После смерти, или Кошмар

Когда я вышла, то первое, что я увидела – чертовски бледный Драко Малфой. Он стоял с незавязанным галстуком в огромной комнате и его глаз начал предательски дергаться. - Нужно обратиться в Мунго, - буркнул Малфой и зажмурился. Я тем временем осмотрела его комнату. Вся она была усыпана моими колдографиями! Вот я, Гарри и Рон выходим из Хогвартс - Экспресса, вот я и Джинни в гостиной Гриффиндора, а тут я на Святочном Балу. Ой! А это я читаю в библиотеке! Откуда у него эти снимки? Я разворачиваюсь к Малфою. Тот все еще с закрытыми глазами и сжатыми кулаками. Я улыбаюсь и подхожу ближе. Беру один конец галстука, затягиваю другой. Драко разжимает кулаки и медленно открывает глаза. Затем он смотрит на свой уже завязанный галстук. - Драко, - я провожу рукой по его волосам. – Ты почти не изменился. Он ошарашено смотрит на меня и открывает рот, силясь хоть что-нибудь сказать. Это выглядит так, будто рыбу выбросило на берег, а она отчаянно пытается выжить. Жить… - Я точно сошел с ума, - спокойно говорит Малфой и больно щипает меня за руку. - Ай! – вскрикнула я. – Ты чего? - Ты, ты, ты! Ты живая? – ошеломленно спрашивает он. - Ну, - медлю я, - не совсем. - Это как? – заговорческим шепотом интересуется блондин. - Это длинная история, - начинаю я. - Стой! – прерывает меня Малфой. – Ты точно Гермиона Грейнджер, или это чья-то злая шутка? - Точно я! Малфой скептически поднимает бровь. - Ну, хорошо. Никто так и не знает, от чьего проклятья погибла Гермиона Грейнджер. Я же не рассказал! Скажешь? – Малфой победно ухмыльнулся. - Люциус Малфой. – отчеканила я. Ухмылка сошла с лица слизеринца. - Рассказывай, как ты тут оказалась, - с ошеломленным лицом потребовал Малфой. - Я очнулась после заклятья в каком-то кабинете. Мне сказали, что я умерла и что тут точно такая же жизнь, как и в Живом Мире. - Где это «тут»? - Ну, подземный мир. У магов отдельный городок. Умерли себе, никого не трогаем. У меня бизнес там. Снейп у меня работает. С Воландемортом часто выпиваем в баре. У него такое чувство юмора! Что ни встреча с ним – то хохот. Малфой смотрел на меня глазами, полными ужаса. - Он тебя до сих пор не убил? Он не создал ни одного восстания? Он шутит и пьет? - Да, - спокойно ответила я. – Мы не можем применять магию против кого-либо. Малфой задумчиво покачал головой. - Как живется тут? – поинтересовалась я. - А ты как вообще здесь оказалась? – вопросом на вопрос ответил блондин. Я склонила голову и все рассказала ему. Почти все. - И почему же ты пришла ко мне? - Я… - Что «ты»? Мало того, что во снах меня достаешь, так еще и с Того мира пришла! Я поникла. Рассказать, или нет? Вот в чем вопрос. - Малфой! Послушай и не перебивай меня! Я всегда любила, и буду любить тебя! Ради тебя я отказалась от упокоения! Я с первого курса по уши в тебя влюбилась, но ты постоянно отталкивал меня. Конечно, я грязнокровка, об меня и испачкаться можно. А то еще и заражу магглолюбством. Но, знаешь, ради кого попало, я бы не умерла. Я знаю, внутри ты добрый. Просто твое предназначение написано у тебя на лбу. Точнее, в фамилии. И с этим ничего не поделаешь. Когда я утихла, Малфой отвел свой взгляд от меня. Тут в комнату вбежал белокурый мальчик лет восьми. - Папа, папа! Я пойду в Забини… Ой! Здравствуйте, я Скорпиус Малфой. – затараторил СЫН Драко Малфоя. - Гер.. – начала я. - Это по работе, Скорпиус. Иди. Мальчик послушно кивнул и скрылся за дверью. - А кто твоя жена? – с каменным лицом спросила я. - Астория Гринграсс. Она умерла при родах, не напоминай о ней больше. Я сглотнула. С учетом того, что эта Астория была на Слизерине, он вполне мог встречаться с ней и в Хогвартсе. Я сразу погрустнела. - Я тебя выслушал, а теперь и ты послушай мою историю. Я спокойно ехал на первый курс Хогвартса. Тут в купе забегает лохматая симпатичная девчонка и говорит : «Вы не видели жабу? Мальчик пор имени Невилл потерял жабу». И я тогда влюбился. Просто влюбился, как одиннадцатилетний мальчишка. Она попала в Гриффиндор, я в Слизерин. Это изначально стало стеной между нами. Потом я узнал, что она еще и магллорожденная. Отец не позволил мне общаться с ней. Я стал задевать её и её дружков, чтобы добиться хоть какого-то внимания. Она была безумно красива! Я помню, как она прикрыла меня от проклятья и погибла сама. Я не понимал, почему она сделала это. Отца упекли в Азкабан, мать смогла, наконец, вдохнуть полной грудью после смерти Темного Лорда. Я очень горевал по Гермионе, даже с Поттерами и Уизли стал общаться! Они стали мне друзьями. Я очень много узнал о ней. Потом пришлось жениться, но жена изначально знала, кого я люблю. Но Астории было все равно, ей просто хотелось, всем назло, стать женой «Слизеринского Принца». Знаешь, Грейнджер, я тебя люблю. Я в голос зарыдала. Он еще надо мной издевается! - Да как ты смеешь мне врать! Я пришла всего на день, чтобы ты просто знал, а ты насмехаешься надо мной! Вот увидимся мы с тобой, я же вечна теперь! – я кричала и яростно жестикулировала. – Знаешь, Малфой, я понимаю, что ты… Договорить мне не дали. Малфой подошел ко мне, притянул ближе и потянулся к моим губам. Я привстала на носочки и осторожно коснулось его губ, при этом закрыв глаза. Драко осторожно целовал меня, как будто боялся сделать больно. - Теперь ты мне веришь? – улыбнулся он. Малфой! Слизеринец! Хорек белобрысый! Улыбнулся! Искренне улыбнулся! Я кивнула. - Глупенькая, - проговорил Драко почти касаясь моих губ. Нет! Это не реально! Я сплю! Хотя кого я обманываю? - Какая есть, - улыбнулась я, отстраняясь от него. – Расскажи, что с моими друзьями. Пожалуйста. - Хорошо. Джин вышла за Гарри. Гарри – аврор, а Джин открыла салон красоты. У них трое хорошеньких детей. Особенно Альбус! Он ровесник Скорпиуса, ему восемь. Рон женился на Лаванде. У них двое девочек-близняшек. Рон - аврор, Лаванда - журналистка. Так… Долгопупс и Лавгуд тоже вместе. Долгопупс преподает травологию в Хогвартсе, Лавгуд помогает Хагриду. Кто-то еще интересует? А…. Эти, как там их, Патил. Они к себе на Родину уехали. - С тобой все нормально? – поинтересовалась я. - Да. Что-то не так? - Да. Ты называешь моих лучших друзей по именам! – удивилась я. - Я же сказал, мы стали друзьями. - Все слишком странно, - подытожила я. - Кстати, хочешь, покажу колдографии друзей? – воодушевился Драко. Я кивнула, и Малфой кинулся к тумбочке, откуда достал огромный альбом. Он жестом указал на диван, и я покорно села. Он пристроился рядом со мной и открыл альбом. - А ты ведь куда-то собирался, я тебя задерживаю? – я прикусила губу. - Ой, да брось! – отмахнулся Малфой. – Когда еще ко мне из загробного мира приходят? Я прикусила губу и погрузилась в мир колдографий, на которых мои друзья выглядели более, чем счастливыми. - О, Малфой! У меня осталось девять часов. Неужели, уже полночь? – воскликнула я. - Да, - поник парень. - Где я могу лечь поспать? – поинтересовалась я. Ответом мне явился долгий и страстный поцелуй, полученный от любимого мужчины. Я обхватила его шею, Драко встал и понес меня на кровать. - Драко, у меня, хм, не было… - замялась я. - Ты боишься? Мне ничего не делать? – спокойно ответил он. - Нет, делать. Гулять, так гулять! – я сильнее прижалась к нему и погрузилась в для меня совсем неизведанный мир. Утром я проснулась в объятьях любимого мужчины. Он уже не спал, а с нежностью перебирал пальцами прядки на моей голове. Я улыбнулась. Такое пробуждение (да и ночь) было пределом моих мечтаний. Я всхлипнула. - Эй, ты чего? – удивился Малфой. Нет, все же, Драко. - Через два часа мне придется вернуться обратно, - печально произнесла я. Блондин тоже резко поник. - Ты еще придешь? - Нет. А вот ты ко мне когда-нибудь точно, - я ухмыльнулась. - Ну, нет. Я буду старым и некрасивым, - Малфой скривился. - Ха! Ты сам выбираешь возраст, в котором ты будешь существовать, как душа. Дамблдору, к примеру, двенадцать лет! Малфой рассмеялся. Нет, честно, расхохотался и обнял меня сильнее. Затем он щелкнул пальцами. - Кинни, завтрак. Мне и молодой мисс, - отчеканил Драко появившемуся домовики. - Пожалуйста, - добавила я. - Кинни сделает, Кинни принесет, - домовик исчез с характерным звуком аппарации. Малфой поцеловал меня в макушку и обнял еще крепче (хотя, куда уже крепче). Я тоже прижалась сильнее и начала водить пальчиком по его шее, спускаясь ниже. - За что же ты мне, чудо такое небесное, - прошептал Малфой. - Скорее, загробное, - поправила я его. - Не говори так. Ты жива. Жива, слышишь? – чуть громче и грознее прошептал Драко. - Нет. У меня даже могила есть. Ведь есть? - Да, конечно. Ты хочешь её посетить? – Малфой напрягся, задавая этот вопрос. Я кивнула. - Иди, одевайся. Сейчас же аппарируем! Позавтракаем чуть позже, время еще есть, – быстро заверещал Малфой, натягивая брюки. Я послушалась его примеру и натянула свое черное платье и серое болеро. Малфой уверенно схватил меня за руку, и все вокруг завертелось. Мы оказались рядом с хорошо убранной могилой, которая была просто завалена цветами. Рядом стояла рыжеволосая девушка и с горечью смотрела на могильную плиту. - Джинни! – я кинулась к ней обниматься, забыв о своем внешнем облике. Настоящую меня видит только Малфой. Но на мое обнимание Джинни, все-таки, неуверенно ответила. - Девушка, мы с вами знакомы? – вежливо поинтересовалась она, отстраняясь. Драко тем временем присел рядом с могильной плитой и стал водить пальцами по выгравированным буквам моего имени. От этого я вся съежилась, и по спине пробежал холодок. Я давно свыклась с мыслью, что умерла, но видеть, как кто-то всем своим видом показывает, что ему не безразлична моя смерть, это сильно. - Да. Более, чем. Джинни, я понимаю, тебе трудно это понять. И, пожалуйста, не перебивай меня и слушай внимательно. Я вкратце рассказала ей всё. Она смотрела на меня, как на сумасшедшую. - Девушка, с вами все в порядке? – обеспокоено спросила Джинни. - Да! Спроси меня, все, что хочешь! – я хотела, чтобы она мне поверила. Очень! - Хорошо. В кого я была влюблена на четвертом курсе? - Блейз Забини! - Ладно. На каком курсе я с ним поцеловалась? - Ты с ним не целовалась. Или я чего-то не знаю? – возмущенно спросила я. - Мерлин, Гермиона! О, ужас! Это ты! Мама, Гарри… О, нет, - шокировано бормотала Джинни. – Драко, ты её признался? - Да, Джинн. Она знает о моей любви к ней, - грустно улыбнулся Малфой. - Надеюсь, в Загробном Мире мы будем счастливы, - улыбнулась я. - О, Герми! Кому рассказать – не поверят! Ну, главное, у тебя все хорошо! – Джинни крепко-крепко меня обняла. Я прижалась к ней сильнее. - Мерлин, Грейнджер! Через час твое время истекает. Посмотрела на свою могилку? Пошли! – зло рыкнул Драко. Я кивнула, прошептала: «Прощай, Джинни», и мы аппарировали. - Драко, это был самый лучший день в моей жизни, - улыбнулась я, когда увидела, что зеркало будто начало двигаться. - В моей тоже, - ответил Драко. – И, запомни, ты всегда жива. Жива здесь, - он пальцем ткнул в место, где должно быть сердце. - Да, - только и ответила я, заходя в зеркало. Тут же я оказалась в кабинете Главы. - Все в порядке, мисс Грейнджер? – коротко поинтересовался Глава. Я кивнула и положила свою ладонь на холодную поверхность зеркала. То место сразу потеплело. Изнутри. А в это время, один небезызвестный блондин стоял в своей комнате. Рука его была на зеркале. Он чувствовал тепло. Гермиона накрыла своим плачем всю квартиру. - Что случилось, любимая? – нежно поинтересовался мягкий голос откуда-то справа. - Все хорошо, просто приснился страшный сон. Кстати, уже восемь утра, пора вставать, соня! – Гермиона лениво начала расталкивать лежебоку. Тот неохотно встал и поплелся в ванную. Гермиона тоже спрыгнула с кровати и прошествовала в гардеробную. Вечером Гермиона шла по маггловскому Лондону в своем любимом темно-зеленом платье ниже колена. Душа её светилось от счастья – она беременна! От любимого мужа и уже во второй раз. - Здравствуйте! – к Гермионе подлетела миловидная блондинка лет двадцати восьми. – Не подскажите, где здесь ближайшее кафе? - Вон там, за углом, - Гермиона рукой указала куда-то вправо. - Спасибо. Кстати, меня зовут Джессика Палье. - Очень приятно, Гермиона Малфой.