кулич

— Моргенхуй, а ты знаешь, что завтра Пасха? — холодные ладони только-что вышедшего с балкона Кашина забираются под футболку Алишера, резко обжигают лёдяным дыханием зимней питерской весны. Башкир шипит, пытается скинуть с себя шаловливые ручонки, но те не сдаются, блуждая по загорелой коже, принося всё новые волны мурашек. — Блять, Каша, я очень надеюсь, что завтра ты сдохнешь от передоза яйцами! — Алишер, не выдержав пытки, вылетает из-за компуктера, за который тут же усаживается Данила, победно ухмыляясь. Открыв какую-то игрулю на ПК, рыжий принимается задротить, то и дело перекидываясь с друзьями в вк парой-тройкой фразочек. С кухни неожиданно вылетает кот, громким ором оглашая на всю квартиру своё желание получить еды. — Чё, опять жрать, скотобаза? Я тебя час назад кормил, мишн комлитед! — Данила отвлекается и проигрывает, отодвигает от себя заебавшего мяукать Кокоса, который ни в какую не сдаётся, всё пытается привлечь внимание хозяина и ластится к ногам, — кушай воздух, пей водичку, вот он — гимн анорексички! У тебя жопа уже больше, чем у Юлика, уйди, — но кот не сдавал позиций. — Лися-я-я, — взвыл сдавшийся, наконец, усатому засранцу, Кашин, укушенный за ляжку. Алишер приоткрывает дверь и выглядывает из ванной, в которую свалил минут десять назад, ёжится от холода и в сотый раз беззвучно проклинает Кашина за его привычку распахивать всё, что распахивается, настежь. — Чё тебе надо? — Алишер выходит, замотавшись в большой белый махровый халат. Дреды по привычке уже собраны в дульку, а любимые красные тапки греют башкирские ноги. Он ловит Кокоса на руки чуть ли не на лету, — мой пушистый зайчик, он тебя опять обидел? — Да! — отзывается Кашин, держась за повреждённую ногу. — Я не тебе, дурак, — Моргенштерн продолжает гладить кота, — что ты опять с ним сделал? Не кормил? — Почему сразу я?! — А кто ещё? Не я же. Я в ответе за тех, кого приручил, между прочим. И за тебя тоже, — Морген идёт на кухню вместе с котом, насыпает тому корма в миску, гладит его по пушистой мордашке и возвращается в комнату. Он секунд пять пытается осознать, что происходит, а потом начинает ржать, оперевшись о стену лбом. Кашин, лежащий в позе «нарисуй меня, как одну из своих французских девиц» выглядит весьма соблазнительно и ржачно одновременно. Особенно с листом декоративной пальмы во рту. — Розы не нашлось, поэтому бери меня таким, — Данила пытается смотреть томно, дёргает бровями и хлопает по постели рядом со собой, — приручи меня, мой хозяин! — такой экспрессии позавидовали бы даже в Большом. — Завтра Пасха, а ты меня тут на дела грешные разводишь, — Алишер топает к Даниле, забирает у него из зубов лист, откладывает на тумбочку и садится рядом. — Так почему бы нам не согрешить? — горячая татарско-башкирская кровь закипает на раз-два, и парочка валится на постель, громко угорая. В Кокоса, вышедшего с кухни, улетает красный тапок.

***

— Ох, ну тут и цены в магазинах, просто жуть! — уже немолодая, но бодренькая на вид женщина выходит из супермаркета, вся обвешанная пакетами и одной большой коробкой с красивым, свежим и ещё тёплым куличом, — как только Алишерик здесь живёт и не голодает? Ужас просто! Она идёт вдоль по улице буквально минут десять, сворачивает в один из дворов и принимается искать нужный ей подъезд. На звонок домофон не реагирует, видимо, опять сломался. Женщина заходит в подъезд, вспоминает на ходу этаж и дверь, достаёт дубликат ключей, некогда отданный ей сыном. Зачем будить Алишера, если спит ещё ребёнок? Она сама открыть сможет. Максимально тихо открывает дверь и заходит в квартиру, ставит сумки на пол и принимается закрывать дверь обратно. Из коридора за ней наблюдает пара жёлтых глаз. — Ой, Алишер котика завёл! Кис-кис-кис, — на ласковое обращение кот реагирует низким «мяу» и убегает в комнату. Кошачий ор стоит на всю квартиру, видимо, тот научился оповещать хозяина о гостях. Женщина видит, как в кота летит подушка, а сам кот — впереди. Тихонько смеясь, мама проходит по коридору, неся в руках коробку с куличом. Он пахнет просто восхитительно, на вид — шикарен. Сыну должен понравиться. То, что она видит, зайдя в комнату, повергает её в шок. Коробка падает на пол, смягчает удар валяющийся на полу комом халат. Женщина охает, под ногами крутится Кокос, орёт на всю хату. Алишер открывает глаза, не понимает ничего сначала, а потом резко натягивает на себя и Кашина одеяло. — Мама?!

***

Чуть позже, они все втроём сидят на кухне и отпаивают чаем Данилу, у которого началась самая настоящая истерика. — Ну чего ты, солнышко? Я напугала тебя? — Кашин кивает, дрожащими руками поднося кружку с крепким чаем к губам, — Да кто же знал, что ты с Алишеркой живёшь? Этот гад мне ничего не сказал! — Я не гад, — Алишер осторожно пьёт из кружки чай, смотрит то на маму, то на Данилу, который так и не пришёл в себя, — это ты без предупреждения приехала. Женщина зашла к комнату и застала их спящими без одеяла, одежды и в обнимку. Пока Алишер натягивал вещи и пытался успокоить мать, Даня чуть не сгорел от стыда, закутался в одеяло и почти разрыдался, переживая за этот позор. Когда Моргенштерны заметили это, то немедленно повёл парня на кухню, приводить в чувства и знакомиться заодно. — Приехала без предупреждения? Какая благодарность за визит к сыну! Только о себе и думаешь. Данечка, а ты пей чай, пей и успокаивайся. Ты мальчик хороший, я рада, что ты у Алишки есть. И не надо бояться, я не кусаюсь. Вот мы пока поговорим с тобой, а Алишер пойдёт убираться в комнате, срач свой убирать! — Ну мама-а-а! — И кота покорми, а то орёт уже час. Так вот, солнышко, как вы с моим сыном познакомились? Остаток дня проходит невероятно уютно. Алишер хлопочет по домашним делам, потом присоединяется к беседе. Даня постепенно разговаривается, шутит с мамой, которая оказалась невероятно умной и адекватной женщиной, спокойно себя чувствует и жуёт неимоверно вкусный, повидавший всякое, кулич. Такое вкусное знакомство явно поспособствует их дальнейшему общению.