Второй шанс

Бакуго мечтал взорвать чертов телефон, который надрывался с семи утра. Кому он понадобился в свой законный выходной? "Каччан! Каччан!" - трубка разорвалась голосом Деку. Ещё одно безнадежно испорченное утро. - Если человечество не подверглось нападению пришельцев с Сириуса или со дна моря не поднялся Годзилла, я тебя живым закопаю, придурок! На другом конце провода раздался нервный смешок. Кацуки знал: Деку не испугала угроза. Разве может испугать утреннее ворчание друга детства, когда ты самый сильный герой и не раз это доказывал? "И тебе тоже доброго утра! - с возрастом Мидория научился язвить. - Ты собираешься на сегодняшний Геройский вечер?" Больше зубной боли и засранца Деку Бакуго ненавидел только репортёров. Естественно, он по доброй воле не полезет в этот муравейник из СМИ. - С чего бы это? Чтобы они опять из меня сделали клоуна? "Герой или злодей: кто обуздает Короля"? Спасибо, наелся! "Они действительно тогда перегнули палку", - Мидория явно сник, чем выбесил Бакуго ещё больше. Проклятый идиот так и не избавился от дурной привычки жалеть всех и вся. Хотя пускай жалеет, только подальше от Кацуки. Бакуго хотел уже было бросить трубку, но Мидория опередил: "Каччан, там будет он". Внутри что-то оборвалось. Не требовались объяснения, чтобы понять, кого имеет ввиду Деку. Только он все знал, больше никто. Так уж вышло. - Повтори, - севшим голосом потребовал Кацуки. "Он возвращается из Англии. Это точно". Секунды растянулись жвачкой, пока сердце отбивало сбивчивый ритм. Свободно лежащая на постели ладонь Бакуго заискрилась. "Каччан?.." Будь проклят Деку с его мировым состраданием. - Пусть идёт нахуй! - проорал Кацуки и сбросил вызов. От сна не осталось и следа. Проклятый костюм сильно жал в плечах: он не надевал его уже несколько лет, как только перестал посещать общественные мероприятия. Его агент настаивал, что это нужно для рейтинга, вот только Кацуки было плевать с Токийской башни. Репутация у него итак не ахти. К нему уже раз десять подошел кто-то из бывших одноклассников, чтобы спроить, как дела. Бакуго отвечал угрюмо, стараясь не гаркать, исподтишка следя за толпой журналистов, до зубов вооруженных техникой. Они жадно ловят каждый его шаг, это очевидно. - Хэй, Бакуго! Бро!! Сколько лет, сколько зим! Не было печали - чёрт принес Киришиму. Бунтарь сильно возмужал, обзавелся жесткой щетиной и раздался в плечах. Пиджак сидел на нем идеально, выгодно подчёркивая фигуру. Друг приветливо похлопал его по плечу. Кацуки немного смягчился. Киришима был одним из немногих людей, которые из статуса "бесполезные отбросы" смог перейти в "просто бесящие, но ничего не поделать". К тому же они поддерживали общение и после школы. - Чего кислый такой? Не жрал ещё что ли? - Нет, - Бакуго пожал плечами. - А зря! Друг, кухня у них отменная! Я съел жареного лобстера и захотел добавки, а ты ведь знаешь, я не фанат морепродуктов!.. Слушая одним ухом восторги Киришимы, Бакуго прочесывал взглядом толпу. Терпение его было на пределе, а внутренности скручивало от противоречивых чувств. Желание просто смыться отсюда прямо сейчас всё возрастало. Неожиданно мелькнула знакомая кудрявая макушка Деку, а рядом... Кацуки показалось, что уши с двух сторон придавило подушкой или кто-то резко убавил громкость. Голос Киришимы стал едва слышен. Рядом с Деку, сдержанно улыбаясь подлетевшей толпе репортёров и кивая гостям, шел он. От кончиков ушей до носков ботинок идеальный, его персональный кошмар. Его первая и единственная любовь. Бакуго резко осознал, что за годы чувства не умирают, а рана лишь покрывается лёгкой коркой, которую очень легко сковырнуть. Брови сошлись на переносице, а руки сами сжались в кулаки. Кровь запульсировала в висках, глаза застила красная пелена. Оттолкнув Киришиму, он бросился в толпу. Глаза Тодороки слегка расширились прежде чем его лицо встретило удар. Сквозь пелену ярости Бакуго осознавал, что Тодороки мог легко поставить стену льда перед ним и защититься. Но он этого не сделал. Опять. - Боже, Каччан, ну зачем ты такой ребенок! Бакуго возвращался домой после непродолжительных разборок с полицией. Статус Героя Номер Два и вмешательство Деку помогли избежать серьезных проблем. По крайней мере, ему грозил только небольшой штраф. Да, и куча мерзких статеек в прессе. - Отвянь. Чего увязался за мной? - Провожаю тебя до дома, чтобы ты не натворил бед. Таково условие полиции, болван. Деку, который стал выше его сантиметров на десять,смешно нахмурился. - Мой дом за поворотом. Дальше не надо. - Ладно-ладно. Они дошли до угла молча. Сунув руки в карманы брюк, Бакуго смущённо буркнул благодарность. Мидория весь расцвел, как маленькое солнышко. - По крайней мере выслушай его. Хорошо? Бакуго хотел спросить кого, но Деку уже махал ему с другой стороны улицы. Чертова супер-скорость. Ответ нашелся на пороге квартиры, с заклеенной пластырем левой щекой и букетом каких-то неведомых жёлтых цветов впридачу. - Посторнись. Мешаешь войти, - пробурчал Кацуки беззлобно. Тодороки мягко улыбнулся и послушно подвинулся. Бакуго отпер дверь. - Если ты принес свой веник в надежде, что я кинусь тебе на шею, то можешь проваливать. Пока не разукрасил и вторую щеку. Но Тодороки ничего не сказал, просто смотрел на него. Всё такой же раздражающе сногсшибательный, красивый и одуряюще любимый. Бакуго отвернулся, но не спешил закрыть дверь. Вспомнились сказанные на прощанье слова Деку. "Выслушай его!" - У тебя пятнадцать гребаных минут, чтобы убедить меня. Ощущение чужого тепла обожгло спину. Почти забытое, но незабываемое. - Мне хватит двух. - Какая самоуверенность! - Совсем как ты любишь. Бакуго подумал, что обязан засранцу Деку по гроб жизни. А ещё что некоторые идиоты никогда не меняются.