Включи голову

— Да включи ты голову!       Боунс выразительно постучал по макушке. Кирк непонимающе поднял брови. Маккой вздохнул. — Ну ты видел, как он на тебя смотрит, когда ты в кресле разваливаешься? Да даже если не видел. Ну неужели ты такой непроходимо занудный и правильный?       Джим, наконец, начал осознавать. — То есть, ты хочешь сказать, что… — Не хочу я этого говорить, да ты же сам не догадаешься! — рявкнул Боунс. Кирк, просияв, вскочил и почти побежал к каюте коммандера. Боунс только усмехнулся. — Тебе-то туда зачем, Боунс? — Да включи ж ты голову! Я — один из лучших врачей Федерации, я просто обязан быть в очаге эпидемии; это не прихоть моя, это действительно обязанность. Дай мне шаттл, я доберусь до Госпиталя Альфа-12-Колибри, через месяц заберёшь. — Нет, Боунс, — решительно сказал Кирк. — Без лучшего медика лучший корабль Звёздного Флота оставаться не может.       Боунс закатил было глаза, но Кирк добавил: — Отправимся вместе. С официальной миссией. Будешь работать, сколько надо, в госпитале, со своими ребятами, а мы найдём, чем заняться.       Маккой улыбнулся и кивнул. — Да включи ты голову, наконец! Я кому рассказываю?       Кирк начинал люто ненавидеть эту Боунсову поговорку. Не потому что врач бывал неправ, наоборот, он всегда оказывался прав и никогда не упускал случая об этом напомнить. Просто с некоторых пор упоминания головы отдельно от тела для Джима стали болезненной темой. Именно этим объяснялся, кстати, его твёрдый давешний отказ брать на борт последователей культа Джона Баптиста Израильского: ребята, поклоняющиеся образу живой отрубленной головы на блюде, — это было уж слишком. — Джим, — мягко сказал Боунс, садясь на стул рядом с капитаном. — Знаю, что ты меня ненавидишь всеми силами, и тебе тяжело сосредоточиться. Но ты хотя бы попробуй. На кону несколько десятков жизней, знаешь ли. — Да, да. Конечно. Знаешь, стало как-то тяжеловато самому быть самым трезвомыслящим на борту. Что там нужно заразившимся, аппаратура какая-то? Где её достать? — В филиале Медицинской Академии Федерации. Третья планета в системе Проксимы Большого Орла. Там нас обеспечат всем необходимым, и добраться туда надо как можно скорее. — Понял. Будет тебе третья у Проксимы Большого Орла.       Кирк вышел. Боунс тяжело вздохнул, исподлобья посмотрел на дверь изолятора, в котором содержались сорок три человека, подхвативших странный штамм палочки Страттона-Левинзона. Его-то и исследовал Госпиталь Альфа-12-Колибри. Имевшиеся в распоряжении Боунса лекарства не действовали на эту гадость. Заболевших лихорадило, у них ломило всё тело, они не могли ни есть, ни пить, при этом самых несчастливых — тех, кому палочка успела проникнуть в нервную систему, — мучали острые головные боли и панические атаки. Молодые парни и девушки всех рас угасали на глазах; совершенно очевидно было, что они не смогут дальше служить на Звёздном Флоте, даже если вылечатся. Боунс пока не говорил им этого, рассудив, что организм человека, стремящегося вернуться к работе, будет устойчивее организма отчаявшегося. Весь медицинский отдел был занят круглые сутки — а прошло всего четыре дня.       Была и ещё одна серьёзная проблема. Этой же дрянью заразился Спок. И на него Страттон-Левинзон подействовал куда тяжелее, чем на остальных. У вулканца отказали руки, ноги, позвоночник. Отказал весь организм по седьмой шейный позвонок. По телу побежали тёмные пятна, жилы вздулись буграми, кровь загустевала. Спок умирал очень быстро. Так быстро, что единственным решением, которое могло бы быть принято, стала полная ампутация заражённых тканей. То есть, всего, что было ниже седьмого шейного позвонка.       Чехов говорил, что в России когда-то давно один писатель выдумал такой сюжет: учёный, желая спастись от смерти, даёт разрешение на отсечение своей головы и подключение её к сложным аппаратам. Но даже самому Чехову это не казалось смешным. Спок теперь буквально представлял собой одну умную голову. Ничего не было нарушено: Боунс превосходно провёл сложнейшую операцию, и теперь коммандер продолжал быть коммандером, но только с вершины тумбочки, внутри которой находился аппарат жизнеобеспечения.       Кирк раздал указания по поводу курса, дал пилоту добро на максимально возможную скорость и ушёл в свою каюту. В их со Споком каюту. По крайней мере, когда-то. Целых четыре дня назад. Теперь в его обязанности входило каждый день включать голову.  — Вы же знаете, сэр, какие возможности могут дать экзоскелеты и бионические протезы. Разумно считать, что мне повезло, что я смогу пользоваться таким постоянно. Меня не будет мучать усталость, мне не придётся тратить время на приёмы пищи. Это же логично.       Кирка доводы Спока не убеждали. Он всё никак не мог заставить себя радоваться тому, что голова его любимого обретёт тело, пусть и пластико-металлическое. Что-то смутно тревожило. — Скорее бы уже добраться до этой лаборатории, — проворчал Джим. — Вот будешь с ногами и руками — и я успокоюсь.       Всего два дня оставалось до пункта назначения. Но жёлтый карлик в системе, у которой даже названия не было, только номер, приостановил движение Энтерпрайз. Эта звезда как раз походила на то, что предполагалось как объект исследования для Энтерпрайз в самом начале миссии. Обретение бионического тела пришлось отложить.       Коронарная вспышка жёлтого карлика, которую бросился исследовать Научный отдел во главе со Споком, оказалась фатальной для последнего. Попав под облучение, он не имел возможности даже заслонить глаза — и первым у него отказало зрение. Вторым сдалось то, что осталось от лимфатической системы. Дальше — слух, нервные реакции… В конце по коже пошли тяжёлые ожоги, а температура головы Спока стремительно понижалась.       Кирк расслышал, что пытался просипеть ему на ухо тот, кого он успел так недавно полюбить. Капитан не дал Боунсу касаться аппарата жизнеобеспечения. Отключил сам.       Через несколько лет после того, как Джеймс Тиберий Кирк оставил службу в Звёздном Флоте и ушёл на почётную пенсию, к нему приехал постаревший Леонард Маккой. — Есть куда диск вставить? — с порога спросил он друга. — Есть…       Боунс разобрался с новомодной техникой и махнул Кирку рукой. — Включай. — Что включать? — Голову, для начала. Потом можешь экран включить.       Джим пропустил мимо ушей едкость. На экране появилось лицо. Если бы Кирк не выпил лекарства для сердца, он бы сейчас за него схватился. — Здравствуйте, сэр. Если вы смотрите это — значит, моя голова больше не приносит пользы вам и Звёздному Флоту. Капитан. Я должен вам сказать…       Боунс вышел.