – за уши, тёмные глазки – в пол. Она всё тянула и тянула свитерные рукава, прятала и прятала глаза, жалась поближе к смелой ослепительной Вспышке. Оставшиеся девочка с мальчиком смахивали на брата с сестрой. Русые и полные, добродушные, любопытные. У мальчика густые брови, глядит он внимательно и смешливо. Девочка изучает, и даже не скрывает, что изучает. Ревниво косится в сторону златовласой красотки, задумчиво улыбается Лешему прямо в глаза. Леший улыбнулся ей в ответ. Он знал, как это работает. Уголком губ, чуть сморщить глаза и немного – переносицу. Поймать реакцию, а теперь – подмигнуть. Девочка зарделась. Леший усмехнулся про себя и повернулся к Вспышке. Ему казалось, что она должна быть тут главной. - Привет. Ты меня окликнула? Девчонка легко соскочила с перил, медленно подошла к Лешему ближе. От неё пахло цветами и чем-то горьковато-терпким. Почти как полынь. Леший сощурился в её сторону, но подмигивать не стал. Но и это не ускользнуло от девушки – она улыбнулась ему самым невинным образом и гибко, как кошка, обошла Лешего по кругу. - Не всё ли равно, кто окликнул? – наконец повела белоснежным плечиком девчонка. – Ты нездешний. Как тебя зовут? - Стас. У вас тут много нездешних, это ведь курортный городок. - Курортный? – девушка приподняла брови. – Да-а… Но ты и не на курорт приехал. Полотенца нет, панамки – тоже… Голову напечёшь. Незнакомка подняла руку, смахнув с плеча тяжёлую золотую прядь, и взъерошила волосы Лешего. Леший даже наклонился, чтобы ей не пришлось далеко тянуться. Девушка усмехнулась. - А всё-таки на курорт, - Леший улыбнулся ей просто и спокойно. Ему захотелось позлить её самоуверенное самолюбие. – Просто на море я раньше никогда не был. - Ого! – вырвалось у Морской Пены. Леший посмотрел в её сторону, и девочка снова опустила глаза. Вспышка встревоженно покосилась в её сторону. - Да, вот так вот, - медленно кивнул Леший. - А вас как зовут? - Я – Аннет, - девушка рукой подкинула в воздух волосы, а потом протянула ладонь Лешему. Рукопожатие затянулось: Аннет вглядывалась Лешему в глаза и руку вынимать не торопилась. Леший не торопился тоже. Он сморщил переносицу, сузил глаза, улыбнулся сдержанно и вычурно вежливо. В голубых глазах Аннет танцевали солнечные огоньки, под пушистыми ресницами – морские тени, как призраки затонувших кораблей. Лешему было, на что посмотреть. Аннет прикрыла глаза, будто засмущалась (но Леший видел, что – ни капельки), присела в реверансе и выдернула ладошку из чужих рук. Так, будто это Леший не хотел её выпускать. - Это – Марика, - представила Аннет застенчивую девчушку в гигантском свитере. – А это – Дина и Дункан. - Ага, очень приятно! – Леший сделал шуточный книксен, пародируя Аннет, и хитро глянул в сторону роковой красотки. Аннет наблюдала снисходительно: всё равно так элегантно, как у неё, реверансы ни у кого не получаются! - И нам приятно, - тихо выдохнула Марика. Леший посмотрел в её сторону. Из-под бесформенного свитера торчала синяя юбочка в мелкий цветочек – и длинные бледные ноги. Тощие пальцы девочка сцепила в замок, положила на коленки и уткнулась в них взглядом. Леший почувствовал, что Аннет наблюдает за ним. Ей не всё равно, что он подумает о Марике. - Ты похожа на морскую пену, - сказал Леший Марике. Марика вздрогнула и на мгновение подняла на него огромные карие глаза. – Знаешь, как в сказке Андерсена? Марика подумала и робко кивнула. Леший улыбнулся – больше для Аннет, чем для себя. Повернулся к Аннет лицом. - Это ваша компания? Могу я к вам присоединяться время от времени, а то больше познакомиться ни с кем не успел. Аннет проскользила до перил, взлетела и опустилась возле Марики, тонкой рукой притянула подругу за плечи к себе. - Да, мы – одна компания, но не вся. - Нас больше, - вставила улыбчивая Дина. - … и присоединяться можно не время от времени, а всегда. Аннет откинула волосы – и Море подыграло ей. Морской бриз налетел, подхватил золотые кудри, разбросал, приласкал и пригладил. Аннет зажмурилась на секунду, поддавшись морской ласке – и Леший восхищённо выдохнул. Лешего Море признавать не хотело. У Моря здесь были свои любимчики. Аннет перехватила взгляд Лешего. Теперь она торжествовала: на долю секунды прекрасный незнакомец всё же попал в плен её чар. Леший подумал и решил, что на сегодня ему игр хватит. - Мне сейчас нужно идти, - сказал он нарочно не Аннет, а Марике. И Марика услышала, что говорят ей, робко подняла взгляд на уровень Стасиной груди. – Надеюсь, что мы ещё встретимся. Аннет выгнулась, закинула ногу на ногу, наклонилась вперёд, молча сощурилась в сторону Стаса. - Вечером приходи на волейбольную площадку, - сказала Дина. - Ага, - Леший коротко кивнул. Он ещё не знал, где находится площадка, но к вечеру решил выяснить. – Пока! - Пока! – робко попрощалась Марика. - До вечера, - бросил Леший, уже не оборачиваясь. Но, даже уходя, он чувствовал на себе пристальный смешливый взгляд прекрасной роковой Аннет. Даже Море хотело, чтобы Лешему она понравилась.