глупый отпечаток юности

— Нет! Перестань! Ричи, прошу!  — Ты бля, тупой? Ты только мой, — ухмыльнулся Тозиер, заткнув рот Эдди очередным грубым поцелуем. Затем переместился на тонкую шею, вцепившись в хрупкие выступающие ключицы, до крови прокусывая нежную плоть, и слизывая алые капли. Каспбрак вздрогнул, снова пытаясь отстраниться, но Ричи крепко держал его за запястья сведённых над головой рук, продолжая своё занятие, спускаясь к груди, оставляя и на ней кровоточащие укусы. Свободная рука скользнула к паху и сжала достоинство младшего. Даже сквозь ткань пижамы парень чувствовал в прикосновении Тозиера жажду.  — Ну что, готов, принцесса? — усмехнулся Ричи. Затем, не церемонясь, сорвал с Эдди пижамные штаны и провёл руками по бёдрам, до синяков впиваясь в них пальцами и расцарапывая бледную кожу ногтями.  — Ричи, пожалуйста… — тихо всхлипнул Эдди, хотя уже начал внутренне осознавать, что просить остановиться бесполезно.  — Ты маленькая шлюха, и ты должен быть рад, что попался такому хорошему парню, как я, — Тозиер в очередной раз ухмыльнулся. — Ты будешь умолять меня прекратить. Я заставлю тебя… И не откажусь от удовольствия причинить тебе боль. С этими словами он перевернул юношу на живот. Тут же, слегка раздвинув ягодицы, с трудом протолкнул в него сперва один палец. К первому через минуту присоединился второй. Эдди тихо заскулил от боли, но не пробовал вырваться, так как окончательно понял, что это ни к чему не приведёт. Пальцы внутри приносили боль, бесцеремонно раздвигая узкие стенки кишечника, но пока что не особо сильную. Вскоре Тозиер вынул пальцы. Стало легче.  — Ты же не думаешь, что это всё? — прошептал он, наклонившись к уху, и обдав кожу горячим дыханием. — Нет, Эдс, далеко не всё… С этими словами Ричи скинул с себя остатки одежды. Затем широко развёл ноги парня и, вцепившись руками в его хрупкие плечи, грубо и резко вошёл в желанное до безумия тело. Каспбрак выгнул спину и громко закричал. Вспыхнувшая боль была невыносимой, казалось, что тело вот-вот разорвётся на части. Ричи вышел почти полностью и толкнулся обратно на всю длину. Крупный член прошёл ещё глубже, болезненно распирая внутренности.Кровь начала стекать по его бёдрам, пачкая постельное бельё. Нестерпимая, мучительная, дикая боль. В глазах Каспбрака потемнело, из них градом полились горячие слёзы. Изо рта продолжали вырываться крики. Ногти впились в простыню и крепко сжались.  — Р-Ричи… Пожалуйста, о-остан… — срывалось с побелевших губ младшего, он не мог вымолвить и слова, всё получать обрывками, и Эдди знал, что ему нужен ингалятор. Слёзы покатились быстрее. Тозиер лишь садистски ухмыльнулся, продолжая грубо трахать свою жертву, одновременно с этим кусая нежную плоть на спине, оставляя обильно кровоточащие раны. Когда Эдди ощутил, как напрягся Тозиер, он понял, что сейчас произойдёт. Ричи с протяжным стоном кончил в измученное, окровавленное, дрожащее тело, и вышел из Эдди. Большая часть горячей спермы вытекала с кровью, впитавшись в простыню, оставив на ней грязно-розоватые пятна. Ричи слез с кровати, оделся и направился к двери. На пороге он обернулся. Шатен тоже сполз с кровати и забился в угол, сжавшись, пытаясь унять поток слёз, текущих из глаз, и прекратить дрожь. Словно сквозь пелену до него долетели слова Тозиера:  — Мне не нужен такой соулмейт, как ты. Ты грязная, использованная шлюшка, и я действительно не понимаю, как Денбро таскается с таким уебком, как ты.

***

Эдди с громким всхлипом открывает глаза, чем тревожит спящего Ричи рядом с собой, Каспбрак не сразу понимает, что это был сон, и слёзы стекают по его щекам. — Эдди, ты чег… О господи, Эдди, — Ричи, кажется, полностью просыпается, и он шепчет эти слова так тихо, как будто кроме них в доме ещё кто-то есть. — Что случилось, любовь? — Ричи закрывает рот рукой, как только понимает, что он только что сказал. — Я тебя не-не-ненавижу! — Эдди задыхается от нахлынувших эмоций, сильнее прижимая к себе колени. — Уходи. — Что я сделал, Эдди? — Тозиер держится с последних сил, лишь бы не расплакаться, потому что в уголках его глаз уже начали скапливаться слёзы. Ричи протягивает руку к лицу Эдди, и тот начинает плакать ещё сильнее. — Я сказал уходи! Я не хочу тебя видеть! — Вся комната наполняется всхлипами Каспбрака, и Ричи вскакивает с кровати и бежит прочь из дома.

***

На улице холодно, и Тозиер стучит зубами. Он знал, что всё так и будет. Вернее он представлял, что утром Эдди будет ругаться и читать ему нотации о бактериях, но уж точно не выгонит его из дома. Ричи остановился возле дома на Лейк-Джордж. Хотелось спать, а идти ему было некуда. Он решил провести остаток ночи в этом, пускай и страшном, доме. Тозиер уже собирался закурить, как понял, что ни спичек, ни зажигалки у него нет. Пиздец. Терять было нечего, и он зашёл в дом. В комнате напротив он услышал шум, и по спине пробежал холодок. Дверь начала со скрипом открываться, и Ричи уже взял в руки железяку, готовый нападать. — Эй-эй, спокойно, чувак, ты чего? — С поднятыми руками, из комнаты вышел самый блять опасный человек в мире. — Хокстеттер? — У Ричи глаза на лоб вылезли. Определённо, он предпочёл бы встречу с монстром, чем с этим психопатом. — Бля, Тозиер, ты ебанулся? — Хокстеттер облегчённо вздохнул, опуская руки, — Ну и напугал ты меня. Ты че здесь делаешь? — Что здесь делаешь ты? — Отлично, Ричи. Пять с плюсом. Разговаривай с ним как можно жестче, и тогда окажешься в холодильнике. — Разве не понятно? Детей кушаю.