Personal Servant

***

      Открыв глаза, перед тем, как встать с кровати, Чонгук пытается понять, где он сейчас. Воспоминания накрывают его, как цунами, одной огромной волной из информации. Он резко вскакивает, но тут же жалеет об этом. Зад предательски болит, ещё раз напоминая о прошлой ночи. Он смотрит на свои запястья, они синие, в некоторых местах содрана кожа. Его щеки краснеют, когда в его голове проносятся свои же стоны и просьбы о продолжении. Нет, это был не он. Его вчера, как-будто подменили… Потом, Чон стал оглядывать комнату и когда удостоверился, что он в ней один, облегченно выдохнул, встав, направился в ванную комнату, молясь, чтобы никто из прислуги его не увидел, ибо сейчас он был обернут в одно одеяло, а это ну уж слишком подозрительно (он все ещё в глубине души надеется, что никто ничего не заподозрил). Зайдя в ванную комнату, он замечает рядом с ванной стопку вещей, на которой сверху лежала записка. «Доброе утро. Я вернусь только под вечер, как обычно, но не один, а с представителем другой компании. Одень сегодня вот это, потому что ты будешь нас обслуживать… И у меня есть ещё кое-что;)…. Чонгуку» Закатив глаза и окинув взглядом стопку, Чон пошёл умываться. Почти весь день Чон ходил в том же платье, что и вчера. Ему было очень стыдно… ОЧЕНЬ… Но то, что его немного сбивало, так это то, что никто не обращал на это внимание. Все занимались своими делами и так же, как и раньше разговаривали с парнем, как будто он в своей повседневной одежде. Ближе к вечеру Чонгук вспомнил, что ему Ким сказал одеть то, что он приготовил. Он поднялся на второй этаж, чтобы свидетелей не было, потому что на второй этаж поднимались очень редко, Тэхён не разрешал. Но для чего созданы правила? Правильно, Чон Чонгук, чтобы их нарушать… Он зашел в ванную комнату и стал переодеваться… — Он издевается?! — возмущенно смотрит в зеркало. Да, на нем то, что ему велел одеть Тэхён, а именно: чулки в небольшую сетку, платьице, чуть короче прежнего, а остальное, в принципе, осталось, как и в прошлый раз… — Нахрен пусть идет, извращуга чертов… — Так кто там извращуга? — Ким облокотился на дверной косяк и умилялся с испуганного лица младшего. — Тэхё… Господин Тэхён? Вы, я полагаю, слышали все, что я сказал — покраснев и опустив голову, в который раз прокляв себя за привычку забывать закрывать двери, то ли спросил, то ли сказал Чонгук. — Да, ты правильно понял. Но я здесь не для того, чтобы ругаться. Так что, предположим, что я ничего не слышал — улыбнувшись и подмигнув Чону, ответил Ким — там уже сидит тот самый представитель компании «***», так что нам лучше поторопиться. -Но причем тут я? Разве это не странно? — Что странно? — Ну… — замешкался младший — парень в юбке. — А, нет, это, конечно, странно, но когда он узнал о тебе, то сразу попросил, чтобы ты нас обслуживал… — Чт… Что?! -Чонгук был возмущен до предела — а вы всем рассказываете обо мне, да?! Спасибо… Низкий поклон вам за это — сказал Чон, чуть повысив голос (ибо КАКОГО ХРЕНА?!) и поклонившись в пол. — Знаешь, я что хочу, то и делаю. А сейчас, будешь так говорить — пожалеешь, я не шучу. — Вы, блять, обещали, что об этом никто не узнает… — Да, об этом никто и не узнает… — закатил глаза Тэхён — ты знаешь, что с ним будет, если узнают, что он таким увлекается? Так что не в его интересах, что-то рассказывать. А сейчас, повернись ко мне спиной и руки на раковину, быстро. — В смы… В смысле? — Чонгук был шокирован такими быстрыми переменами в старшем. — Делай то, что говорю, там уже заждались. Чон сделал так, как ему сказал Тэхён. Дальше он почувствовал, как тот к нему приблизился. Сердце забилось быстрей. Ким залез рукой под платье. Руки у него были холодные, поэтому Чон немного дрогнул от неожиданности и ощущения холода на своей коже. — Чт… Что вы делаете? — Чон стал убирать руки со своей задницы — нас там ждут, сами сказали. — Руки на раковину и не смей их отрывать от неё… Я сказал, что если будешь со мной так неуважительно говорить, то накажу? -полушёпотом, почти в самое ухо младшему, сказал Ким. Тэхён, теперь уже двумя руками, во всю орудовал под платьем младшего, как бы нечаянно, задевая соски и спускаясь руками ниже пупка, ловя при этом вдохи Чона. — Ноги шире, малыш — Чонгук послушно раздвигает их чуть шире — стой так, сейчас вернусь — сказал Ким и оставив засос на предплечье брюнета, вышел. Чон учащённо дышал, не знал, что будет дальше, но все же, как послушный щенок, стоял, как ему приказали. Тэхён вернулся быстро. В руках у него был тюбик смазки и какая-то игрушка из его «коллекции». Чонгук увидел это все в зеркало. Он также увидел ухмылку с которой смотрел, прямо ему в глаза, отражающиеся в зеркале, Ким. Дальше, Чон наблюдал в зеркало, как старший подходит к нему, как снимает с него нижнее белье, как… — Не бойся, помнишь, как тебе вчера было приятно? — обняв со спины младшего и поцеловав в шею, сказал Тэхён, заметив в глазах Чонгука еле заметную панику. Тот лишь кивнул и опустил глаза. Ким стал скользить рукой по подтянутому животу вниз, опустив руку на член Чона. Тот выдохнул, как будто скинул с души огромный камень. Тэхён стал медленно водить рукой вверх-вниз, от чего Чонгук немного вздрагивал. Вскоре, сероволосый остановился и убрал руку. Чон наблюдал за ним в зеркало. Это возбуждало. Тэхён смазал пальцы смазкой и сказав расслабиться, приставив один к анусу, ввёл, медленно и при этом другой рукой стал надрачивать. У Чонгука ноги стали разъезжаться от приятных ощущений. Он выпятил зад и закусил губу. Тэхён добавил ещё два пальца, от чего Чон зашипел, но не стал возражать. Чонгук хотел, хотел возразить, отпрыгнуть, заорать, что это неправильно, но не мог. Уж слишком ему было приятно. Сероволосый парень вытащил пальцы и покрывая поцелуями шею, а так же оставляя новые засосы поверх прежних, медленно ввел что-то в младшего, от чего тот прогнулся в спине и открыл рот в беззвучном стоне. — Ну вот, теперь все — улыбнулся Ким и поцеловав такого разгоряченного и ничего не понимающего Чонгука, в уголок губ добавил — а теперь спускайся к нам и за одно чай нам организуй, в мой кабинет. Чонгук убрал руки с раковины и хотел было вытащить игрушку из себя, но его руку перехватили. — Нет, малыш. Это так и останется. Не смей вытаскивать. — Но… — Никаких но… А сейчас делай то, что я тебе сказал… Тэхён спустился вниз, а Чонгук смотрел на себя в зеркало. В отражении он не видел хоть иногда показывающего характер, но по своей натуре скромного парня. он видел перед собой возбужденного и бесстыдного парня… Его возбуждение никуда не ушло. Сзади все пульсировало. Он хотел это вытащить, хотел сам себе подрочить, но боялся что-то сделать не по- тэхёновски. Боялся, потому что этот бесстыдный человек мог сделать все, что захочет, как он сам и говорил, а значит, он может и все видео с ним скинуть его кругу общения, семье, и тогда они оот него точно откажутся, как от личности в общем, потому что, если его родители не одобряют однополые отношения, то, как они посмотрят на ЭТО?! Чонгук глубоко вздохнул, поправил свой «парадный костюм» и направился вниз. Идти с вибратором в заднице, не очень удобно, но, Чон усмехается своей же мысли, ибо, А В ПЛАТЬЕ, ТИПО, НОРМАЛЬНО ВСЕ, ДА, ЧОН ЧОНГУК?! Взяв на кухне только что заваренный и ароматный чай и несколько кружек, брюнет, помолившись всем богам, постучал в дверь и когда услышал «Войдите», то сделав глубокий вдох, вошёл в кабинет. — Чонгук~и, я уж думал, что ты не зайдешь — улыбнувшись сказал тот самый представитель компании «***». Чонгук подумал, что Тэхён в край обнаглел, раз даже имя назвал. Однако, он лишь улыбнулся и ничего не сказав, поставил на стол поднос, и собирался уже уходить, как Ким его остановил. — Чонгук, останься, чай сам себя не нальет — как-то слишком наигранно, улыбнулся сероволосый. Чувствует Чон, что что-то тут неладно. Однако, остается, выбор у него не велик. Он стал разливать чай по кружкам, как та самая игрушка внутри брюнета, начала двигаться, попадая по простате. Чон зажмурил глаза, а его руки затряслись то ли от неожиданности, то ли от снова нарастающего возбуждения. Он посмотрел на ухмыляющегося Тэхёна, в глазах которого читалось «Поиграем?» и отвернувшись, стал иногда дергаясь пытаться вытереть то, что разлил и попутно извинялся… А в мозгу у него было лишь «СУКА»