Спортивный интерес

Просыпаться было трудно. Все тело свело и окоченело. Тим попытался пошевелиться и понял, что руки крепким узлом связаны за спиной. Почему его именно сейчас так сморило?! Парень еле приоткрыл слипшиеся веки и оглянулся вокруг. Он находился в небольшой и довольно темной комнате. Тим повернул голову и наткнулся на внимательный взгляд темных глаз. Алекс вальяжно сидел на широкой кровати, смотря на пленника из-под опущенных век. -Наконец-то проснулся. Я уж думал слишком сильно ударился головой о порог, когда я тебя сюда тащил. Насмехается. Вот он все-таки гад. Тим злобно щурится и кидает на Волкова лютый взгляд: - Где я? Что тебе от меня нужно?? - Мне? От тебя? Кажется, это ты решил передохнуть на крыше моего дома, вот я и решил, что тут тебе будет удобнее,- ядовито ухмыляется, не отводя взгляда. Тело покрывается мурашками. - Руки ты мне тоже для удобства завязал? Не очень , если честно, удобства. Алекс опять усмехается, встает с кровати и медленно подходит к пленнику. Сегодня утром у него, к сожалению, не получилось пару раз тыкнуть этого отброса носом в говно, но сейчас он, кажется, получит свое. - А кто дал тебе право слова? Если ты не заметил, тут ты не в выгодном положении. Тим молчит, сильнее сжимая челюсти, так, что желваки заходили. Лунат , все так же, лениво, не вытаскивая руки из карманов, подходит ближе. Смотрит свысока и уже не улыбается: - Думаешь, я не видел, как ты сегодня смотрел? Резко замахивается и дает с ноги по лицу. Больно. Удар оглушает, оставляет после себя только противное гудение в ушах, громче которого только эхо последних слов Алекса. Неужели он все понял? Что он сейчас скажет? Поток мыслей прерывает Волков, присаживаясь на корточки и хватая подбородок Тима пальцами. - Я, по-твоему, дебил? Не вижу, как ты на нее смотришь?- парень снова ухмыляется, поворачивая лицо Тима к себе, тот скалится, показывая окрававленные зубы, но молчит, слушает.- Ну-Ну, малыш, не расстраивайся, найдешь себе еще подстилку. Может, я тебе и эту отдам, когда надоест. Только если хорошо попросишь. Тим вырывает подбородок из длинных сильных пальцев, схаркивает кровь на темный ковер и медленно всматривается в лицо Волкова. Кажется, его это представление очень забавляет. Конечно же, злейший враг так унизительно стоит на коленях, возможно, Алекс даже разочарован такой быстрой победой. В этом раунде. В голове Князева мелькает мысль, что это даже сексуально, и он не против постоять перед ним на колянях еще немного. Все идеи резко путаются и теряются за дымкой. Непроснувшаяся голова, болезненный удар или, может, этот равнодушный взгляд - что-то открывает в нем новую дверцу, выпускает потаенные желания, с которыми Тим совершенно не в силах бороться. Парень словно сквозь вату слышит слова Волкова, и медленно, стараясь не напрягаться произносит: -А с чего ты взял, что я смотрел на нее? Лунат резко замолкает, непонимающе смотря в глаза напротив. Словно пытается понять что-то ещё, получить разъяснение этой реплики или просто удостовериться, что не ослышался. А Тим даже не успевает пожалеть о сказанных словах, как проваливается в сладкие объятия Морфея, где-то в далеке слыша громкий, заливистый смех. *** Следующее пробуждение оказалось более приятными, но тоже далеко не радостным. Тим лежал на крыльце своего дома, уперевшись лбом в холодную бетонную поверхность. Что за черт? Может, ему вообще все приснилось? Мысли каруселью завертелись в голове, вызывая головную боль . Все таки не приснилось. Правая часть лица сильно ныла после неслабого удара. Так что же случилось после того, как он отрубился? Тим медленно поднялся, с опаской поглядывая на конечности и ощупывая тело. Повреждений вроде не было, может, Алекс дал ему какую-то настойку? Или он вообще умер? Князев медленно поднялся и повернул ручку . Дверь оказалась не закрыта, а отец так и заснул на диване, дожидаясь сына. Черт, что же вчера произошло, Волков просто не мог отпустить его, да еще и принести прямо к дому. Неизвестность немного пугала, но навалившаяся усталость и практически отсутствие времени на нормальный сон заставили Тима забыть об этом неприятном ночном казусе. И только коснувшись подушки он погрузился в глубокий сон без сновидений.