Да что вы знаете?

Что вы знаете о том, каково это - улыбаться через силу, осознавая ощущение собственной никчемности? Да ничего. Об этом могу знать только я, ежедневно бегающий за тем, кто при виде меня делает такую физиономию, будто только что нюхнул свежего говна. Я же в этот момент собираю всю свою волю в кулак и приказываю лицевым мышцам явить миру мои зубы в самой сладкой улыбочке, на которую я только способен. И так изо дня в день. Представили, да? Изо дня в день надевать маску счастливого, уверенного в себе парня, подходить к объекту своих чувств и доставать его подколами и провокациями. Однозначно, тяжело представить жизнь хуже, чем у меня. Гнобить объект собственной любви – это за гранью. Но еще более за гранью – ждать шестнадцать лет, проверяя, сможешь ли ты когда-нибудь кого-нибудь полюбить, и внезапно влюбиться в рыжего гопника. Что вы знаете о подставах? Кажется, я знаю об этом все. Что вы знаете о предательстве, о ноже в спину от собственного тела? Будь я каким-нибудь хилым, я бы, наверное, сидел под одеялом и страдал от неразделенной любви, но это тело, это, мать его, могучее тело рвется покорять вершины, создавая мне кучу дополнительных проблем. Честно, я бы лучше один раз отстрадал, чем каждый раз охуевать от того, что этот Рыжий опять у меня дома, что я опять его сюда притащил. Что вы знаете о беспамятстве? Кажется, я знаю об этом все. Порой я ловлю себя на мысли, что единственное, чему я еще могу приказать в собственном организме – это лицевые мышцы, неизменно помогающие рождаться самой дикой, самой пугающей улыбке. Вон и Шань сидит на кухне, скалится как побитая собака, но не уходит. Странный он. Что вы знаете о странных рыжих парнях? Кажется, я о них тоже ничего не знаю.