Просто потому что

      Когда Юнги просыпается и не находит своей любимой ручки в блокноте с набросками песен, то и вовсе хочет сжечь весь мир. Первая мысль отпадает сразу. Потерять он ее никак не мог. Он же не совсем дурак. Вторая мысль приходит сразу же на замену первой. Чертов Чимин опять взял «всего лишь на пару секунд». А Чертов Чимин (да, именно с большой буквы) сейчас был в чертовом колледже искусств, на чертовом занятии чертовых танцев.       Заварив себе крепкий черный кофе (настроение, вообще-то, выпить, но Юнги думает, что пить в 12 дня это как-то совсем даже для него), он садится за стол и с самым угрюмым видом начинает набирать номер Чертового Чимина, который, решил для себя Юнги, станет просто Чимином только после того, как поубирается у него в квартире несколько раз, за то, что снёс ручку.       Да, возможно глупо, возможно Юнги слишком драматизирует, возможно тут вообще нет никакого смысла, но он не может писать песни другими канцелярскими предметами. И нет, тут нет никакой плаксивой истории из разряда «Эту ручку подарила моя бабушка перед смертью» или «Я купил ее на последние деньги и она стала для меня смыслом жизни». У Мина, скорее, был концепт «За ручку и двор стреляю в упор» и «Нож мне в печень, Ручка/Юнги вечен». Просто потому что. Возможно, потому что Юнги большой ребенок, а возможно…да неважно.       Он насчитал пять гудков, когда трубку соизволили взять.        — Слушай сюда, засранец ты мелкий. И нет, не смей меня сейчас перебивать. Я знаю, что это ты. И вот, что я могу тебе сказать. Либо ты приносишь мне мою ручку как можно быстрее, либо эта ручка оказывается там, где не бывала нога человека и не только нога.        — Эм, — неловко ответили на том конце провода, но Мин тут же шикнул.        — Я ещё не закончил. Так вот. Если ты все-таки не хочешь узнать, как я умею натягивать людей, то жду тебя с распростертыми объятьями и своей ручкой. Так что давай, в ритме вальса или танго, чем ты сейчас там занимаешься. И не дай боже с ней что-то случилось.        — Эм, ахаха, не знаю, прозвучит ли это странно, но мне теперь реально интересно, как ты собрался натягивать какого-то мелкого засранца, — раздается весёлый голос, а у Юнги глаза становятся размером с блюдца. Это не Чимин. Абсолютно точно не он. И когда Юнги отстраняет телефон от уха, то сильно и с характерным хлопком бьет себя по лбу. Одна. Одна гребаная цифра набрана неправильно. Юнги кажется, что хуже сегодня быть ничего не может, но он слышит приглушённые звуки, раздающиеся из динамика.        — Так что теперь ты просто обязан рассказать мне о том, что заставит тебя нагнуть какого-то ребенка, судя по слову маленький, — в голосе нет насмешки, напротив. Собеседнику серьезно интересно и Юнги может услышать улыбку в голосе парня.        — Я сейчас чувствую себя очень неловко и мне хочется себя убить, - честно признается Юнги, а на том конце провода раздается приглушённый смех.        — Не думаю, что это стоит таких жертв. Тебе ещё предстоит кого-то там нагнуть.        — Просто… — Мин не понимает, зачем начинает рассказывать все это какому-то левому чуваку, которого он абсолютно не знает. Но тут скорее так же, как с ручкой. Просто потому что. — Мой друг снес мою ручку с собой на занятия. А… прозвучит странно, но я не могу писать тексты песен другой, — Юнги как-то неловко жмёт плечами, будто собеседник может его сейчас увидеть.        — Так значит, ты поешь, — делает вывод собеседник, даже не обращая внимания на странные замашки Мина насчёт канцелярии.        — Читаю, — поправляет Юнги, стараясь подавить улыбку. Что вообще сейчас происходит.        — Знаешь, возможно я снова буду звучать глупо, но я хочу послушать. Твой голос, агх…почему мне кажется, что я влюбился?       И Юнги правда не знает, что ответить. Единственным правильным решением сейчас кажется отмотать время назад и повесить трубку сразу после того, как в динамике раздался не голос Чимина. Но, к сожалению, к Юнги не прилетит Доктор на своей Тардис и не перенесет его. К очень большому сожалению.       Но Мин соврет сам себе, если скажет, что не хочет увидеть его. Хочет, ещё как. Его голос мягкий и льется просто как песня. Возможно, думает Юнги, парень поет. И возможно, всего на секунду, Мин думает, что поступает очень опрометчиво, но потом…потом правило ручки. Просто потому что.        — Приходи, — как-то совсем просто выдыхает Юнги. — Сейчас, ко мне.        — Серьезно? — Его собеседник очень удивлен, но рад. Юнги может представить, как у парня поднялись уголки губ.        — Адрес скину смской, — и после этого отключается.       Что.Это.Нафиг.Было.Мин.Гребанный.Юнги?!       Вот так просто пригласить к себе домой какого-то парня, с которым семь минут поболтал по телефону? Пиздец. Теперь желание выпить очень возросло. Желание просто проигнорить пацана приходит внезапно, но пальцы Юнги уже допечатывают адрес и, секунду поколебавшись, он нажимает на кнопку отправить. Ну все, теперь с точностью можно сказать, что это пиздец. Полный.       И самое смешное, что Юнги спокоен в плане своей безопасности. Да, его волнует, что сейчас он в растянутой домашней майке и полосатых пижамных штанах, но его не волнует, что скоро к нему придет вообще чужой человек, который собственно ничего и не сделал. Юнги открывает диалог с Чёртовым Чимином (звонить снова он не решился) и набирает примерный текст того, что он высказал несколько минут назад парню на том конца провода (в основном, он увеличил количество угроз). Теперь, когда дело сделано, Юнги наконец может включить свой мозг на полную и осознать все до конца.       Он ждёт какого-то парня, возможно поющего парня. Всего на секунду Мин думает о том, что этот парень вполне себе может быть каким-нибудь маньяком, но сразу же выбрасывает эту мысль. Опять таки, просто потому что. Только сейчас парню в голову приходит мысль о том, что это вообще сейчас такое будет? Разговор за жизнь, просто неловкое молчание, дружеская посиделка, свидание? Да нет, какое к черту свидание, он даже имени его не знает.       Стук в дверь раздается как-то совсем внезапно, прерывая поток мыслей Юнги. Он даже не думает спрашивать, кто там. Чимин в любом случае не успел бы прибежать с колледжа так быстро, а больше Юнги, кроме своего собеседника, никого не ждал. Подойдя к двери, он быстро распахивает ее и на секунду замирает.       Перед ним стоит парень. Высокий, до одури привлекательный парень с черными волосами, красивыми глазами и милой кроличьей улыбкой из-за двух выпирающих передних зубов. И Юнги уверен, что если бы все-таки выпил, то проорал что-то сроднимое «О Боже, какой ты милашка!» и наверняка подёргал бы его за щёчки, но, спасибо здравому смыслу (которого почти не осталось), что он все-таки не пил алкоголь. В одной руке у парня Юнги замечает два стаканчика, от которых пахнет кофе, а в другой бумажный пакет, откуда доносится аппетитный запах свежей выпечки. И вот теперь Юнги не настолько уверен, что это не свидание. Парень как-то неловко переступает на пороге, и Юнги поспешно отходит, пропуская его в квартиру.        — Даже не знаю, что я должен сказать, черт, — парень мило морщит нос, когда смеётся. А голос в жизни звучит ещё мягче, чем в динамике.        — Ты слишком милый, — выдыхает Юнги, тут же прикусывая язык. Все это похоже на бредовый сон, серьезно. Такого просто не бывает.        — А ты слишком привлекательный, — выдает брюнет, и Юнги замечает на его щеках лёгкий румянец. Мин не знает, кому сейчас помолиться и принести подношения в качестве благодарности за это чудо, которое не может перестать улыбаться. — Тем не менее, я чертовски голоден. Позавтракаем? Или будет правильней сказать пообедаем? — Мило улыбается парень, чуть приподнимая пакет и стаканы.       И Юнги смеётся. Смеётся по доброму, беря еду из рук брюнета, чтобы тот мог снять обувь.        — Блин, забыл, — тут же спохватился брюнет, опуская руку в карман пальто. — Да, ты сказал, что признаешь только ту ручку, но ты мне показался каким-то слишком расстроенным, так что может это поднимет тебе настроение? — На этих словах парень закусывает губу и достает из кармана несколько ручек. И черт, Юнги просто не может проигнорировать рой бабочек в животе. Всего ручек пять. И они абсолютно разные. Две черные: гелевая и шариковая, синяя, с милыми звёздочками, красная и зелёная, с маленькими зайчиком и печенюшкой на самом пластике. И твою мать, Мину бы сейчас разрыдаться, но он лишь широко улыбается и выпускает короткий смешок вслед за парнем.        — Какой же ты милашка, — вновь выдает Юнги и парень опять покрывается лёгким румянцем. — Проходи, — Юнги ставит на стол стаканы и пакет когда слышит прямо за своей спиной этот мягкий голос.        — Я Чонгук, кстати, — улыбается парень, когда Мин поворачивается к нему лицом.        — Юнги, — улыбается он в ответ и думает, что до чёртиков счастлив сейчас. Он забывает обо всем. О ручке, о Чимине, которого он все равно натянет. В данный момент есть только он, Чонгук и два стаканчика кофе в их руках.       Потом, когда Юнги, сначала немного колеблясь, читает Чонгуку свой рэп, а тот немного пропевает некоторые строчки, Мин не слышит звук сообщения от Чимина.       «Хён, протри глаза. Ты оставил свою гребанную ручку на полу, среди бумаг. И Юнги, серьезно, прекращай. Или я всерьез отведу тебя к психологу, а там уже натянут тебя». Позже, когда Юнги лежит на коленях Чонгука, он показывает ему это сообщение, и парень прыскает от смеха, запуская руку в волосы Мина и говоря что-то вроде «Это точно судьба». Вскоре Чимин в контактах становится подписан как «Чертов засранец», а неизвестный номер подписан «Гуки» с маленьким смайликом кролика рядом.