Сказка имеет свойство заканчиваться

Напрасны мольбы и бесплодны молитвы, Здесь время гуляет по лезвию бритвы. И все мы гуляем по лезвию бритвы, По лезвию бритвы…

Король и шут

      Длинный и темный коридор. На стенах лишь изредка попадаются горящие факелы. Огонь выхватывает из кромешной темноты очертания решеток и позволяет понять, откуда именно доносятся эти жуткие звуки: плач, вой и болезненные стоны человеческих душ и демонов, которые заключены в эти камеры пыток. По подземелью гуляют сквозняки, и они приносят запахи крови, разложения, паленой плоти. Но лишь безнадежность, которой пропитана каждая каменная плита, делает это место по-настоящему ужасным.       Кажется, что коридор бесконечен, но впереди виднеется разветвление: широкий проход слева ведет к круглому залу, по периметру которого стоят фигуры в черных балахонах с глубокими капюшонами. А ровно посередине, в аккуратно начертанной пентаграмме, лежит изуродованное тело, чей пол и расу даже невозможно определить. И хочется сказать «Во славу Сатане!», но нет. Эта жертва, как обыденность, что-то совершенно не значащее. Без ритуальной крови невозможно поддерживать границу между девятью кругами Ада и его столицей, пристанищем демонов – Пандемониумом.