Искренность, надежды и реальность

«Я спасу тебя! Я найду способ обратить тебя обратно в человека, Мика!»

      Юи часто твердил это Мике. Каждый раз он повторял и повторял… Каждый чортов раз, как мантру. Порой эти слова звучали для успокоения или убеждения Мики, а иногда Амане шептал их себе. Он напоминал себе. Он успокаивал и ругал себя так. Иногда эти слова звучали как «прости» или «я все исправлю». Он искренне в это верил, надеялся… Но… На что он надеялся? В мире полным полно необратимых поступков. Всем известно, что даже в химии существуют необратимые реакции. Стоит ли надеяться на что-то? Пролетали сутки, года… Война потихоньку утихла. Много знакомых и любимых было утеряно. Юи многим был обязан. Не только перед Микой. Юи с трудом успевал защитить себя. Он разочаровался в своей слабости. Будь ты человеком, вампиром, демоном… Всегда найдется кто-то сильнее, и следуя самому подлому закону природы, этот «самый сильный» будет вести охоту. Охоту на тебя и твоих близких. И с наслаждением рвать тебя на мальнькие болезненные кусочки. Потеря самоконтроля, как это случилось с Йоичи, и даже самый близкий товарищ может стать врагом. В тот день Саотомое не стало. Самоконтроль, внимание, чувства… Демон внутри оказался сильнее. Йоичи не был серафимом. Сделать что-либо, уравновесить его «я» было не чем. Юи был чернее тучи. Сразу в голову полезли воспоминания и сны с фразами: «Ю-чан, беги!», «Ю-чан, ты бросил нас умирать!». Юи говорил всем, что спасет их, но в то же время с легкостью терял.

«Если мне придется выбирать между Мирай и вами, я выберу сестру»

      Кимизуки будто знал, что вскоре ему придется выбирать. И он действительно выбрал ее. Вот только, даже бросив все, Шихо ничего не получил, лишь расплавленое подростковое девичье тело, которое разлезлось между пальцами и скапывло с пучек пальцев. Пуля, что попала в организм Мирай, была новой разработкой. Держа дрожащую сестру, которая плакала, шептала что ей больно, Шихо убил ее. Смотреть как она мучается, было невыносимо. После этого Кимизуки скрылся и исчез на долгое время. Шиноа же с жадностью пожирала все вздохи, взгляды предмета своего вожделения, однако Юи, ослепленный своим внутренним конфликтом спасти Мику, ничего не замечает. Не реагирует даже, когда ему открыто признаются. Он занят, ему некогда. Потихоньку потихоньку, и число тех, кого он раньше звал по-имени прощались с жизнью. И именно это заставляло Юи выполнить хотя бы одно обещание — спасти хотя бы Мику. И вот, спустя долгие и мучительные года упорных поисков, Юи сам не верит в то, что нашел то, что искал. По крайней мере, он так думал. Глен организовал для Юи не большую группу ученых, которые помогали с поисками. Они говорили: " Это невероятно! Как мы раньше до этого не додумались!». Их теория была верна. Но помимо теории было много факторов риска. На бумаге все казалось на много проще чем в жизни.

«Мика! Ты станешь человеком! Ты на конец-то станешь человеком!»

      Юи не мог найти место себе и своему счастью. Он был счастлив той илюзии, которую создал в фантазии еще будучи 16-ти летним наивным, доверчивым и упертым ребенком. Юи действительно хотел, чтобы Мика был человеком. Но он просчитался. Худые щеки, синяки под фиолетовыми глазами, выпирающие костяшки, трясущиеся руки — это не то, чего ожидал Юи. Мика перестал быть похож на вампира, да. Клыки Шиндо осыпались еще вначале лечения. Однако, человеком назвать «это» было невозможно. Скорее живой мертвец.

«Ю-чан, хватит… »

      Иногда «звучала» фраза, когда Мика смотрел Юи в глаза. Но Амане не мог уже остановиться. Он не мог, потому, что получалось, что никого он так и не спас. А Мику вообще покалечил. Он надеялся, что ученые медики все держат под контролем. Но те лишь разводили руки в стороны.

«Его случай слишком тяжелый. Мы не до конца понимаем где ошиблись»

      Спустя 2 года разгорелся праздник. После длительного лечения, Мика на конец-то шел на поправку. Он начал набирать в весе и начал самостоятельно кушать. Ведь раньше он ел только через силу, либо получал питательные вещества через капельницы. Глаза приобрели синего с оттенками фиолетового цвета, но зрение упало. Ему выписали очки. Мика теперь сам вставал с кровати, чего уже долго не наблюдалось. Его эмоциональное состояние имело проблески его прежних человеческих черт. Все налаживалось. Теперь компания Шиндо и Амане походила больше на подростка и 36 летнего мужчину. Юи обустроил дом, и перевез туда Мику, чтобы ухаживать за все еще плохо адаптированым телом брата. У Шиндо наблюдался побочный эффект от лечения и болезни — большая чувствительность к солнечному свету. Но ни Юи, ни Мику это не волнует. В их жизни случались проблемы более тяжелого характера. Спустя 6 лет Юи уже 42. Мике с виду 22. Они живут вместе. Юи весь в делах и заботах. Мике же он запретил работать. Хотя у блондина давно была бумажка с печатью, что с его здоровьем работать противопоказано. Если бы не зрение и вечно трясущиеся руки, можно было бы работать дома, но Юи достаточно зарабатывал на четверых. Да, Юи был бы не Юи, если бы не в один день не принес маленький свертыш который бы во все горло не просил о еде. Малышка была завернута в полотенце и нашлась в коробке в одной из подворотней улиц. Приюты были переполнены, множество детей потеряли тех, кто их растил. Поэтому Юи просто взял ребенка домой. Он даже подумал, что возможно Мике тогда будет не так одиноко в доме. Все же Юи нравилась идея завести семью. Вот только Мика занимал все оставшееся после роботы время. Юи был не против такой семьи. Вскоре, когда Мика гулял с девочкой по городу, он наткнулся на 6-ти летнего мальчишку, который заявил, что Шиндо украл его сестру. Вскоре выяснолось, что Сота старший брат маленькой Мими, и что они сироты, которые скитались чтобы выжить. Вот так их семья с 2-х человек превратилась в 4-х. Сота был старательным ребенком. Его задачей была помощь Мике, в то время как Мика заботился о Мими. Юи был счастлив, и даже расслабился. Что могло случится такого, что вновь могло перевернуть их жизнь? Но расслабляться было рано. Юи был спокоен. Мика вновь был более менее веселым и добрым парнишкой, у них на воспитании были дети. Но то, что Шиндо став человеком, стал более уязвим будучи еще и физически ограниченным, он понимал, но предпочитал закрывать на это глаза. А зря. Небо было пасмурным. Шиндо с самого утра был слишком уставшим. Он чувствовал что что-то случится, но не понимал откуда грядет угроза. Дети побежали играть во дворе прятки. Что с ними могло случиться? Юи в то время был на роботе и тоже места себе не находил. И вот, когда Юи взял очередной стакан со льдом, тот стучал о стенки посуды из-за нервно подергивающихся рук. Юи вздохнул и поставил стакан на стол, но звон не прекратился.

«Черт возьми! Постав этот чертов стакан на стол!»

      Кто-то из сотрудников воскрикнул и ударил ладонью по столу. Но звон не прекращался.

«Он на столе…»

      Юи обернулся к сотруднику и понял — землетрясение. Когда Амане уже приближался к своему дому, уже весь был в холодном поту. В местности где он работал потрясло не хило, но не так сильно, как местность где был его дом и его семья. Его дом был разрушен. Нет, не просто дом. Его внутренний дом был разрушен. Все что он строил превратилось в груду хлама, который уничножил его маленький внутренний огонёк. «— Ей ей, Ю-чан. — Умолкни! — Ей ей ей ей, Ю-чан…»       Как это было давно сказано, но до сих пор эти воспоминания грели душу. Юи все бы отдал, чтобы вновь услышать: «Ю-чан…». Но все что он слышал, это как по обе стороны его рук рыдали дети. Мими вытирала сопли о его левый рукав, а Сота мнул правый. Все они скорбили за Микой. Юи прикрывает на похоронах глаза и снова видит ту картину.  «— Мика?! Ты как?! Я сейчас тебя откопаю! — Стой… Эт-т-то безполез-ссс-но… — Эй, не мели чепухи…! Тебя просто придавило. Я тебя вытащу! Мы поедем в больницу… Все будет хорошо! Эй, не молчи! — П-прости… Ю-чан… м-меня наскв-в-в-возьсь про… про… пробило… Все плы-плыв-плывет… — Держись! Мы вытянем трубу и все заживет! Ты ведь переживал вещи и страшнее! — Прос-сти, Ю-ч-чан… Но я б-больше н-не вамп-пир…»       Юи так мечтал чтобы Мика опять стал человеком и в конкретный момент он об этом так же сильно пожалел. Юи не мог помочь Мике. Так было заложено природой. Юи не смог никого защитить — так было заложено рядом обстоятельств. Юи ненавидел свою слабость и пытался стать сильнее, но в тот же час он разрушал себя же.

«Кем ты хочешь быть в конце концов? Человеком, или же самым сильным монстром?»

      Ашура спрашивал на полном серьезе. Если Юи станет монстром, то потеряет свое «я», и тогда стремиться к силе нет смысла. Он хочет быть сильным ради близких, но став монстром, сам их и покалечит. Таков закон мира. Нет идеальной середины. Есть только смертельная грань.

«Спасибо тебе, пап. Мы очень любим тебя!»

      У Юи все еще осталась маленькая часть семьи которую он все еще должен «защищать». Он понимал, что не может быть везде. Он понимал что не может быть постоянно рядом. Но он твердо решил, что сделает все возможное, чтобы защитить.

«Как-то Мика-сан сказал, что он счастлив, что ты его не бросил. Мика-сан сказал что ты его спас…»

      Сидя за столом уже 14 летний Сота упомянул слова погибшего опекуна. Для него эти слова остались от части загадкой, но Юи в тот момент выронил палочки. Его немного потухший взгляд снова загорелся, и закапали горячие слёзы.

«Ты защитил меня, не плачь. Все в порядке…»

      Слова из неоткуда ворвались в сознание Юи, и слышал их только он. Он не знал что думать, и поэтому просто прижал Соту и Мими ближе. Парнишка выдирался, а девочка лишь крепче прижалась. Все когда-то умрут. Юи спас Мику. Да, он погиб, но это было ожидаемо. Его тело было слабым. Вскоре за Микой отправится и Юи, за тем Сота и Мими, их дети и дети их детей…       Главное — иметь цель в жизни, не тешить себя воображаемыми иллюзиями и упорно трудиться. Надо иметь много уверенности и преданности делу/человеку, чтобы сделать ту самую малость, чего мы пытаемся достичь. И может, в конце мы получим наслаждение от труда своих рук и ни с чем это не сравнится. Надо ценить и любить близких. Говоря им, что вы не семья, вы выбрасываете одну из опор на которых стоят ваши ноги. Юи очень пожалел что никто кроме Мики не услышал заветной теплой фразы. Юи был глупым ребёнком, он этого не понимал, ему это простительно. Надо всегда смотреть вперед. Смерть близких не ваша смерть. Ваша жизнь продолжается. Надо идти дальше. Те кого нет с нами вряд ли радовались бы нашей боли. Надо смотреть вперед, и искать тех, кому ты нужен. Тех, кто тоже потерял и ищет. Такова жизнь. Попытка только одна, но надо научиться уметь ее использовать.