Твой сладкий аромат лаванды

      Как же так… Что произошло…       Мун лежала на холодном каменном полу. Она попыталась подняться, но её руки и ноги сковывали железные оковы. Молниеносный поток воспоминаний заставил её разум придти в себя, а сердце наполнилось отчаянием. Мун невольно пустила слезу и пожалела, что не смогла смахнуть её. Воспитанная строжайшим образом и обученная всем королевским манерам она не могла позволить себе открыто выражать свои эмоции.       Так, Мун. Только не плакать. Успокойся. Мун услышала скрип двери. Темное помещение в миг осветилось и она зажмурилась. Девочка не могла видеть кто зашёл, но громкие шаги не на шутку испугали её. На её лицо упала массивная тень. Мун не могла пошевельнуться, но не из-за железных оков. Всё её тело дрожало как осиновый лист. Над ней нависло массивное существо. Из-за света за ним она не смогла его рассмотреть. — Ну здравствуй, Мун, — разнеслось эхом по комнате. Мун знала этот голос. Знала его лучше кого-либо другого.       Этот голос, как в тот день, когда она не смогла защитить свой народ. Когда перед всем королевством она струсила и решила не марать руки. Хотелось заплакать навзрыд, но слезы будто кончились, и эмоции уже иссякли. Она даже перестала дрожать, но вид у неё стал ещё более жалким.       Это был Тоффи. Тот самый ящер, который навсегда испортил ей жизнь. Грусть сменилась гневом, и Мун начала биться, пытаясь ударить его, стирая руки в кровь о железные оковы. — Может ты успокоишься? — голос ящера звучал, как будто ничего не произошло.       На удивление Мун быстро затихла. Неожиданно пол под ней поднялся и девочка уже не лежала на плитке, а сидела в довольно удобном кресле. Наручники исчезли, но Мун не встала. Тоффи наклонился над ней и поднёс свою морду близко к её лицу. Его янтарные глаза уставились прямо на неё, но он всё равно был таким-же бесчувственным. — Вот и хорошо. Вставай, я проведу тебя в твою комнату.       Мун ничего не понимала. Она всё ещё сидела и не шевелилась. Тогда ящер подхватил её и понёс на руках. Его когтистые лапы нежно держали её, но без малейшей любви или сожаления. Мун закрыла глаза и ждала, что будет. Неожиданно её спина прильнула к мягкому одеялу, а голова упала на подушку. Она услышала звук захлопывающейся двери и лязг замка.       Когда она открыла глаза, она увидела, что находится в большой комнате. Вокруг все было аккуратно прибрано, все сияло. Мебель была недёшевая. На столике перед ней лежали разные фрукты, сладости и чаи. Но девочке не хотелось есть. Она легла на кровать и задремала.       Когда Мун проснулась она не сразу поняла где она. Увидев всё тот же ненавистный ей потолок, она тихо заплакала. Она знала, что никто её не видит, и горе было сильней.       Вдруг в дверь постучали. На пороге появился ящер с ключом в руках.       Что же ты стучался, если я дверь открыть не могу?       Мун быстро вытерла слезы рукавом и обнаружила, что её переодели. Щеки девочки налились розовым румянцем. — Доброе утро, Королева. Вернее, уже добрый вечер.       Ах ты ж гадина. Но принцессы, то есть королевы не должны грубить. — Добрый вечер, — с небольшим сарказмом ответила Мун, — Что вам от меня нужно? — Всего лишь выполнения работы служанки. Прошу пройти за мной.       Тоффи повёл Мун по длинным коридорам замка. Они прошли через небольшую тюрьму. Ящер всеми силами старался казаться больше и более устрашающе, хотя в реальности он таким не казался. Тоффи был молод, и несмотря на крупное телосложение его вид выдавал его слабость. Мун сразу заметила эту растерянность и несобранность. Она семенила за ним маленькими ножками и время от времени перепрыгивала через его длинный хвост.       Вскоре они дошли до нужного места. Тоффи ввёл Мун в большую комнату. Это была кухня. — Тебе нужно вымыть все эти тарелки.       Мун так и застыла посреди комнаты. На столе лежала груда грязной посуды. — Отдайте мне мою палочку, Господин. — Держите, хм, Королева.       Тоффи небрежно бросил Мун палочку. Она ели-ели поймала её прямо на лету. Тоффи одобрительно кивнул. Девочка не обратила внимание на это и ловко помыла все тарелки одну за другой. Тоффи очень удивили летающие по воздуху тарелки, губка, мыло. Мун так быстро махала палочкой и нашёптывала заклинания, что Тоффи не сдержал восхищенного вздоха. На этот раз Мун это заметила. — Браво, Бис! — негромко крикнул Тоффи. — Благодарю, — тихо сказала девочка и сделала небрежный реверанс. По ним обоим было видно, что это совершенно не искренне. — Вы меня не поняли. Помойте на бис ещё и эту стопку.       В углу стояла такая же стопка тарелок. Мун тяжело вздохнула и поплелась домывать тарелки. Хотя махать палочкой не так трудно, закончив работу она валилась с ног, но было ещё не так поздно. — Теперь ты можешь идти, — Мун заметила этот резкий переход на ты. Мун хотела уже идти, но Тоффи схватил её за плечо. — И палочку я тоже заберу.       Мун страшно расстроилась, но решила не спорить. Она с трудом нашла дорогу. Когда она открыла дверь, то очень удивилась. Там была вся её одежда и вещи, все её украшения и тетрадки. Мун очень удивилась, когда обнаружила, что её личный дневник открыт на последней странице. Эта страница гласила.       Моя мать мертва. Я осталась одна. Что же мне делать? Надеюсь, это не будет моей последней записью в этом дневнике.       Мун перечитала текст несколько раз. Значит, она не струсила. Девочка взяла со стола тонкое перо и начала писать.       Со мной все хорошо, но боюсь моя жизнь теперь круто изменится. Что ж, удачи мне.