Наш мир

Я все никак не могла найти ее в этом доме. Но вскоре мои ноги привели меня к двери комнаты. Ее комнаты! Я медленно открыла ее, превознемогая страх. Страх... — Эва, — тихо позвала я, заглядывая внутрь. Я попала в темную, страшную комнату. Повсюду были коконы из подушек, одеял и наволочек. В комнате резко пахло протухшей едой и отходами. Окон словно и не было, из-за отсутствия света едва был виден потолок, а все вокруг словно было затянуто дымкой... Пройдя пару шагов внутрь поняла, что потеряла дверь. — Эва. Глаза, привыкшие к темноте, стали замечать паутину. Все больше и больше. Она была везде. Она сдерживала коконы из постельного белья, охватила стол с кроватью, закутала непроницаемо окна. Все стены были облеплены паутиной, что казалось, что я сама нахожусь в каком-то плотном, защищенном от мира, коконе. Паника сдавила горло. Я попыталась успокоиться с помощью дыхания, но ужасный запах не позволил мне нормально вздохнуть. Я закашлялась. — Эва, пожалуйста, хватит. Выходи, ты где. Я была готова плакать, но нужно было бороться. Я прошла еще немного и увидела ее... Огромная, трясущаяся, вся в щетине и с жирным брюхом паучиха. Она была на месте, но резко, неправильно, двигала своими конечностями, пытаясь восстановить порванную паутину. Но у нее ничего не получалось. Она дергалась, ломалась и снова продолжала, а потом хваталась передними лапами за лицо и тихо выла. — Помогите... Помогите... — О, нет... — только и смогла выдохнуть я, следом закрывая рот руками. — Помогите... Я умру... Помогите... Но паутина не поддавалась, сыпалась и запутывала лапы самой паучихи, словно сеть. Паучиху снова ломало, она взвывала, тряслась... Я хотела бежать. Я не могла находиться здесь больше. Но ноги окаменели, я не могла ими двинуть, словно они сами были в паутине. И тут она, наконец, заметила меня. — Помо... ги? Она на секунду замерла, глядя на меня своими многочисленными глазами. Замолчала, словно ожидая... И тут я не сдержалась. Я сделала шаг назад. Но было уже поздно. Только я отшагнула, паучиха криво подбежала ко мне и схватила цепкими, острыми лапами. Я закричала. — Помоги мне! — теперь паучиха не тихо взвыла, она по-настоящему закричала. Ее лапы сомкнулись на моей шее, я не смогла больше вздохнуть.