Все через ... или Как докатиться до такого актива

Весь такой важный и серьезный тактик при ставке Прайма устало рухнул на платформу. И впервые в активе отключил оптику не на время офф-лайна. Сил на созерцание пустой кварты, где еще совсем недавно было так уютно и хорошо, не осталось. Гибель Стайслима сломала его, как бы сильно он не пытался это отрицать. Смоукскрин был с отрядом в Праксусе, отчего было еще хуже. Блюстрик держался молодцом, тенью следуя за братом. Жаль только поговорить с ним о том, что творилось на искре, Проул не мог – боялся проговориться про свою связь со Смоукскрином, а отношениям этих двоих и без него хватало огонька. Создателям уже сообщил Блюстрик. Умолчав про некоторые обстоятельства - он все же умел когда нужно держать глоссу ровно. Смоукскрин узнал из официальных источников. А больше и ни одна активная искра не знала, насколько близок был этот сикер с Проулом и что для праксианца значил. Просто партнер, с которым за столько ворн даже официально не зарегистрировались? Разве по таким убиваются? В дверь несколько раз позвонили. Проул был точно уверен, что это не Блюстрик или Смоукскрин – у первого был допуск, а второй всегда сначала сбрасывал вызов на комлинк. Сообразив, что звонки игнорируются, в дверь постучали. Еще раз позвонили. Снова, уже настойчивее, словно силясь выбить, постучали. «Если это Хромедом, то я его прямо там затушу!» - пообещал себе Проул, нехотя поднимаясь и бредя к дверям. По памяти, так и не активируя оптику. - Какого Юникрона так долго? – с порога воскликнул нежданный гость, буквально врываясь в кварту. Праксианец активировал оптику и непонимающе уставился на медбота, деловито разглядывающего покрывшийся пылью голопроектор на стене. - Рэтчет? - О, серьезно? Ты даже запомнил, как меня зовут? – изумился вторженец. – Серьезно, что ли такие массивные банки данных? - Офицер медицинской службы, - строго сказал Проул, – не могли бы объяснить причину вашего появления в моем жилище? - Просто хочу сохранить Сентинелу Прайму его любимого тактика, - ворчливо ответил медбот. – А то он, видите ли, сидит тут в темноте кварты на омыватель исходит. Затухнешь еще ненароком с тоски. Это Проул и впрямь мог. Правда, по иронии судьбы не по Стайслиму, а по искреннему соузнику. Для этого Смоуку даже погибать не требовалось – с десяток ворн на спутнике или другой планете и оба рискуют отправиться к Праймасу. - Не затухну, - отмахнулся от гостя Проул. – Можете быть спокойны. - Вот все, у кого партнеры на манипуляторах затухали, так говорят, - не согласился Рэтчет, назидательно подняв палец вверх.- А потом начинаются злоупотребления присадками, неявки на работу и прочие суицидальные действия. - И много у вас таких пациентов было, доктор? – поинтересовался праксианец. Спорить не хотелось совершенно. Вообще ничего не хотелось. Завтра нужно будет обработать огромный массив информации, выявить динамику, предоставить Прайму прогноз. Завтра снова подключения к Телетрон1 и прямая работа с информационной сетью. Снова то, чему его не учили в полицейской Академии, но как оказалось для чего его процессор великолепно подходит. На зависть Хромедому, не к ночи будет помянут. Новоявленный тактик попытался представить как от зависти светлеет оптика мнемохирурга, скажи ему кто, что Проулу разрешают прямой доступ к Телетрон1. Вероятно это было бы забавно. Если конечно Хромедом в настоящий момент еще помнит, кто такой Проул. Слухи про товарища ходили разные. - И все же, что вы тут делаете? - настаивал хозяин кварты, пока Ретчет рисовал пальцем кривоватый глиф на пыльной стене. Пыль сейчас была везде. Она не окутывала Иакон облаком, нет. Она тихо просачивалась в каждую щель, забивала все возможные фильтры, оседала на любой поверхности. Проул, да и большинство кибертронцев, никогда не видел столько пыли... Нахальный медбот вырисовывал пальцем на стене глиф "Терпение", с деланным видом игнорируя попытки выяснить, зачем он пришел сюда. Праксианец порывисто подошел к гостю и добавил пару штрихов в глиф. - Я действительно беспокоюсь за тебя, - серьезно сказал Рэтчет, рассматривая стену. - Я видел как ты смотрел на этого сикера. И как ходил потом тенью. И как другие этого не замечают. - Сейчас многие теряют своих партнеров, - безэмоционально отметил Проул. - С чего вдруг мне такое внимание? - Не все в обхвате моей оптики, - неуверенно предположил медбот. - Честно, не знаю. Наверно, потому что мне в принципе не нравится то, что вынуждает тебя делать Сентинел Прайм. Особенно после потери партнера. - Вынуждает? - не понял парксианец. - Это просто моя работа. - Телетрон1 был создан для того чтобы боты его использовали, а не наоборот! - Он не использует меня. Это просто работа. Рэтчет проворчал что-то и перевел оптику на свои испачканные пальцы, не зная стоит ли продолжать этот бессмысленный спор: - Юникронова пыль! Закоротила уже, везде одна пыль. Откуда ее только берется-то столько? - Много тысяч ворн подряд мы что-то строили, воздвигали, создавали... - ответил Проул. - А сейчас все это уничтожаем. Мы уничтожаем Кибертрон. Превращаем его в пыль. - Я надеюсь этой чуши ты не в Телетрон1 нахватался, - с ужасом заявил Рэтчет. - Потому что если это оттуда, то нас взломали и Прайм обречен. Что за шлаков пессимизм? И ты еще уверяешь, что с тобой все нормально? Я не подписывался слушать эту ересь! Праксианец мигнул оптикой и напомнил: - Тебя сюда никто не звал. Сам напросился. Медбот с удовольствием отметил про себя, что голос собеседника стал живее. - Да, шлак, сам! - согласился Рэтчет. - Но это не значит, что я собираюсь это терпеть! И знаешь что? Проул посмотрел на него с кривой усмешкой на губах. - Мы идем тусить к новобранцам! - медбот едва не расхохотался над вытянувшимся фейсплетом тактика. - В казармы! Шагом марш! И потащил Проула из кварты, игнорируя все вялые попытки возразить обалдевшего от такой наглости праксианца. Кривоватое "деструкция" так и осталось на пыльной стене вплоть до следующей бомбардировки, уничтожившей весь жилой комплекс. Война проникала в каждый уголок Кибертрона, незримая и неудержимая, как и порожденная ею пыль.