Здесь чудеса, здесь кто-то бродит...

      — Успеет?       Тоха пожал плечами и прильнул к окулярам, но спустя несколько секунд с досадой покачал головой.       — Не, накроет.       — Хреново. Хороший был парень.       — Пока еще есть, чего раньше срока хоронишь?       — Ну-у…       — Гну. Если не дурак, то уже давно загребает.       Мужики замолчали, продолжая вглядываться в ставшее вдруг беспокойным море.       Катер мчал к берегу со всей доступной скоростью, но катастрофически не успевал: нога левиафана уже поднялась на предельную высоту и вот–вот должна была опуститься, породив очередной вал, который наверняка разобьет старенькое судно. Если рыбак и впрямь не был дураком, он должен был сигануть за борт, еще только завидев пришедшую в движение конечность гиганта: все же выжить вне этой консервы шансов хоть немного, но больше.       Шаг левиафана, как и многие до того, был громоподобен. Взвились в небо вездесущие чайки, маяк ощутимо качнуло, а закрывших уши наблюдателей осыпало штукатуркой. Подхваченный волной кораблик завертелся на гребне и будто взорвался, разметав во все стороны куски металла и дерева и, если таковой вообще был, улов.       — Все, хана, — вздохнул Лёха, когда стих звон в ушах.       — Ага. И катеру, и мужику, до конца за штурвалом торчал.       — Это ты разглядел?       — Ага, — Тоха убрал бинокль в сумку, достав взамен изрядно помятую пачку сигарет. — Как его хоть звали-то?       — Серегой. Серов Сергей. Сергеич.       — Оригинально… Будешь?       Закурили. Говорить не хотелось.       Не менее четверти часа обычно спокойное море шумело, бурлило, пенилось, а гигант, пророкотав что-то высоко в небе, снова замер. Лёха, хотевший было попросить вторую сигарету, одернул себя: надо было экономить. Молчание становилось в тягость.       — Слушай, Тох… а ты вообще как к нам попал-то? Ты ж этот, ну как там тебя…       — Метеоролог я. Приехал, мля, для диссертации наблюдения провести, а тут это вот все.       — С Москвы?       — С Москвы.       — Интересно: а как в столице-то сейчас?       — Хреново там, я думаю. Это у вас тут сотня душ на все село, и то половину уже прикопали, а даже и года не прошло.       — Так выходит, повезло тебе к нам вовремя прикатить…       — Выходит, повезло… — метеоролог вновь достал бинокль и принялся разглядывать замершего гиганта. — Все, уснул. Давай, врубай прожектор, вдруг повезло земляку твоему.       — Так ведь сам сказал, что его… того…       — Катер — да, того. А с Серовым что – я не разглядел.       — Даже в бинокль?       — Шутник, из него разве что за бабами подглядывать. Где вы вообще этот хлам нашли?       — Ну так с ним же всяко лучше, чем так щуриться.       — Лучше, не спорю, а все равно не видно ни хрена. Все, давай, Лёх, врубай свет, а я мужиков звать. Не найдем рыбака, так может полезное что на берег вынесло – соберем.       — Лады, свет через 3…2…1…