Панцироносица. Секрет Резидента. Книга вторая

5 Кира и Эммочка, по случаю первого сентября наряженные во всё самое лучшее и новое, прошли на школьный двор. Сопровождавший девушек Сашка пошёл искать свой пятый-А(иной раз случалось, что из третьего класса ученики проскакивали сразу в пятый), девушки после недолгих поисков тоже отправились к месту, которое спозаранку застолбил Севка Бакисов, затем подтянулись и остальные ученики. Школьный двор заполнялся народом и тихо гомонил, чем-то напоминая лежбище тюленей или стаю пингвинов. Где-то в глубине здания готовился к выступлению комитет по торжественной встрече. - Ты что, Кирка, пасмурная такая? - поинтересовалась Эммочка у подруги, - денёк хороший выдался, солнечный... предвкушаешь ранние пробуждения и жёсткие сиденья стульев, да? - Вовсе нет, - усмехнулась Кира, - просто... давай-ка отойдём куда-нибудь. Девушки прошли к рядку вкопанных в землю покрышек и сели. - Знаешь, Эмка, мне немного боязно, - сказала Кира, - с учёбой я управлюсь, но у нас теперь кругом сплошные косяки. - М-м? - Как-то за обедом Сашка выразил недоумение - а куда это все мои подружки пропали? Мама тоже этого понять не могла. Я отговорилась - типа, мы рассорились по принципиальным соображениям. И это хорошо ещё, что к тому времени я всё вспомнила. А если бы этот разговор состоялся раньше? Я бы точно влипла. И вина за эти косяки полностью лежит на мне. Я ведь хотела стать просто человеком, и вот что вышло... - Норка тоже удивилась, узнав, что мы снова дружимся, - заметила умная ученица. - Вот-вот. А позавчера я, можно сказать, почти спалилась. В обед папа спросил - где я была после завтрака... Кира с сокрушённым видом принялась излагать, что в то утро она ездила вместе с Улькой и Димкой к Мирославу, и папин вопрос, мягко говоря, загнал девушку в угол. Убедительной отговорки у неё не нашлось, и пришлось сказать правду. Ей поверили, но папа продолжал недоумевать - что Кира делает в компании уже состоявшихся молодых людей, пусть даже все они делают благое дело, и как-то сам собой всплыл последний козырь в Кирином рукаве, а именно - давняя история, когда Мирослав с Димкой разогнали хулиганское трио, пытавшееся выманить из дому занемогшую Норку. Кира надеялась, что этого объяснения будет достаточно, но отцовская реакция была довольно странной - весь благодушный настрой Александра Васильевича улетучился в один момент, и до самого окончания обеда он просидел хмурым и чем-то озабоченным. Девушке даже показалось, что папа избегал смотреть в глаза своим домашним. Что вдруг с ним случилось - она так и не поняла. На какую-то минуту даже мама растерялась... - Действительно странно, - хмыкнула Эммочка, - ясно одно - во всём этом кроется какой-то подводный камень, вот только какой именно и насколько глубоко... - А вдруг папа узнал, что Слава - это Такседо Маск? - брякнула Кира. - С какого перепуга? А вообще... они знакомы? - Вроде нет. - Услышав такое про Еслика и его приятелей, он должен был позвонить или встретиться... - рассуждала отличница, - либо с отцом Еслика, либо со Славкой. А дальше что? Не знаю... - Слава ничего не говорил о таком звонке, - пожала плечами Кира, - ой, а вон Норка идёт. Пойду встречу... После серии приветствий и лёгких поцелуев девушки отправились к своему классу. - Как хорошо, что нас теперь не будут заставлять писать сочинения о проведённом лете, - на ходу шепнула Эммочка. - И не говори, - кивнула Кира. Ученики как раз обсуждали прошедшие летние каникулы, совпавшие с волной террора планетарного масштаба. В центре всеобщего внимания оказалась Светка Голобородько - она отправилась с родителями на Никобарские острова и вместо планируемых двух недель провела там два месяца. Причина задержки крылась в том, что на всей территорией Индийского океана морской и воздушный транспорт оказался парализован, и большая группа курортников - как из России, так и прочих стран - оказалась фактически отрезана от остального мира. По словам новоиспечённой робинзонши, приятного в этом приключении было крайне мало - архипелаг жил на осадном положении, на континенте дела обстояли никак не лучше, и помощь жителям островов была оказана лишь по окончании повсеместной войны непонятно с кем и непонятно против кого. Впрочем, не только Светкино путешествие вызвало у ребят интерес. Кто-то вспомнил случай в одном из таёжных посёлков Западной Сибири - там взорвалось и сгорело два десятка резервуаров с нефтью, дымный след от пожара вытянулся почти на три сотни километров - его наблюдали даже запущенные на орбиту космонавты. А нескольким ученикам пришлось поучаствовать в паническом бегстве с побережья Персидского залива вглубь Аравийской пустыни - причиной тому послужили многочисленные взрывы и пожары на нефтяных промыслах и нефтеналивных причалах, в результате чего полностью выгорело несколько населённых портово-курортных городов, а заправлявшие ими многочисленные арабские миллиардеры вновь превратились в простых кочевников-скотоводов... Кто-то сказал, что в школе будет много новых учеников, ибо из-за волны террора многие семьи оказались сорваны с родных мест, а иные регионы, подвергшиеся огненному шторму и химическому заражению, и вовсе опустели. Кира, присмотревшись получше к собравшимся школьникам, действительно заметила много незнакомых лиц - в том числе и небольшую группу Норкиных соплеменников, то бишь, юных казахов и казашек. Оно и неудивительно, если учесть, сколько людей покинуло Москву и сколько других бедствующих заняло свободные социальные ниши... - Смотрите, а вон Еслик, - Норка кивнула в сторону группы ребят из одиннадцатого-Б. Сашка что-то рассказывал, причём половина его слов являлась отборным матом, а собравшиеся дружно хохотали. - Интересно, - сказала Лариска Авдеева, - а что ему делать в десятом классе? Он ведь его не закончит - это сто пудов. - Его появление в школе вполне объяснимо, - вмешался Ромчик Юмашев, - как вы помните, Еслик поджёг собаку, а кучка сопляков, что присутствовала при этом, не имела намерений его выгораживать. Когда их спросили - кто лишил пёсика мужских достоинств, все они хором показали на Санька, и в результате... - Его чокнутая семейка попала на бабки, - закончила Лариска, - но какое это отношение имеет... - А вот слушайте. Папочка взял ремешок, хорошенько отлупсачил доморощенного Торквемаду и сказал примерно следующее - если не закончишь последние два класса, то я не дам на лапу военкому, и по прошествии трёх лет идти тебе, сынок, в стройбат, а не в универ... - Ещё лучше, - фыркнула Норка, - какой универ? С его двояками? С его постоянными вляпываниями в удивительные истории? И вообще, кто сказал, что его забреют в армию? Он же дохлый, как скелет из анатомички... - Между прочим, - заметил Ромчик, заговорщицки косясь по сторонам, - во время войны некоторые умники за две недели до призыва начинали пить собственную... - он едва не подавился от хохота, - мочу. Вот так... и их признавали негодными, так как анализы выявляли почечные заболевания. Со всех сторон послышались сдержанные смешки. Молчавший всё это время Севка вдруг сказал: - Народ... у меня к вам просьба. Не говорите об этом Еслику, иначе случится беда. - Я и не собираюсь, - хихикнула Лариска. - А откуда Рома столь многое почерпнул? - полюбопытствовала Кира. - Секрет прост, как и всё гениальное, - усмехнулся всезнайка, - я просто посмотрел историю браузера в компе, за которым сидел Яшка, и таким вот образом узнал, как наш музыкантик намерен откосить. - Да ты чё? - расхохоталась Лариска, - серьёзно, что ли? - Разве я когда-нибудь вам врал? - покачал головой Ромчик, - кстати, это ещё не всё. Там было сказано, что если в течении трёх месяцев принимать ежедневно некоторые контрацептивы, то анализы выявят дефект, сходный с начальной стадией цирроза печени... Его слушатели и слушательницы лишь молча переглянулись. - И ещё, - продолжил Ромчик, - почему всякий раз, когда что-то с кем-то случается, Еслик попадает в число основных свидетелей? - и он принялся перечислять все несчастные случаи, приключившиеся с семью учениками 998-й школы, и, как следовало из его объяснений, во время каждого эпизода малопривлекательный парнишка находился неподалёку и во что-то игрался на телефоне. - А сам он что говорит? - поинтересовалась Эммочка. - Ничего. Ни бе, ни ме, ни кукареку. Кира же лишь рукой махнула. Ромчик тоже тот ещё субъект, со своими заморочками, хотя, если бы она была с ним в более тесной дружбе, то, возможно, смогла бы его узнать и понять. А вот Яшкин причудливый способ откосить от армии... если, конечно, Ромчик всё это не выдумал - и вовсе попахивает кретинизмом, если не больше. Яшку вообще мало кто любил и уважал, ибо тот зачастую вёл себя как вылитая свинья, но он имел статус неприкосновенной "священной коровы" - как же, отличник... любимчик педсовета, которого лет через пять надеялись увидеть на сцене со скрипкой, исполняющим "семь-сорок" или ещё что-то в этом роде... По окончании линейки десятый-А отправился обживать свой новый кабинет на третьем этаже, и вдобавок в самом удалённом от входа корпусе. Ребят сопровождала словесница Александра Антоновна(известная паре учениц так же и под другим именем и в ином роде занятий). Кира то и дело норовила подобраться к ней поближе, но толчея в здании была такая, что большую часть времени приходилось стоять, нежели идти. Вдобавок Киру задержала биологичка Ирина Васильевна, которая, завидев девушку, недоуменно спросила: - А ты что тут делаешь? - Я? - Кира так удивилась, что могла лишь без толку открывать и закрывать рот. Казалось бы, что она вообще может делать в школе, как не учиться? - Ученица Белякова будет заниматься в моём классе, - пришла на помощь Александра Антоновна. - Разве? - биологичка как будто ушам не могла поверить. Было видно, что она настраивалась на короткий энергичный разговор с одной лишь Кирой, без участия прочих педагогов. А Кира чувствовала растерянность пополам с обидой. Что такого особенного в том, что она перешла в старшие классы? - Иринка что, совсем чокнутая? - буркнула она себе под нос. - Когда только догадалась, - хихикнула Норка, оборачиваясь, - вся эта школа, хочешь знать, чуток ку-ку... Ребята добрались наконец до отведённого им кабинета и начали занимать парты. Все разместились так же, как и в прежнем классе, при этом часть мест высвободилась, поскольку ожидалось пополнение в количестве восьми новых и девяти уже знакомых учеников из параллельных девятых классов. Александра Антоновна, к немалому удивлению Киры и Эммочки, велела им сесть за первую парту перед её собственным столом, а когда Кира подняла на неё глаза - на лице капитана Пи мелькнула лёгкая улыбка, и она вполголоса спросила: - Понравился Мельников-Печерский? Обеих девушек взяла оторопь. Для остальных учеников этот вопрос ничего не значил - его глубинную суть могла понять лишь панцироносица, побывавшая на третьей базе, сидевшая в любимом кресле словесницы и читавшая понравившиеся той книги... - Да, - кое-как справившись с собой, закивала Кира. - Ну вот и хорошо, - сказала Хлоя. Она говорила о том, что ожидает класс в новом году, рассадила вновь прибывших учеников, представила тех из них, что пришли в школу впервые... Кира с Эммочкой слушали всё это вполуха. Им хотелось одного - Хлоиных объяснений относительно пробуждения её памяти, но услышать их можно было лишь в другом, недоступном для посторонних месте. Между тем в классе происходили и другие, никому не видимые события... - ...Александр Еслик, - сказала Хлоя. Пакостный парнишка разместился на самом близком к двери месте, и не один, а с Яшкой Штольманом. Сие место Еслик выбрал не случайно - с него хорошо были видны ноги словесницы. Ухоженные, с лёгким загаром... а главное, с них куда-то пропали шрамы. Эти ноги его буквально гипнотизировали... - Чё? - очнулся он, поднимая глаза. - Встань. - Ну, встал, - поднялся Еслик. - Итак, - начала словесница, - твоя прежняя парта пребывала в столь жутком состоянии, что её впору было на выставку отправить... На задних рядах кто-то захихикал. - ...Мне интересно, - продолжила Хлоя, - все те пожелания, которые ты оставил на ней и под крышкой - они были искренни? На этом месте можно было взять эффектную немую паузу. Еслик вспомнил оставленные им надписи по адресу словесницы, по сюжету которых женщина участвовала в самых грязных видах интимных сношений. Он мог лишь успокаивать себя надеждами, что никто из других учащихся этих надписей не помнит, всё-таки три месяца прошло, но вот Лекса их запомнила. И это было далеко не всё - на полочке под крышкой он позабыл тетрадочку в девяносто шесть листов, в которой он изложил свои эротические фантазии. Было ясно, что вся его писанина попала в руки словесницы, и едва осознав это, Еслик буквально застыл на месте, отчаянно желая телепортироваться куда-нибудь в жаркие страны. Вернёт ли Лекса эту тетрадочку, или нет? В любом случае, ему сейчас следовало не распускать язык, иначе словесница впадёт в ярость... а ежели о его самых потаённых мыслях узнают одноклассники - то дело обернётся для него ещё хуже... - Подойдёшь ко мне в учительскую и заберёшь то, что забыл, - сказала Хлоя, - и, если к концу этого учебного года твоя парта вновь превратится в картинную галерею - то ни ты, ни твои родители уже не отделаетесь так просто. Всё ясно? - Ну, ясно, - буркнул Еслик. - Садись. Ему хотелось взяться немедля за телефон и при посредничестве Йог-Сотота устроить женщине какое-нибудь членовредительство, но его останавливала мысль, что после этого заветной тетрадочки ему будет не видать как своих ушей. А ещё он вспомнил о ногах словесницы... но та, словно издеваясь, убрала их под стол. Свою тетрадочку он, к слову сказать, получил назад и посчитал себя спасённым от позора. Ему было невдомёк, что у Хлои остались фотокопии каждой страницы. Но женщина не собиралась обсуждать их содержимое с автором или с любым другим человеком, ибо не видела в этом смысла. Здесь скорее играла роль чисто профессиональная привычка - откладывать про запас всё то, что люди пытаются скрыть. Десятый-А в полном составе вышел на крыльцо для участия в совместной фотосессии. Отстояв необходимое количество времени перед объективом фотоаппарата, класс понемногу начал расходиться. Кира и Эммочка во все глаза следили за Хлоей - та медленным шагом вышла за ворота и направилась в ближайший скверик. На какое-то время девушки потеряли словесницу из виду, но уже через пару минут блуждания увидели её в самом глухом месте, в сильно заросшем кустами уголке. Женщина ждала именно их - повлажневшие глаза говорили о её чувствах лучше неё самой. - Капитан? - тихо молвила Кира. - Девочки... - это слово Хлоя выговорила на языке ванов, - Церена, Феона... Она выронила на землю сумочку и сгребла девушек в охапку. Где-то неподалёку разрывался динамик - кто-то крутил "Школу" в исполнении группы "Любовные истории", благодаря чему никто не мог слышать, как трое панцироносиц захлёбываются в плаче. Хлоя и Эммочка дождались Киру у подъезда - ей было нужно проводить до дома Сашку, и уже после они отправились к ближайшей точке перехода, а оттуда - на третью базу. Они прошли в обжитую комнату и сели - Хлоя в своё любимое кресло, девушки - на диван. Чудесные обстоятельства, приведшие к возвращению капитана Пи и остальных панцироносиц из иной, посмертной среды обитания, воздвигли между ними некий барьер, вселяли невольное опасение - тот ли это прежний человек, которого они знали до его гибели, а потому довольно долго никто не решался нарушить молчание. - Как давно вы всё вспомнили? - спросила наконец Кира. - Давно, - ответила Хлоя, - чуть меньше месяца назад. - И всё это время не давали о себе знать? Но почему? - У меня были на то причины. Кира хотела что-то сказать, но так и не сумела подобрать слов. Разум говорил, что капитан Пи неспроста держала в секрете своё пробуждение, но... Кое-как справившись с рвущимся из груди негодованием, она пригляделась к женщине получше. Абсолютно спокойное, невозмутимое лицо, но в глазах... "Она отягощена знаниями, с которыми не знает, как поступить", - решила Кира. Оно и неудивительно, если учесть, что в течение короткого периода после своей гибели все они узнали столь много, сколько не узнали бы и за несколько сотен лет обычной жизни. - Расскажите, - попросила Эммочка, - вы... с вами что-то случилось? Вы столкнулись... - Нет, у меня всё прошло спокойно, - едва заметно улыбнулась Хлоя, - и я не подвергалась дурному обращению, если ты об этом... хотя многое меня удивило. Моё возвращение началось с того, что я осознала себя ищущей работу. Где-то с неделю я мирно жила, насколько это возможно в нынешних условиях... и удивлялась - кто хозяйничал в моей квартире? Кто надевал мой халат? Кто жарил колбасу на кухне... это вы со Славой постарались, так? - она повернулась к Кире. - Да, это мы, - подтвердила та, - ваша старая квартира была в те дни самым безопасным местом. - А я грешила на воров... - капитан Пи рассмеялась, - надо же - воры решили пожарить колбаску и примерить мои вещи... но ладно. О своей новой квартире я ничего не знала, и вас, естественно, не помнила. Для меня было странным сюрпризом увидеть видеозапись празднования Кириного пятнадцатилетия, да ещё с собой за столом... Девушки лишь молча кивнули. Они тоже пережили нечто похожее. - И вдруг, - продолжала Хлоя, - на моё имя приходит извещение о просроченной плате за абонированную ячейку в банковском хранилище. Сами понимаете - в моей голове и без того каша, а тут ещё и это... но в итоге любопытство пересилило, я поехала в банк, забрала из ячейки видеокассету, просмотрела её - и в первые минуты решила, что я действительно тронулась умом. - Я поняла, - догадалась Эммочка, - вы увидели там саму себя? - Да, саму себя, надиктовывающую всё, что со мной случилось до моего заточения во вневременной карман. Естественно, что я посчитала всё это бредом сумасшедшего... или сумасшедшей, что более точно, но потом начала сомневаться - а что, если это правда, хоть в самой малой степени? Видите ли... предполагалось, что я окончила МГУ, но я этого не помнила, и это было странно... если не сказать больше. - Ну... - протянула Кира, - капитан, да вы просто гений. Мне бы такое и в голову не пришло... ну а что потом? Почему вы прятались? - Как вам сказать... - Хлоя откинулась на спинку, - я не была уверена, что наша схватка с Кинзи и его людьми закончилась так просто. Да, я видела, что Дима с Гришей убили его на Майском просеке, но я не настолько всеведуща, чтобы знать о всех его трюках. А потому последние недели я изучала обстановку - прежде всего на Земле, кроме того, в начале августа мне пришлось совершить облёт наших баз на других планетах Солнечной системы, в том числе и на лунах внешних планет. - И как там? - Противник потерпел поражение, космос чист. А ты, Кира... ты вновь использовала Серебряный Кристалл для того, чтобы вычистить Землю от спрятавшихся инкопов? - Да. - Это было рискованно, но, с учётом обстоятельств, вполне приемлемо. Кто знает, что они могли бы натворить, если бы проникли во власть... или прорвались в космос. Если не они... - То кто-то другой, если он держит Солнечную систему под наблюдением, снарядил бы флот и уничтожил Землю до того, как инкопы закончили бы достройку Луны до гигантского звездолёта, - закончила Кира. - Мог быть и такой конец. Ну а вы? Я так поняла, что ваше пробуждение прошло не совсем гладко? Девушки рассказали свои истории, не забыв так же упомянуть о допущенных ими проколах - прежде всего, о Норке, которая начала, или вскорости начнёт что-то подозревать, и о ряде других неприятных вещей. - Мы как-то виделись с Листиковым, - говорила Эммочка, - его допрашивали после Кириного исчезновения. Знаете, что он сказал? Он сказал, что следователя интересовали - не под протокол, конечно - и другие люди, с которыми он познакомился за последние два года. Ну, сверстники там всякие, девчонки... и я вот думаю - почему кого-то интересуют эти последние два года? Что в них такого особенного? А то, что менты обсуждают между собой панцироносцев - это... - Это плохой знак, - согласилась Хлоя, - быть может, мы и впрямь где-то напортачили, и гэбисты захватили в плен какого-нибудь недобитка... на наше счастье - некомпетентного, иначе обстановка вокруг нас была бы совсем иной. - Они за вас возьмутся, - сказала Кира, - мы на роль опытных вояк, какими они наверняка нас видят, как-то не подходим... - Ваше счастье. Словом, будем разбираться, - Хлоя встала и прошлась по комнате, - вот видите, девочки, какая ситуация вышла... моё появление не сулит ничего, кроме новой кучи проблем. - Слава недавно посоветовал мне повысить вас в звании, - улыбнулась Кира, - идея мне понравилась, но... это всё странно выглядит. Я ничем не могу вас вознаградить. Даже пустяковой прибавки к окладу дать не могу. - Куда бы закатился этот мир, если бы всё делалось только за оклады, - заметила Хлоя, - но всё равно я очень признательна за доверие. Впрочем, сейчас не место и не время думать о званиях и прочем... надо бы и пообедать, как считаете? Девушки прошли на кухню. Хлоя изучила содержимое холодильников и спросила: - Кто, кстати, пополнял запасы? - Я, - потупилась Кира, - по Стешкиному списку. - Умница, - Хлоя вынула несколько яиц, копчёную грудинку и пучок зелёного лука, - не сильно скучала, пока мы все... отдыхали? Кира помотала головой. Дел на базе было достаточно, и она готовила её к приёму гостей, рассчитывая и на пробуждение подруг, и на выздоровление Мирослава. - Хлоя, - попросила Эммочка, когда сковородка с нехитрым обедом была перенесена в комнату, - а как вам удалось вернуться в нашу школу? Баженов ведь говорил, что вас никуда не возьмут? - Он много чего говорил, - поморщилась Хлоя, - моё возвращение к вам в качестве словесницы - ещё один любопытный момент, который меня сильно настораживает. - А что нового? - уточнила Кира. - Я решила выяснить - есть ли за мной хвост. Оказалось - есть, причём серьёзный. А дело было так - я инкогнито переселилась в квартиру на Алмаатинской и двое суток сидела тихо, как мышка. Почти не вставала с дивана, читала, ходила на цыпочках... наконец мне это надоело, я перестала прятаться, заказала по телефону столик в ресторане, потом отозвала заказ, приняла душ - и вечером на исходе третьих суток ко мне пришёл Руслан Павлович... вы его, конечно, знаете. - То есть, квартира подала признаки жизни... - И три часа спустя нагрянул гость. Не знаю, что они там думали - наверное, дали мне три часа для усыпления бдительности - но главное я узнала. В тот день в моих комнатах "жучков" не было, но они не особенно нужны. Аппаратура может стоять и за четыре километра от моих окон... а то и вовсе висеть на орбите. В своё время машину Хрущёва прослушивали именно с орбиты. - И что Руслан Павлович хотел? - Сначала - ничего особенного. Мы посидели, попили кофе, потом погуляли по Москве, и как-то сам собой зашёл разговор о Баженове и его делишках. Естественно, я не выходила за рамки своей семинарской деятельности, но постепенно я поняла - чего именно хочет наш подполковник... На минуту в комнате повисла тишина. - Он уверил меня, что по вопросу дел, проворачиваемых Баженовым и ему подобными типами, он всецело на моей стороне, и попросил вернуться в 998-ю школу. Познакомил с новым директором. Сказал, что правоохранительные органы намерены устроить Варфоломеевскую ночь для проникших в систему Минобра деятелей от порноиндустрии, и что бдительный человек вроде меня, подружившийся со многими девушками, может оказать большую помощь... - Чушь, - заметила Эммочка, - эту Варфоломеевскую ночь они бы и сами провели, если бы захотели. Им нужны вы, а если и мы засвечены - то они и нас прихватят. - Я тоже догадывалась, что Чудесов темнит. Вряд ли он знает всю правду, но каким-то боком он вписан в оперативный план по разработке панцироносиц. Между прочим, и он, и полковник Приставкин начинали службу простыми операми в Братеево, многие дела разрабатывали в паре, а потом последний ушёл в КГБ. Ну а что касается меня... - Хлоя развела руками, - мне ничего другого не оставалось, как принять предложение Чудесова, пойти на собеседование к новому директору... и вот я опять с вами. - Если у них есть образец вашей ДНК - то их уже нельзя будет обдурить, как бы мы ни старались, - заметила Кира. - Вот это-то и плохо, - согласилась Хлоя, - но от образца толку немного, пусть он и чужеродный. Им нужно увидеть оружие и место его хранения. Без этого элемента все оперативные планы можно засунуть коту под хвост. К тому же нас семеро. Масштаб дела и возможность огласки не позволят им идти напролом. Они будут действовать очень тихо и по возможности - незаметно... Девушки лишь вздохнули и промолчали. Они ходили по лезвию ножа. Кира подумала о предполагаемом ванахемском подданном, попавшим в руки землян. Он вполне мог описать наружность первых лиц с различных планет Союза. Конечно, это не означает, что её портрет будет висеть на каждой стенке, но легче от этого не становилось. - Возможен и такой вариант, - сказала Хлоя, - однажды я вступила в контакт с Приставкиным. Может быть, когда-нибудь вступлю ещё раз, тем более первый шаг ко второму контакту я уже сделала... - То есть? - не поняла Кира. - Я отследила и подчистую вырезала так называемую "народную армию" во главе с якобы законно избранным президентом Абхазии, на деле являющимся ставленником Шеварнадзе. Возглавляли эту, с позволения сказать, армию, трое агентов ЦРУ. Они планировали перейти линию разграничения и немного пошуметь на контролируемой Абхазией территории, а может, попутно тряхнуть и весь Кавказ. И если так, то у них, поскольку обстановка на Земле сейчас во всех смыслах отвратительная, это могло бы получиться... - А в новостях говорили, - вспомнила Эммочка, - что отряд Гиви Комаридзе был перебит силами контингента ООН... - Ну да, - поморщилась Кира, - странно, что не морскими котиками с Шестого флота... и что же, - обратилась она к Хлое, - после этого земляне должны понять, что мы - сила, с которой следует считаться? - Именно, - кивнула капитан Пи, - теперь все заинтересованные лица будут знать, что при случае ни ФСБ, ни ЦРУ, ни МОССАД нас не остановят. - А можем ли мы попросить помощи у какого-нибудь президента? - поинтересовалась Эммочка. - Исключено, - покачала головой Хлоя, - лидеры Джи-восемь - они, как правило, масоны... либо состоят в других деструктивных оккультных обществах, так что Белый дом или Кремль - это последние места на Земле, в которые нам следует обращаться. Хлоя расспросила девушек о последних событиях, имевших место в их районе, прежде всего о "карательном походе" шпаны с соседнего берега и о целой серии несчастных случаев с учениками 998-й школы. Узнав, что небезызвестный Сашка Еслик повсюду фигурирует как основной свидетель, словесница ненадолго задумалась, и уже перед отправкой в город расспросила Киру о состоянии здоровья Мирослава. - Остальные девочки либо сами пробудятся, - заключила она, - либо мы поможем им это сделать. Торопиться не будем... Кира... - Да? - Нам ещё многое предстоит сделать, и мы подождём, когда все будем в сборе. А сейчас скажи мне - ты вспомнила точное местонахождение своего архива и отрезанной руки? Девушка лишь молча кивнула. Содержимое сего архива несло множество информации, которую следовало держать в тайне даже от умной ученицы Эммочки. Капитан Пи - дело другое, она многое знала и до прибытия на Землю, стало быть, работать с архивом им придётся один на один, без свидетелей. Панцироносицы распрощались и отправились по домам. На базе осталась лишь Хлоя. Она не была так спокойна, какой хотела казаться. Для неё по прежнему многое было не ясно, и прежде всего это касалось видеозаписи из банковского хранилища, которую - женщина была готова поклясться чем угодно - она не записывала...