Капкан

POV Джонин Прошло уже два года с момента слияния компаний. Наши отцы по началу были против, но мы показали, что нам, в принципе, плевать на их мнение по этому поводу. Мой отец долго сомневался, но сделать ничего не смог. Фирма была официально моей. Естественно, сразу было очень тяжело добиться уважения общественности, так как никто не одобрял, что компанией управляют два человека совсем молодого возраста. По их мнению, молодость равна легкомысленности и озорству. Что неприемлемо в нашем деле. Но, проведя пару грамотных кампаний, мы показали, на что способны и получили одобрение общественности. На данный момент я и Джунмен находимся у верхушки в списке самых уважаемых и состоятельных людей страны. Это лестно, но, чтобы удержать статус, приходится прилагать еще больше усилий. Еще одним плюсом того, что мы работаем заодно, является то, что я имею возможность проводить достаточно времени с любимым. К счастью, работа не портит отношений. Но в последнее время, мы начали чувствовать, что запас сил подходит к концу, следовательно, нужен срочный отдых. Поэтому мы и решили устроить вечеринку. Но я не думал, что все обернется таким образом. Сухо так резко воспринял ситуацию. Я его понимаю. Он только успокоился недавно по поводу наших отношений с Лу, и то, только потому, что тот влюбился в Сэхуна. Но сегодняшний танец снова заставил его сомневаться. На самом деле, меня пугает недоверие с его стороны. Я каждый день стараюсь доказать ему, что больше никого не существует для меня в этом мире кроме него. И все же он засомневался. Я виноват перед ним. Нужно что-нибудь придумать, чтобы он перестал на меня дуться. И, кажется, у меня есть идея. - Алло? Крис? Поможешь мне? И ребят подключи. Джунмен написал, чтобы сегодня я не появлялся в нашей спальне, тем самым воплощая самое страшное наказание. Отсутствие его тепла – ужасная пытка. Ему проще – он обижен. А я за эту ночь сойду с ума от холода и одиночества. Но завтра я сделаю так, что Джунмен меня простит, и все встанет на свои места. Тем более, завтра особенный день. POV Джунмен Утро началось отвратительно. Я сто раз пожалел о том, что выгнал Джонина из комнаты. Кровать оказалась пустой, холодной и неуютной, от чего я всю ночь проворочался. Уснуть я смог лишь под утро. Еле как поднявшись с постели, чтобы умыться и собраться, я оделся и направился в ванную. Наконец, приведя себя в порядок, я отправился на работу, но перед этим решил заскочить в любимое кафе перекусить. - Здравствуйте! – на пороге меня встретила официантка. – Вы сегодня уже сотый посетитель, поэтому Вам полагается вкусный горячий завтрак абсолютно бесплатно! Это не могло не поднять настроение. Такое ведь редко случается, а со мной так вообще впервые. Что удивительно, мне подали то, что я люблю больше всего: омлет с сыром и помидорами, горячие тосты и превосходный капучино с корицей. Вот это я понимаю! Вкусно позавтракав, я отправился дальше. Начало рабочего дня всегда наступает в разное время, прямо как в знаменитой пословице про «начальство» Я подъехал к светофору. Внезапно в окно машины постучали. Я опустил стекло и увидел милую девушку, облаченную в костюм в виде огромного сердца. На нем красовалась яркими буквами: «”ACE” loves you». - Доброе утро! Компания «Ace», как 1111 остановившемуся на данном светофоре, дарит Вам первоклассное обслуживание в нашей автомойке совершенно бесплатно! Доброго пути! Неужели в прошлой жизни в этот день я спас котенка из пожара? С чего мне так фортит сегодня? Решив не откладывать, я поехал на автомойку. Моя крошка засияла, как новенькая. Подойдя к кассе и отдав купон, я получил еще один презент. - Айс дарит Вам свое сердце. Я аж попутал. - Что, простите? Айс? В ответ кассир протянул мне яркое сердце-брелок с надписью: «ACE loves you!». - А-а, понятно. Спасибо! С каким-то непонятным предчувствием отправился на работу. Проходя мимо секретаря, я забрал у нее почту. Среди прочих писем оказалось приглашение от содружественной компании на бал-маскарад. В кабинете на столе лежала подарочная коробка. Я распаковал ее. В ней оказался шикарный смокинг и черно белая маска, пайетки на которой складывались в языки пламени. Все это очень странно. Я позвонил секретарше и попросил сообщить, что я принял приглашение. Еще спросил, не приходило ли что-то подобное господину Киму Джонину. Ответ был отрицательным. Это еще более странно. Остаток дня прошел без приключений. Я принял душ, переоделся и уложил волосы прямо на работе. Благо условия позволяли. Подъехав к положенному месту, я прошел на рессепшн дорогого отеля, где будет проходить мероприятие, и узнал, куда мне идти. Фойе заполнили загадочные личности, среди которых единственно узнаваемыми были Крис и Лэй. - Привет. А что вы здесь делаете? Ребята переглянулись, и Лэй, улыбнувшись, ответил: - Это грандиозное событие не могло пройти мимо нас. Нам выслали приглашения, и вот – мы тут. - Ясно, а-а?.. - Нет, его здесь мы не видели. - Понятно. Ладно, пойду. Я прошел в основной зал. Интерьер был выполнен в стиле века дворцовых балов, но наряды присутствующих были современными. Мы были своеобразными «Гостями из будущего». Даже зная, что не увижу здесь Джонина, я все же инстинктивно искал его глазами в толпе. Тут свет приглушили, а на небольшую сцену поднялся юноша, лицо которого наполовину было закрыто маской. Но это не помешало моему сердцу пропустить удар, а потом разогнаться до предела. - Дорогие друзья! Сегодняшний вечер, как ни странно, был организован мной. Я лишь немного воспользовался именем сотрудничающей с нами компанией, заведомо получив согласие. Я пошел на это, потому что сегодняшний вечер должен был стать сюрпризом. Сегодня ровно 1111 дней с момента, когда в моем сердце поселился особенный человек. Я хочу попросить у него прощения. Вчера, я очень сильно его обидел. Этот человек – самое дорогое, что есть у меня в жизни. Ровно 1111 дней мое сердце бьется у него в руках. Оно больше никому не сможет принадлежать, кроме него. Сегодня бал-маскарад, поэтому личность этого человека останется в секрете. Скажу лишь, что в моей жизни не будет ни красок, ни света, ни счастья без него. Я безумно, отчаянно, непреодолимо его люблю. Любовь моя, прости меня! Я чувствую, как в глазах скопилась влага. Плакать – не по-мужски, но все принципы отходят на второй план, когда сердце щимит от любви и нежности. Весь сегодняшний день – его рук дело. Сколько сил ему пришлось приложить? - Айс любит тебя… - тихий шепот на ухо. - Не Айс, а мой теплый Джонин. Но я еще не до конца простил! – в моих глазах пляшут бесята. - Немного потанцуем на балу, а после, я заслужу твое прощение. - Не сомневаюсь. ________________________________________ Комната сразу преобразилась, когда вместе со мной в нее зашел Джонин. Исчезла холодность, появились тепло и уют. А еще, с момента, как мы переступили порог спальни, мы не произнесли не слова. Лишь стояли и смотрели друг на друга. Я немного поднял свою руку, согнув в локте, и слегка пошевелил пальцами. Джонин прикоснулся своими пальцами к моим, подушечка к подушечке. От этого невинного прикосновения по всей руке расходились электрические заряды. Я сомкнул наши ладони в замок. Второй рукой я поднялся к щеке любимого и нежно провел от виска до скулы, спускаясь на подбородок. Слегка прихватив его, я потянул Джонина на себя, чтобы ощутить наконец вкус его губ, по которому я успел безумно соскучиться. Но он не торопился. Он прижался кончиком своего носа к моему, легко проводя им, лаская, вдыхая запах моей кожи. Невесомое касание его пальцев к моим губам вырвало из груди томный стон. Так нежно. Но больше нет возможности сдерживаться. Я с силой надавил на его плечи так, чтобы смог поцеловать. Страстно, дерзко. Я так скучал. Почему-то перехотелось тягучей нежности, а захотелось дикой страсти. Мои желания одобрялись. Толкнув к кровати, я устроился на бедрах Джонина, тем самым, слегка обездвиживая. Я терзал его губы, прикусывал, сминал. Я никак не мог насытиться всеми гранями вкуса, этой сладости. Я оставлял яркие метки на шее, чтобы всем вокруг, без исключения, было ясно, что мой мальчик занят, что я его никому не отдам. Кусая, я сразу проводил языком по саднящим следам, чтобы подарить наслаждение. Хочу почувствовать близость его тела. Не знаю, откуда во мне столько сил, но я буквально разорвал на нем рубашку, тут же неистово целуя каждый сантиметр разгоряченной кожи. Я чувствовал и видел, как Джонин извивается от таких простых ласк, по его телу проходит дрожь. Он зарычал и перевернул меня на спину, но потом чуть приподнял, чтобы стянуть пиджак и рубашку. Рвать он их не стал, пожалел, возможно к счастью. Избавившись от моей одежды, он перехватил инициативу на себя. Теперь он - искуситель. Я ощущал его язык, вычерчивающий узоры на моей коже. Чувствовал его зубы, когда он слегка прикусывал соски. Мной овладевала лихорадка. Казалось, что комнату окутало пламя, из которого невозможно выбраться. Спускаясь к пупку и ниже, он руками расстегнул ремень, стянул с меня брюки и оставшуюся, мешающую, деталь. А потом... Потом мой разум отключился. Я чувствовал жар, чувствовал, как горячие губы окутывали возбужденную плоть. Что же ты творишь со мной? То поверхностно, то глубоко, он ласкал меня, и, через несколько минут, я не выдержал. Он пошло облизнул свои губы, а потом поцеловал меня, чтобы я почувствовал, как к сладости его губ присоединились нотки пряной горечи моего семя. Я готов был отдать всего себя в рабство этому человеку, но сегодня игра шла по другим правилам. Он резко поднялся с кровати и, делая плавные движения торсом и бедрами, сам снимал с себя штаны. Легкий стриптиз. Протянув руку к тумбочке, он достал лубрикант и шелковые ленты, протягивая мне. Что ж. Я даже рад такому исходу событий. Приглашающим жестом я похлопал по простыни, Джонин послушно сел рядом. Я отодвинулся, чтобы было удобно положить его вдоль кровати. Целуя запястья, я закреплял ленты, привязывая к прутьям кровати. Третья лента пошла на то, чтобы завязать глаза. Так ощущения будут ярче и красочнее. По себе знаю. Не спеша переходить к главному, я провел ноготками по его шее, одновременно целуя, затем слегка царапал кожу на груди, затем перешел на внутреннюю сторону бедра. Джонин извивался, обхватывая пальцами ленты и кусая губы. Он старался сильно не шуметь, возможно, мы были не одни. Но меня это мало волновало. - Не сдерживайся... Следующее мое прикосновение было вознаграждено громким стоном удовольствия. Так томно, страстно. Я, в который раз, схожу с ума. - Я хочу тебя... - будет исполнено. Я смазал пальцы достаточным количеством лубриканта. Растягивая, я проводил иногда языком по разгоряченной плоти, отвлекая и даря больше наслаждения, нежели боли. Для перехода к более серьезным действиям мне нужен был знак. И я его получил. Джонин нетерпеливо двигался на встречу моим пальцам, прося большего. Все, что захочешь... Я медленно, с крайней осторожностью входил в него, целуя, давая время привыкнуть. Я снял с рук и с глаз ленты, чтобы ощущать его касания и видеть затуманенные страстью глаза. Постепенно я наращивал темп, подстраиваясь под желания любимого человека. От горячей узости разум потерялся. Я мог лишь стонать ему в губы и шептать что-то несвязное. Быстрее... Быстрее... Я почувствовал как напряглись его мышцы, а это значит, что мне больше не нужно сдерживать себя. С громкими стонами мы утонули в экстазе. Время остановилось, а Вселенная стала ничем. Он - моя Вселенная. Он - мое Солнце, моя Луна... Мое все... - Ты самое драгоценное в моей жизни, слышишь. Джонин, не делай мне больно... - Я лучше умру, чем еще раз заставлю тебя страдать. Я прижался к нему, уткнулся носом в ключицу, вдыхая дивный аромат его кожи. Вот оно - мое счастье.