Счастье со вкусом горечи

      Иззи долго и внимательно слушала их рассказ. Энтони постоянно дополнял охотника, помогал в особенно сложных и эмоциональных местах. Алек был безумно благодарен ему, он чувствовал поддержку и понимание, и страх постепенно отступал. Когда они закончили рассказ, все молчали, переваривая информацию. Алек ждал, но уже не боялся, к нему пришло осознание, что он сделал всё правильно.       Первым подал признаки жизни Джейс. Что удивительно, его реакции он боялся больше всего. Подколки это не самое страшное, вдруг он просто прибьёт его? Ведь именно Джейс предупреждал его, что все эти отношения ни к чему хорошему не приведут. Ему не нравился Магнус. Он слишком любил брата, а Магнус никогда не отличался хорошей репутацией. Но Джейс улыбнулся, широко, открыто, по-настоящему, говоря, что всё хорошо, всё отлично. Александр испытал высшую степень облегчения.       Иззи ожила второй, она шумно вдохнула воздух, зажмурилась и прильнула к брату. Он расслабился, обнимая её одной рукой. Охотник слышал тихие всхлипы. Девушка, отпрянув, прижалась ухом к животу. — Из, — ему было жаль сестру, но он понимал её. Ночью он часто прислушивался к своим ощущениям. Хотел услышать хоть что-то, почувствовать. — Тише! — шикнула на него Иззи, нежно поглаживая плоский живот. — Он там, и это главное, с остальным мы разберемся, — пообещала Изабель. Она улыбнулась, но улыбка её была полна боли. Девушка была расстроена, огорчена и зла. И все эти эмоции нашли отражение на её лице. — И долго ты думал молчать? — спросил Джейс с упрёком. — Когда бы я узнал о племяннике? — и снова улыбка. — Мы вместе, а значит справимся со всем, — заверил Джейс, обнимая брата за плечи. — А ублюдка я накажу, поверь мне. — Не нужно, — одновременно сказали Алек и Энтони, удивлённо уставившись друг на друга. Эта синхронность разрядила обстановку, все заулыбались. — Не нужно Магнусу знать об этом вообще, сейчас он сотрудничает с Благим Двором, а Королева любит диковинки. Всё это может навредить Гидеону, его могут забрать. Вы хотите лишиться брата и товарища? — прямо спросил Энтони. Он встал на его защиту, и это почему-то грело Алека. Он задавался вопросом, правильно ли это? — Да, ты прав, — закивал Джейс, — его не оставят в покое. — Так, расходимся, ему нужно отдыхать, сейчас же брысь! — приказала Иззи, почти грубо толкая всех к выходу. — Ты не могла бы повлиять на своего брата? Ему нужно пройти полный осмотр у Катарины, нужно уговорить его наблюдаться, — попросил Энтони, закрывая за собой дверь в лазарет. Иззи довольно кивнула и Энтони верил ей, кто-кто, но вот она его заставит. — Скажи, что надежда есть, — просила Изабель. Энтони долго смотрел на неё и понимал, что ей это нужно, необходимо, как воздух. «Пожалуйста», — одними губами прошептала охотница. — Ребёнок реагирует на магию, Катарина считает, что он мёртв, я считаю, что надежда есть, — просто ответил Энтони. — Я склонен считать, что ребёнок жив. Да, всё как-то не так, но мы не можем знать, что правильно в этой ситуации. Это ребёнок мага у Сумеречного охотника, мужчины. Здесь нельзя ничего утверждать точно.       Его объяснение звучало убедительно и Изабель была благодарна ему. Пусть слабое, но утешение. Что больше всего хотелось Иззи сейчас, так это найти Магнуса и хорошенько потрясти, и расплакаться, ведь ей было больно за брата. И в тоже время она гордилась им. Он вытерпел такое, вынес такой ад. Ей было больно за ребёнка, который может и не родиться.       Девушка проводила мага. На эмоциях обняла его покрепче, прошептав спасибо ещё раз. Она заглянула к брату перед сном, тот спал, укутавшись в одеяло. Она присела к нему, поправляя подушку. Волосы были мокрые от пота, отросла щетина, он стал бледным, похудел. Как она не заметила такие изменения, ведь видит его каждый день? Иззи просто сидела и смотрела на него, она ни о чём не думала и почему-то сейчас не злилась на Магнуса. Что было, то было. Сейчас главная цель помочь Алеку. Наверное, тогда она и дала себя обещание стать его стеной.

***

      Утро встретило охотника непредсказуемо, он проснулся моментально, широко раскрыв глаза. Желудок дал о себе знать и Алек, прикрыв рот рукой, полетел в ванную. Сказать, что ему было плохо, это ничего не сказать. Его выворачивало долго, снова и снова, кажется, желудок опустел и теперь просто сжимался, а его всё ещё тошнило. Алек боялся, что выплюнет сейчас все свои органы. Про звуки он вообще молчал, вой дикообраза, призыв динозавра? Нельзя определить, что это было. Ужасно пугающе. Он долго и тщательно умывался холодной водой, потом просто слушал шум воды, а после того, как засунул голову под струи, он вышел из ванной. — Нас тошнит! — взвизгнула Иззи, прыгая по комнате как кенгуру, — а значит ничего не потеряно.       Алек устало опустился на стул. Если так будет все эти месяцы он не выдержит. Он умрёт быстрее, чем это всё закончится. — Теперь ты знаешь, какого было мне! — Джейс слишком довольно ухмылялся, Алек ударился головой о туалетный столик. Быть беременным это ужасно!