Лабиринт правды

«Вы плачете! Вы боитесь меня! Но ведь я не плохой человек. Полюбите меня, и вы увидите. Чтобы быть добрым, все, что мне необходимо, это любовь» Гастон Леру «Призрак оперы»

Наруто долго вертелся в своей новой постели под одеялом, вспоминая все эти безумные дни, наполненные бесконечным стрессом. Ему было страшно здесь, не привычно и как-то одиноко. Дом полнился различными и непонятными звуками, в окно смотрел полный диск Луны, ветер взвыл в ночной тишине, где-то залаяла собака, но неожиданно замолкла. Нет привычного шума автомашин, которые проносятся мимо его старого дома, мигающий свет от вывески на стене противоположного дома более не мешает заснуть. Но эти мелочи были такими родными, а сейчас Нару в одночасье всего этого лишился по прихоти главы самой опасной и влиятельной преступной банды в Японии. Мысли хаотично кружились в голове, лениво перескакивая на воспоминания, которые, впрочем, быстро утомили. Зевнув напоследок, Намикадзе погрузился в зыбкий сон. В сознании юноши гуляло ощущение неизбежности и страха будущего. В призме сна землю накрыла вечная ночь. Все предметы, которые он видел, освещались только в редких источниках электрического света уличных фонарей. Верх огромного металлического строения пересекался мощными балками, где в центре всей конструкции, подобно брошенному отчаянию, лежал маленький мальчик. Он свернулся клубочком под стеклянным куполом между металлических ржавых балок, с которых облупливалась краска. Нару несмело подошел к куполу. Руки уперлись в холодную поверхности, а сердце билось быстро так, будто что-то происходит не так, как должно. Свет уличных фонарей бликами ложился на купол. Они мешали рассмотреть мальчика подробнее. Наруто опустился на колени и прислонился лбом к холодному стеклу, когда малыш зашевелился. Только сейчас блондин понял, что ребенок нагой и кутается в мужской плащ. Маленькая ладошка малыша прикоснулась к стеклу, а сам мальчик преданно смотрел темными и большими, словно у куклы, глазками в глаза Наруто. Мальчик сказал, что солнце погасло, ему страшно, но кто-то спрятал его от холода этого мира в этом куполе. Его спаситель обещал вернуться, но пришел Наруто, которого он не знает, но не боится. «- Ты придешь еще?» - с надеждой прошептал малыш. – «Мне одиноко здесь». «- Я не знаю», - честно признался Наруто. «-Тогда, подари мне солнце». «- У меня его нет». «- Ты и есть солнце, жизнь…» Наруто резко открыл глаза, чувствуя неприятную пульсирующую боль в висках. Будильник в мобильном противно и настойчиво звенел, но выключать его явно не спешили. Омега был в смятении. Сердце глухо и быстро билось в груди, мышцы затекли, а руки были такими холодными. Еле-еле сев на кровати, Наруто дотянулся до писклявого телефона и выключил будильник. Почему-то вновь стало страшно, но не из-за Мадары или дома, битком набитом странными личностями. Он читал в каком-то журнале, что такие сны что-то вроде пророческих. Ко всему прочему, будучи впечатлительным омегой, Наруто близко к сердцу принял горе этого мальчика. Казалось ему, что мальчика он знает. Он не видел его раньше, это он точно знал. Вот только ощущение некоего родства очень сильно ощущалось. Как раз вовремя в комнату заглянул Ирука. Он быстренько вытащил сконфуженного парня из постели и волшебным пинком отправил в ванную. Наруто, как будто во сне, принял душ, не ощущая тепла воды, почистил зубы, не обращая внимания на тянущую боль внизу живота. Скоро течка, здесь тайны не было. Тяжело вздохнув, блондин умыл лицо и с сожалением поплелся одеваться. Он – не меченная омега, а это означало большие и многообещающие проблемы в университете, где каждый встречный альфа, даже имея омегу, смотрит на него похотливо и распускает свои не в меру жадные до немеченого тела руки. В столовой его встретил одетый в стильный деловой костюм Мадара, который с трудом смог справиться с неожиданным желанием наброситься на блондина. Омеги имели особую власть над альфами, особенно в период течки. Хотя в этом случае балом правили низменные инстинкты, приказывающие «плодиться и размножаться» днями и ночами напролет в течение утомительной, но такой желанной недели. Учихе еще предстоял нелегкий разговор с Наруто, ведь тот еще не знает, что через четыре дня состоится их свадьба. С одной стороны – это СЛИШКОМ быстрый поворот событий, но Мадаре почти сорок, детей нет, а любимая работа опасна. Как не главе якудза знать, что в любой момент можно лишиться жизни, поэтому и спешил со свадьбой. Вот только с детьми так не поспешишь. Орочимару ему кастрацию без анестезии устроит, если Нару забеременеет раньше двадцати лет. А так хочется. - С добрым утром, Нару, - чуть ли не пропел Учиха, жестом приглашая своего жениха к столу. - С добрым, - пробормотал блондин, осторожно присаживаясь на стул. Тут же в помещение влетел Ирука, а после, приполз Какаши, который тут же сел на свободный стул и достал любимейшую книгу с эротикой величайшего писателя всех времен и народов – Джираи (прим. авт. Данное мнение не поддерживается самим автором). - Я не знаю, что ты любишь, - быстро лепетал Умино, подавая на стол тарелки с оладьями и ставя несколько банок с вареньем. При этом он умудрился налить всем чаю, не пролив ни капли. – Надеюсь, тебе понравится. - Понравится, - заверил Какаши, не отрываясь от чтения. – Ты очень вкусно готовишь. - Твое мнение не спрашивалось, - холодно сказал Ирука. – И ты опять этот разврат читаешь. Сколько раз я тебе говорил, чтобы эта гадость мне на глаза не попадалась!? – вскипел омега, отбирая оранжевую книгу у Какаши. - Но милый, ты лишаешь меня возможности получить физическое и духовное удовлетворение в реальном мире с тобой в главной роли, что выливается в естественное желание укрыться от бренности и разочарование твоего нежелания принять истину в мире возможностей. Поэтому, - с трогательным видом пафосно проговорил Хатаки, доставая из кармана еще одну оранжевую книгу, - мое либидо удовлетворяется чтением величайших шедевров самого прекрасного автора. - Не в мою смену, - проворчал Ирука, выхватывая вторую книгу. - Но твоя смена всегда и каждый день, - всплакнул Какаши, пытаясь отобрать свое сокровище. - Вот тебе, чучело огородное! – с ликованием воскликнул Ирука, открывая окно и выбрасывая книги в железный бак, где садовник сейчас сжигал старые ветки и мусор, который нашел на территории поместья. - НЕТ!!! – схватился за голову Хатаки. – Мои книжечки, книжулечки! Вам так больно! Ирука, как ты мог!? И какого хрена под окном стоит этот гребанный бак!? Его там никогда не было, - ругался альфа, тяжело дыша. – Но ничего, у меня еще одна есть, - смягчился мужчина, запуская руку в карман толстовки, которая была на нем. - Не это ли ищешь? – ехидно спросил Ирука, держа в руках еще одну оранжевую книгу. - Ирука, любовь моя, свет очей моих, закат моего здравого смысла и причина моей будущей импотенции. Отдай ее мне, - взмолился Хатаки, преданно смотря в глаза омеги. - Не в этой жизни, - ухмыльнулся Умино, кидая книжку в огонь. - Но как … - прошептал ошеломленный Наруто, с ужасом смотря на этот беспредел. - Ирука в прошлом профессиональный вор, - ответил Мадара, не обращая внимания на этот спектакль. Привык уже за много лет. – Стащить книгу из-под носа у Какаши ему не составит труда. Ты не обращай на них внимания, Нару. Они сами не понимают, как глупо выглядят. - Оу, - протянул Намикадзе. - А теперь, пойдем, - сказал Учиха, выводя своего жениха из столовой и направляясь в гостиную. – Я познакомлю тебя с твоими телохранителями. Наруто ошеломленно рассматривал трех парней и одну девушку, что находились в помещении. - Но они же … - пробормотал омега. - Да, с некоторыми ты знаком, - бесстрастно сказал Мадара. – Это Темари, Гаара, Канкуро и Киба. Там во дворе где-то бегает его собачка. - Как же так, - шокировано бубнил Наруто. – Они же учатся вместе со мной. - Это мой приказ, - твердо заявил Учиха, не вдаваясь в подробности. – А теперь, тебе пора: опоздаешь на занятия. После последней пары – домой. Нам нужно серьезно поговорить о нашем будущем.