Откровения старого фикрайтера

      Когда нечего сказать — лучше молчи.       Этот принцип можно использовать не только в повседневной жизни, но и в художественном тексте. Зачем перегружать историю ненужными подробностями? Выбрасывай всё, что ни к месту.       А знали ли вы о таком приёме, как тишина? Её часто используют в кинематографе или в театре. Музыка, что всё время присутствовала, шум, что был постоянно, речь героев, все звуки разом — уходят, наступает тишина. Вы наблюдаете за действиями героев или общим планом какой-нибудь местности, но вокруг ни звука.       Если вы думаете, что на письме такой приём использовать невозможно, то это неправда. На самом деле гулкую тишину можно создать с помощью слов, исключив все составляющие повествования, кроме одной. Например, самое простое — вы можете оставить одни диалоги, или действия, или описания.       Концентрируясь на важном, можно отталкивать всё, что не поддерживает главную идею, иной раз ей противоречит.       Если в данной сцене важно столкновение героев, стоит уделить ему больше внимания и убрать то, что, возможно, отвлечёт читателей.       Знаете ли вы, что есть такой приём «намеренного хаоса»? Его используют часто в детективах, когда главный протагонист впервые оказывается на месте преступления. Намеренный хаос — это не беспорядок, он с ним не имеет ничего общего, кроме того, что на первый взгляд — это одно и тоже. В этом намеренном хаосе спрятаны охотничьи чеховские ружья, которые обязаны выстрелить. Почему антагонист убивает именно таким образом? Почему лица на фотографиях замазаны? Перетаскивал ли он тело? Стирал ли следы? И так далее. Возможно, даже фантик от конфеты — это важная находка, а не мусор.       Намеренным хаосом можно пользоваться не только в детективах, но и в других жанрах, особенно приключениях, да и в любовных романах, почему нет? Да, садоводы, скорее всего, подобное не осилят, потому что «хаос» необходимо продумывать заранее, чтобы не получилось ляпов, типа, не выстрелившего ружья.       Убирайте все около второстепенные линии, которые вы не раскроете. Точно не раскроете. Не вводите лишних персонажей, а если и вводите, оставляйте их на уровне массовки — булочник, продавщица, дальний родственник. Они как бы есть, но история их не касается. Они наполняют ваш мир, но находятся в стагнации. Например, у меня в Стрекозе есть медсестра, которая выполняла поручения Блейза. У неё есть фамилия, но я понятия не имею, как она выглядит. Мне это и не нужно, а читатель, уверена, её и не запомнил. Она больше никогда не появится в этой истории и её одна единственная цель — это сделать более реалистичной историю. Всё. С моей стороны было бы очень муторно (?) и злобно по-отношению к читателю, перегружать текст подробным описанием её внешности, личной жизни, ещё чего-то там.       Со второстепенными персонажами, которые близки к главным героям — сложнее. Во-первых, их нельзя прорабатывать детальнее главных героев. Во-вторых, они должны отличаться от массовки продуманностью, у них разные характеры и они тоже строят между собой отношения. То есть у вас в итоге получается схематичная паутинка, где каждый герой участвует в общении и одному герою он союзник, другому противник, третьему лучший друг, четвёртому любовник, а пятому родня. Конечно, это всё переплетается и отношения меняются, но второстепенные герои на то и второстепенные, что им внимания уделяется меньше. Они должны быть запоминающимися. Читатель должен испытывать к ним самые разные чувства. НО! Второстепенные герои никогда не займут в истории место главных героев, если это не задумывалось раньше или у вас там какой-нибудь многосерийный мелодраматическодетективнокомедийный блокбастер на овер до хуя всего, тогда — да, конечно. И, естественно, их отношения не должны быть очень сложными, чтоб аж чёрт ногу сломал, но и не слишком простыми, иначе будет скучно.       Повышаем уровень сложности и переходим к главному герою. Определитесь, пожалуйста, для какой возрастной аудитории вы пишете сие чудо. Если это дети лет шести, то не надо всё усложнять у главного героя. Мой любимый пример детской книги — Приключения Тома Сойера. Кто главный герой? Правильно. Показана ли его жизнь с младенчества до глубокой старости в ста томах? Нет. Мы его видим ребёнком, мы с ним прощаемся в младшем подростковом возрасте. Всё. Теперь сложнее — Гарри Поттер. Мы с Гарри встречаемся в младшем подростковом возрасте и прощаемся (исключая эпилог и Проклятое дитя) в старшем подростковом возрасте. Ещё сложнее. Берём Пьера Безухова (конкретно его взросление нагляднее всего показано) из Войны и мира. Мы с ним встречаемся в юношестве и прощаемся, когда ему стукает около тридцати лет плюс минус два года. Нам не показывают всю, абсолютно всю жизнь героя от его рождения до его смерти. Это тяжело, внутри много ненужной информации, которую можно было бы и не рассказывать. Всё, что необходимо вам из детства героя, можно дать либо флешбеками, либо рассказами, либо воспоминаниями-рассуждениями, образами в конце концов. Любит ваш герой яблоки красные, вдыхает их запах и вспоминает сельский дом своей старенькой бабушки, где во дворе росла большая яблоня. Этого более чем достаточно для образа героя.       Если тебе нечего сказать — лучше молчи и не забивай ненужной информацией головы читателей и свою, конечно же.