вспомнить

       Компания оказалась слишком шумной для одного Джихуна, который больше любил тишину и валяться в кровати без дела, либо за чтением книги. Он думает о том, что его там ждет недочитанная: «письма незнакомке», но уверяет себя, что нельзя всю жизнь провести в комнате. Джунхуэй со средней школы не изменился совсем, хотя, может, он стал смотреть на вещи немного под другим углом, но в целом — все такой же шумный, бесячий и флиртующий со своим отражением даже в чертовой луже Джунхуэй. Минхао довольно милый и начитанный, что не может не радовать Джихуна, потому что так хотя бы есть с кем обсудить уже прочитанное и то, что только планируется. Сунен был… необычным. Джихун не знал, как описать его, но он не был плохим, скорее, наоборот, в нем, казалось, совсем нет ничего негативного. — Единственной неожиданностью для меня стало то, что Люцифер мучился с грешниками на девятом кругу, — говорит Минхао, от чего Джун рядом с ним прыскает от смеха, потому что даже понятия не имеет о чем идет речь. — Для меня не очень, — отвечает Джихун. — Люди приписывают его лицу свои грехи, словно он заставляет их делать плохие поступки, но на самом деле, все плохое делают только люди… — голос Ли сходит на нет, когда в память врезаются слова Вону. — Ты глупый! — Беззлобно объявляет Чон. — Как же ты не понимаешь? Люцифер не отвечает за наши поступки, он не заставляет людей воровать или убивать друг друга, понимаешь? Люцифер сам мученик. В этом смысл. — Да разве? Я думал, что он искушает людей, заставляя делать все это, — Мингю чешет затылок. — Да разве? Я думал, что он искушает людей, заставляя грешить, — Говорит вдруг Сунен, от чего Джихун в немом удивлении смотрит на него.        Джихун заверяет себя, что это все просто случайность, ведь многие думают точно также. Мингю к Сунену никакого отношения не имеет, а то, что мнения Вону и Джихуна сошлись — лишь подтверждения того, что люди из снов Ли — выдумка. — Знаете, что я думал? — Продолжает Сунен. — Распределил Данте грехи очень забавно и необычно. Если так посмотреть — да разве кто-нибудь из нашего времени попадает в рай вообще? Рай пуст. — Это выглядит забавно, — оповестил Мингю, смотря на схему Ада, что нарисовал для него Вону. — Ложь, лукавство, взяточничество… в нашем мире это совсем обычное дело. Если так посмотреть — да разве кто-нибудь из нашего времени попадает в рай вообще? — Он поднимает взгляд, смотря на Чона, и делает вывод: — Рай пуст. — Ты что реально читал? — Джун удивленно скосился на Сунена. — Предатель. — Лес самоубийц потряс меня больше всего… — выдыхает Джихун едва слышно, но Минхао все равно его слышит и собирается уже переспросить, как Сунен начинает говорить первый. — Лес самоубийц потряс меня больше всего, души их были деревьями, я даже представить себе не мог подобное, — глаза Сунена загораются так, словно он давно хотел уже поговорить с кем-то на эту тему.        Джихун смотрит на него, разглядывает, пытаясь найти хоть что-то знакомое. Но в Сунене из знакомого — лишь движения рук и блеск в глазах, которые, казалось, он украл у Мингю. А еще слова. Точно такие же. Это просто совпадение — думает Джихун — не сходи с ума.        Вечер проходит довольно неплохо, за разговорами, в которых Джунхуэй говорил, как он ненавидит то, что не может читать книги и больше предпочитает смотреть фильмы. Джихун продолжает замечать за Суненом все больше от своего Мингю. Слова, жесты, порой даже подтекст улыбки. Это начинает сводить с ума в буквально смысле.        Джихун проваливается в сон быстрее обычного, скорее всего, потому что за день успел устать.        Вону едва стоит на ногах, вокруг него довольно темно, скорее всего, это ночь. Мингю нет рядом, поэтому Чон держится за стенку, не в силах сделать нормально вдох, он оглядывается вокруг, пытаясь найти хоть что-то, что может помочь ему, но безуспешно. Силы покидают его, поэтому он падает на пол, сжимаясь в маленький комочек. Джихун начинает плакать и кричать, чтобы кто-то ему помог, но его, как обычно, никто не слышит и не видит. — Мингю, — хрипит Вону. — Мингю, я… — Он не договаривает, теряя сознание.        Джихун падает рядом с ним на колени, пытаясь дотронуться, но его руки всегда проходят сквозь. Вону все еще дышит, совсем тихо и изначально Джихуну казалось, что он перестал дышать вовсе. Ли рыдает взахлеб, кричит, чтобы Мингю пришел сейчас же и помог, но никто не приходит. — Эй, Джихун, — Сынчоль толкает Ли, вырывая из сна. — Тебе что кошмар приснился?        Джихун смотрит на своего сводного брата стеклянными глазами, и начинает рыдать еще громче. Он не понимает — почему. Почему ему так больно? Это же просто сон с выдуманными людьми. Ли хочет уснуть еще раз, чтобы узнать — что случилось с Вону. Ему нужно, чтобы Вону был жив, ему нужно, что Мингю снова пришел вовремя и спас его, как обычно он это делает.