Счастье со вкусом горечи

      Алек проснулся в институте, чувствуя себя замечательно. Он списал всё произошедшее на стресс, и дальше жизнь пошла своим чередом. Охота, рейды, бумажки — привычная рутина. Он был рад своей отключке, так как смог хотя бы немного отдохнуть. Узнав, что его отнесли к магу, Александр впал в ярость — с некоторых пор он их недолюбливает. Лайтвуд относился к ним с прежним уважением, просто не подпускал к себе. Охотник отгородил себя в целях безопасности. Так что, узнав, что был в отключке в присутствии мага, был недоволен. — Ты бледный сегодня, — сказал Джейс, отбиваясь от очередного удара. — Ты точно в норме? — спросил блондин брата. Хотя спортивная форма напарника была отличная, и тот был бодр и активен, но вот лицом зелёный, как огурец. — Всё отлично, хватит отвлекать меня разговорами, — Алек сделал умелую подножку и Джейс свалился на пол. Глава принял это за поражение. Он отошёл, открывая бутылку воды и жадно поглощая всё до последней капли. — Я в отличной форме. — Ну да, — согласился Джейс, внимательно наблюдая за парабатаем. — Алек, это пятая бутылка воды, а сейчас только начало тренировки. Всё точно нормально? — Мне нельзя пить? — спросил Алек, начиная злиться. Джейс пожал плечами, но всё-таки взял на заметку рассказать Иззи.

***

      Александр натянул свой парадный смокинг - сегодня очередное открытое собрание с Нижнем миром, нужно выглядеть подобающе. Статус, должность, фамилия. И всем плевать на то, что у главы Нью-Йоркского института скверное настроение. На самом деле всё в порядке, просто всё бесит.       Александр стоял, как статуя. От напряжения свело мышцы, на плечи рухнула усталость от тренировки утром, всё тело болело не на шутку. Алек прикусил губу, чтобы не завыть, нельзя показывать эмоции прилюдно.       Фейри, вампиры, оборотни. Сегодня пришли не только главы кланов или общин, а все, кто изъявил такое желание. В этом принцип открытой политики — здесь каждый равен, и не имеет значение звание или расовая принадлежность. Каждый может прийти и посмотреть на работу охотников. Всё это показывало, что охотники настроены только на взаимное сотрудничество, а не на принуждение.       Алек вежливо улыбался и пожимал руку каждому. Устал слушать: "мистер Лайтвуд", "сэр", "Глава института". Но самым противное было слышать "Александр". Он прикусывал губу, чтобы не скривить лицо. — Алек! — этот радостный, детский, звонкий голосок. Алек улыбнулся широко и искренне, раскрыв свои объятья. Мэдзи оплела его торс, прижавшись к парню. — Моя любимая волшебница, — Александр подхватил её на руки, закружив над землёй, и она заливисто рассмеялась. Опустившись обратно на землю, девочка снова прильнула к нему. Охотник улыбнулся ей, обнимая одной рукой за плечи, и продолжил принимать гостей. — Алек, — поприветствовала охотника Катарина. Она улыбнулась и протянула руку Мэдзи. — Пойдём, дорогая, Алеку нужно работать. Вы потом обязательно поиграете, — посмотрев на охотника, заверила маг. Девочка посмотрела на Катарину, потом на Алека, тот кивнул. — Мисс Лосс, — попрощался Алек, и та ушла с Мэдзи, пожав ему руку. Девочка в последний раз обернулась, чтобы посмотреть на охотника. Он улыбнулся ей и та захихикала. — Гидеон! — такое обращение заставило Алека посмотреть на гостя, а не пропустить, как остальных. Иззи ошарашенно уставилась на Энтони — она и сама часто забывает об этом имени. Так что остальным оно тем более не знакомо. Маг понял замешательство охотников. Он тут же стал серьёзным и добавил уже шёпотом: — Я заметил, как тебя мутит от полного имени, так что решил его не использовать, а имя Алек я считаю глупым. Не обессудь, у каждого свои заскоки. Так что, я избрал лучший вариант. Я надеюсь, ты не против? — спросил Энтони, ему и правда нужен был ответ. Это удивительно, обычно маги страдают нарциссизмом, показывая своё превосходство. — Что это было? — спросила Иззи шёпотом, когда маг ушёл к столу с закусками. — Лесть, наглая лесть, — грубо сказал Алек. Охотница сочувственно посмотрела на него — брат плохо принимает всё новое, особенно магов, тем более после случившегося.