Ревновать так ревновать!

Знаете что? Юнги всё достало. Его достали его идиотские друзья, его достало небо, солнце, его достало абсолютно все. А особенно его достал Пак Чимин. Этот миленький паренёк, который вечно был рядом с Мином. Такой милый, что хочется заобнимать до смерти, такой весёлый, что хочется всегда быть рядом и слышать его звонкий, заразительный смех. Мин любил этого парнишку, но не осознавал и не принимал этого.

***

Но всё хорошее рано или поздно кончается. На самом деле, ничего не произошло, но в душе Мина был адский пожар чувств и желаний. Чимин просто повис на Чонгуке, а у Юнги сердце заболело. Пак просто закричал «Хоупи-хён!», а Юнги уже зло глядит на них обоих. И если бы всё именно этим и закончилось, просто милыми прозвищами и обнимашками до посинения, так нет же!

***

— Хэй, Юнги хён, ты не видел мою куртку? — Нет, — Он попытался сделать совершенно не заинтересованное лицо, хотя на самом деле получалось у него очень и очень плохо, —А что? Куда это ты собрался? Младшему стало немного не по себе. На него смотрел Мин, и, о боже, как же это стрёмно, когда глаза старшего прямо в душу лезут. —Чего это ты замолчал? — Чимин немного завис, пытаясь не сбежать от этого взгляда куда-нибудь. —Ой, извини хён, задумался, — Скорчив максимально не напряженное лицо, и набирая воздух в лёгкие, он продолжил, — Я тут с Гукки и Тэ-ей решил в кино сходить, а на улице холодно, вот и решил зайти за курткой, — Поискав что-то в шкафу, он обреченно вздохнул, — Но видимо замерзну напрочь, ведь куртки нет и ничего другого тоже нет. Он грустно улыбнулся, и принялся собирать свой маленький рюкзачок в дорогу, жалуясь при этом Юнги на мелких. Мол Чонгук, зараза такая, вчера ему синяк на руке оставил, из-за того что его любимая футбольная команда проигрывала матч, а мелкий силён не по годам, поэтому так зарядил, что вся рука до сих пор ноет. Жаловался, что его любимый Тэячка оборзел, и теперь каждый час требует с Пака обнимашек, независимо от того, подходящее время или нет. Хотя ладно, он говорил что обнимашки — это меньшее что он может сделать для своего любимого Тэ. Постепенно Чима успокоился, и начал чувствовать себя легче и счастливее. Юнги лишь слушал и даже иногда кивал Чиме, будто поддерживая, но на самом деле его пожирала обида и злость, не столько на донсэнов, сколько на Пака. Чимин очень много времени проводил с остальными ребятами, но не с Мином. Мин знал о Чимми каждую мелочь, даже самую незначительную, в то время как Чимин толком не знал ничего. По крайней мере, именно так казалось Юнги. И ему было до чёртиков обидно, ведь он тоже всегда хотел сходить с Чимом в кино. Просто банально пойти в кафе, гулять до ночи держась за руки и разговаривая ни о чём, любоваться мелким и… Ой, его по-моему не в ту сторону понесло. Пока Юнги думал о своём, Чим уже собрался и решил уходить, но… —Эй, хён, хочешь пойти с нами? Мин сразу отреагировал, хотя был в пучине раздумий о Чимине и его теле. —Я с радостью, — Он начал с искренним восторгом говорить, — Но думаю что только помешаю, ведь я такой скучный и унылый. Самоирония была его коньком, он мог опозорить себя везде, начиная от дома и заканчивая каким-нибудь Марсом. Почему опозорить? Да потому, что он рассказывал о себе довольно откровенные факты, приводящие всех в шок. Иногда, это даже назвать самоиронией было трудно, на что обычно все отвечали это скромными «Фу, мерзость» или «Знаете, я пожалуй пойду», но лишь Чимми говорил обратное, утверждая, что это грязнейшая ложь и его любимый Юнги всё это выдумал. —Хён! Что ты такое говоришь?! — Чимин был крайне удивлён этим заявлением. Его хён не может быть таким! — Ты наоборот очень весёлый и смешной! Ты всегда всех веселишь, а нас втроем так тем более! И даже не смей думать, что ты сможешь нам помешать. Ну пожалуйста, Юнги-и-и, — Младший посмотрел на старшего щенячьими глазками и заныл, — Ты ведь знаешь, я там без тебя не выживу, эти идиоты меня там ушатают. Юнги очень приятно было слышать такую речь от Чимы, да ещё и в свой адрес. А когда в дело пошли глаза, он просто не смог устоять. Хотя, он и так не собирался отказываться, да и правда, эти придурки его домой мёртвого приволокут. —Ну ладно, ладно, — Он пытался отвечать не эмоционально, но у него опять-таки плохо получалось, — Подожди пару минут, оденусь и приду. Даже пары минут не прошло, как Мин уже был готов. Он сидел на своей кровати и тупо ждал, пока его позовёт Чимин. Это было правда тупо, учитывая то, что Чимин стоял прямо за стенкой.Но его не волновало, насколько это тупо, он просто сидел и думал о том, что его в кино позвал сам Пак Чимин. Все девушки ему до позеленения обзавидуются. Да, он пригласил не одного его в кино, но тот факт, что Чима сам, первый его позвал, всё-таки вызывает радость и слегка увеличивает самооценку. —Хён, ты там живой? Скоро выйдешь, или мне идти без тебя и вызывать полицейских на новое дело об убийстве? — Раздался чиминов голосок за стенкой. — Шутник хуев, —Шуга вышел из комнаты и встал прямо перед мелким, —Шутить ты, конечно, не умеешь. Младший начал дуться и обижаться на Шугу, говоря при этом «Вредный сахар» и «Сахарный ворчун». У старшего от этого улыбка довольная на пол хари и смех не прекращающийся, а младший даже обижаться перестал, смотря на эту его лыбищу, как у кота и смех, как у умирающего, хрипатого дедушки.

***

И вот, наконец-то они вышли на улицу. Как говорил Чимин, было и вправду совсем не жарко. Старший порадовался этому, ведь он отдал свою кофту Чимми, ожидая, что будет холодно и младший наденет её, что и случилось. Кофта оказалась немного велика младшему, поэтому «Сахарный хён» умилялся Чимину всю дорогу в кинотеатр, и говорил что: «Боже, ты выглядишь таким маленьким и ми-и-илым в ней, я обязан тебя сфоткать». Сегодня картинка с обоев телефона Юнги поменялась с чёрных тонов на розовую макушку и пухлую мордашку в серой миновской кофте, чему Шуга был однозначно рад. Спустя каких-то 30 минут они подошли ко входу в кинотеатр. Там уже стояла двоица тупиц, а именно Чонгук и Тэхён. Как оказалось, были не только они, а ещё и остальные. Джун стоял рядом с киоском и дожидался Джина, Хоуп просто сидел рядом на лавочке и наблюдал за происходящим, Чонгук стоял и пялился на носы своих кросовок, а Тэхён украл Чимина прямо из рук Юнги и начал кидаться на него с обнимашками и словами типо «Я скуча-а-ал», «Дай тебя обнять», «Чимми, ты так нелепо и мило смотришься в этой кофте» и обсыпая Чиму комплиментами, что Мину сразу не понравилось. Опять ревность. Спустя ещё полчаса они купили билеты и уселись смотреть фильм. Все семеро. Мда, не так Юнги себе представлял поход в кино с Чимин~и, но что поделать, зато хоть сидит самый последний и огражденный от людей, да ещё и Чима рядом. Ладно, пока его всё устраивает, особенно розововолосое чудо рядом, которое кормит попкорном и сюсюкается с Мином как с маленьким. Но Мину это даже нравится. Единственное что ему не нравится, так это поведение этого чуда. Оно заботится обо всех, флиртует со всеми, обнимается, проявляет заботу ко всем. И Шуге как раз не нравится это «все». Он должен вести себя так только с Юнги. Он должен заботиться только о Юнги. Он должен быть только с Юнги, но никак не с другими. Мда. Эгоизмом и собственничеством попахивает, ну да ладно, ему сейчас плевать. Кино закончилось довольно быстро, Юнги даже не понял, о чём был фильм. Он только запомнил что-то о любви девушки к рыбе. Ну к такой, большой и смахивающей на человека. Всё. Весь фильм Мин думал только о том, как заставить Чимина ревновать его к другим. И, о боги, он придумал.

***

Очередной день. Никто и не спешит вставать так рано, если бы не одно но… — Ребятушки, вставайте! — Подъём, подъём мои хорошие! — Сони, пора вставать! И, о боги, да. Это, но — Мин Юнги в виде домохозяйки а-ля Джин и Чимин вместе. И это пиздец, даже врагу такое не пожелаешь. А он в тот вечер сделал вывод для себя — если вести себя также, как Чимин, то он поймет насколько это неприятно, и перестанет так делать. А ещё, он начнет также ревновать, как и Мин. Срочно, Нобелевскую премию Мин Юнги, гению-мудаку, который придумал такой охуетительный план! Это же, блять, гениально! Похлопаем же ему! Его планы быть милым и заботливым с дребезгом рушатся, когда в первой комнате в него летит подушка, во второй — будильник в ебало, а в третьей его просто покрывают тонной матов и оскорблений, вперемешку с просьбами уйти и не заебывать. —Так блять, я для кого стараюсь?! Суки, быстро все подняли свои жалкие задницы с кроватей, умылись, и пришли пожрать, выблядки неблагодарные! И это однозначно подействовало, ведь от миновского ора все быстро встали и пошли поочередно в ванну. Пока Мин возился с семью порциями жрачки, он случайно заметил сидящего за столом Чимина. Он был очень сонным, постоянно тер своими маленькими кулачками свои маленькие глазёнки, и Юнги невольно засмотрелся. Такой милашка, просто ангелочек. —Эм, Шуга хён, ты вообще куда смотришь? У тебя там, кстати, что-то горит, — Сонно сказал Чимин, — И ты, это… Зачем так рано нас разбудил? —Ох, извини пожалуйста, Чимин~и, я правда не… Минутку, что-то горит?! Ой, бля-я-ять! —Заорала хозяюшка, увидев свой горящий омлет, — Ну всё, сегодня без завтрака. Внезапно подошёл Монстр, прерывая нытьё Юнги и начиная радостные крики малого. Он достал огнетушитель, забрызгал всё пеной,А потом выкинул сожженную сковородку и сожженное творение Мина. Настал ещё больший пиздец, ведь теперь не только не будет завтрака, так ещё и кухню чистить придется, ведь мамочка-Жрин не потерпит срача на своей кухне. —Так, что происхо… Так блять! Где моя любимая сковородка?! Монстры, что вы с ней сделали?! Где моя сковорода, ублюдки?! — Только Юнги подумал о Джине, как он приперся и начал орать как резаный про свою сковородку. Намджун молча вытащил бездыханное металлическое тело сковороды. Джин полез обниматься к Джуну, орав при этом, как мир не справедлив, и как же рано уходят такие сковородки-герои. Джун и Джин обнимались, в то время как остальные собрались на крики Джина и просто пялились на них.Юнги сделал фейспалм в силу тупизма и странности этой ситуации, но вспомнив, кто виноват, быстренько так и по-тихом сбежал из кухни, пока Сокджин не начал на него орать за своё сокровище. За любые потери кухонных принадлежностей Джин готов был убить на месте, ведь это его обитель, его дом, эта кухня священна и в неё входит лишь лучший из лучших поваров, то-есть Джин. Прошло пол дня с того случая, и Мин продолжает вести себя как домохозяйка, сюсюкаясь и ухаживая за всеми. Он специально игнорирует Чимина, который уже в миллиардный раз пробует заговорить со Сладким. Но без толку, ведь Мин — упрямый мудак настолько, что сделает абсолютно всё, лишь бы остаться правым. Он пытался помучать Чиму, и у него прекрасно выходило, и даже никаких чувств особо не вызывало. Зато Чим-Чиму обидно, и он довольно быстро заканчивает попытки заговорить со старшим, поэтому места себе не находит и просто сидит в сторонке, подальше ото всех. Весь день проходит незаметно. Но это только для шести мемберов, ведь Юнги уже просто крышу сносит, какой долгий этот день. Без разговоров с Чимином Юнги плохо и одиноко, он чувствует себя совсем не уютно, и тем более не тепло, ведь рядом нет этого маленького розового комочка, который так греет душу. Но несмотря на свой настрой, он продолжал флиртовать со всеми и обниматься, даже пару новых знакомых за день приобрёл. Хотя ладно, это просто были прохожие, к которым Юнги начал приставать, и слава богу, они оказались не людьми, что бьют без разбора морды, поэтому лицо Сахарного все-еще целое. Восемь часов вечера. Все страдают фигней: Чонгук и Тэя играют в приставку, Джин виснет на Джуне в благодарность за новую сковородочку, Хоуп снова играет роль наблюдателя и жрёт чипсоны, Чимин играет в телефон и выглядит очень грустным и подавленным, кто же знал, что простой и маленький недостаток общения так на нём скажется. А Хозяюшка Мин… Мин смотрит на Пака. На очень грустного Пака, и думает, что это вина Мина. В то время как Юнги сидел и откровенно пялился на Чимина, ребята заметили это и собрались в кучку. У них там вроде план и всё такое, но Сахарного не колышет, он просто смотрит на Чиму. От такого приятного дела его отрывает Монстр, вставший прямо перед ним и загородивший весь вид на младшенького. — Идём, надо поговорить, — Нам хватает куртку и ключи от студии, — Оденься, разговор будет в более укромном месте. Как Мину не хотелось, он всё же должен был подчиняться лидеру, поэтому не проронив ни слова, он встал и оделся, закидывая мобильник в карман джинс и беря запасные ключи от дома, ведь что ни сделаешь, такого человека как Нам не отучить от случайной поломки чего-либо. Выходя из квартиры, Джун подал что-то вроде сигнала и вышел, не дожидаясь Шугу. Все кивнули, понимая сигнал и готовились собираться и выходить следом. Пока Шуга одевался, ему пришла смска от Нама: Выходи через минуту. Пойдёшь со всеми. Я жду в студии Сахарному это не нравится, жутко не нравится, но он просто соглашается и ожидает ребят ровно минуту. Все суетятся, орут, и в конце концов собираются выходить из дома. Чимин совершенно ничего не понимает, и хочет спросить что случилось,.и пойти ли ему собираться тоже, но это случается раньше. Джин подошёл к нему перед выходом, объяснив, что они ненадолго уходят, что собираться ему не надо и вообще, пусть лентяй хоть что-нибудь сделает по дому, а то не убирались уже неделю. И как только Чима захотел возразить, они просто попрощались с ним и напомнили, что скоро придут. Чимину ничего не остается, только убраться и всё, да и почему бы и нет, собственно? Итак, почти всем своим составом они снова вместе. Они долго галдят, пока не замолкают все разом и начинают смотреть на Сладкого. Нам начинает первый. —Что ж, Юнги-я, мы все хотим поговорить о случившемся сегодня… —Я извинился уже тысячу раз! Ну ладно, если вам так надо, то Джин-хён, извини меня за сковородку — Джун даже договорить не успел, а Сладкий уже перебивает, —Это всё? Я могу пойти обратно домой? —Да нет же! Мы не о сковородке, а о вас с Чимином, — подхватывает Хоуп, продолжая, — Вы оба очень странно себя ведете. Один ходит целый день, будто зомби, внимания ни на кого не обращает и к людям близко подходить не хочет, а другой наоборот — радостный такой, и новых знакомых себе заводит, и флиртует без перерыва и вообще весь такой сладкий до одури. Что происходит? —Что ты с нашим мальчишкой творишь, садомаз проклятый?! Мучаешь его, бедного, а он умирает на глазах! — Не давая вставить своё слово Сладкому, продолжает Жрин, — Может, ты уже признаешься ему в чувствах и всё? Ты ведь правда его мучаешь, мудак, и сам того не видишь. Мы видели все его попытки поговорить с тобой, и каждый раз они заканчивались игнором. Тебе не стыдно? Ещё и старший ведь! Все дружно высказываются по очереди, вдалбливая Мину, что тот плохо поступил с Чиминни. Мин и сам всё понял, сразу после реплики Джина. И пока эти придурки высказывали недовольство, он просто написал Чимину, начав разговор. Не зря же мобильник брал. Они всё это время переписывались, и в конечном итоге, Юнги всё-таки позвал Чимми погулять после их дел. И Чимин согласился. Вы бы видели, как довольно улыбался Юнги, Тэхён, распинавшийся перед ним, даже задумался немного, пытаясь понять, почему старший лыбится. На часах 21:34, самое время встретиться с Чимином. Все пытки Мина закончились, все высказали свои жалобы на него, и теперь спокойно плелись домой. А Юнги ждал. Ждал, пока Чимин придёт. Мин решил сделать первый шаг, и признаться в чувствах. Да, по-детски, но по другому он не может, да и зачем, если Чиме и такого признания хватит. Ну, Шуга на это надеется. 21:40. Вот и Чимин! Словами не передать то, как старший рад видеть младшего. —Чимин~и! Привет, сладкий! — У Шуги это вышло совершенно случайно, он очень смущается, но пытается держаться. Чимин от такого приветствия засмеялся. Он тоже рад был видеть хёна, особенно такого милого и смущенного. Теперь у Пака в галерее новая фотка Юнги и новые обои, на что Юнги краснеет ещё больше. —Хе-хе, извини хён, не сдержался, —Младший говорит это с мягкой улыбкой на лице и тоже немного краснеет, — Ты был таким милым, я не удержался. Всю ночь напролёт они гуляют под звёздами, беседуют о милых мелочах и пьют кофе. Все мечты Шуги словно исполнились в один прекрасный миг, и теперь этот миг не выйдет из его головы никогда. 05:15. Рассвет.Они оба не могут поверить что гуляли вместе так долго, ведь для них это время пролетело слишком быстро. Ответственный момент. Юнги не должен облажаться. Чёрт, он так волнуется, почему его не предупредили, что это так сложно? —Чи… Чиминни, послушай меня пожалуйста, — Мин разворачивает его головку к себе, и смотрит прямо в глаза, —Чимин~и, малыш… Я… Я люблю тебя! Очень сильно люблю тебя. Не представляю свою жизнь без тебя. Пожалуйста, будешь со мной встречаться? — Мина немного понесло не в ту степь, ну а так, признание вроде достойное. Совсем детское и простое, он даже глаза закрывает и зажмуривается, когда начинает говорить. Ему страшно. Вдруг сегодня он по-настоящему ранил чувства Чимы? Он старается об этом не думать, просто ждёт ответа. Он уже начинает сомневаться в своём признании, но ещё ничего не потеряно. —Юнги… Я…Ты… Юнги, ты наипоследнейший мудак и еблан, я тебя ненавижу, но очень-очень люблю, поэтому я согласен с тобой встречаться! — Чимин говорит это всё на одном дыхании, чуть крича, но со своей мягкой улыбкой, от которой Юнги просто плавится, как масло. Юнги понимает всё разом, и просто целует Чимина. Долго, приятно, горячо, и совсем по-взрослому. Чимин сразу же начинает отвечать, но совсем неумело. Юнги снова умиляется этому пареньку. Они просто стоят и целуются, даже не считая время. Сколько они уже стоят? Два часа? Три? Их не волнует. Они просто наслаждаются друг другом.

***

Что там думал Юнги? Всё хорошее когда-то заканчивается, да? Он просто еблан. Не слушайте. Его всё достало, да? Забудьте. Теперь у него в принципе нет таких состояний, ведь рядом с ним Чиминни. Чиминни, который спасёт ото всех, спрячет за свою маленькую спинку и будет защищать, пока не устанет.Чимин малыш, но он совсем не мудак, поэтому он всё понимает, в отличие от того же Юнги. Но им плевать на это. Они просто рады, что есть друг у друга, и больше их ничего не волнует. А ревновать Юнги и не прекращал, но теперь он ревнует меньше, ведь всё равно знает, что этот розовый комочек — его собственность.