Ужин

      - Не, чел, походу сегодня никак – надрывно кашлял в рацию Ларри.       - Эй, ты чего там?! – Сал крепко сжимал хрипящий кусок пластика. Рация замолчала. Буря тревоги захватила всё существо Фишера, мигом подняла его на ноги и выбросила из уютной комнаты на четвёртом этаже.       Салли был уверен, что в такие моменты все лифты вовлечены в мировой заговор и намеренно едут предательски медленно. Наконец-то лифт прибыл в подвал и лениво раскрыл свои створки. Общий коридор был будто бы подёрнут лёгким белёсым туманом, а из-под двери квартиры Джонсонов тонкими струйками вытекал горький дым.       Сал ринулся к двери квартиры своего верного приятеля, пару раз с грохотом опустил на неё кулак, а затем и вовсе вышиб её плечом, с хрустом выламывая хлипенький замок.       Всю квартиру Джонсонов застилал густой прогорклый чад. Салли во всю глотку завопил имя друга, уже представляя себе картины жуткой смерти от удушья. Но тут, как ни в чём не бывало, словно айсберг посреди океана, из тумана сначала выплыл исполинский нос Ларри, а затем и он сам.       - Чего ты тут разорался, кромсали? – немного виновато и всё же расслабленно спросил длинноносый пацан.       - Какого ж рожна тут у тебя твориться?! – очень напряжённо, спросил Фишер       -Я… Я просто ужин готовил… Вот. – робко, не в пример своей обычной насмешливой манере, буркнул Ларри.       Фишер слегка опешил. Они, конечно, собирались сегодня поужинать вместе, но Сал думал, что, как и всегда, провизию наготовила миссис Джонсон. Мысль о том, что Ларри сам что-то состряпает, даже не забредала в голову Салли, ведь «Ларишоночек», как называла его мама, никогда не проявлял хоть каких-нибудь способностей в кулинарии.       - То есть ты сам?.. – Фишер крайне недоверчиво покосился в сторону дымящей духовки.       - Угу – ещё тише хмыкнул долговязый, ковыряя носком ботинка шахматный линолеум кухни.       Сал осторожно, вооружившись прихватками, открыл нутро духовки. Мальчишку обдало запахом гари, а на противне, превращаясь в уголь, шипела и шкворчала неопределённого вида масса.       - Что ж ты готовил-то? – Фишер принюхался, но всё равно не смог ничего разобрать в смеси горелых запахов.       - Мясо… с соусом – Ларри включил холодную воду и попытался поставить под неё противень, стараясь не смотреть на своего друга, - я не знал, что мёд горит при нагревании.       Если бы протез не скрывал остатков лица Фишера, то можно было бы увидеть, как его брови от удивления старательно перебираются в район макушки.       - Нет не надо! Подожди пока… - Салли попытался остановить Джонсона.       Но было поздно, раскалённый железный лист уже отправился в зев раковины и стал гнуться под напором ледяной воды.       - Вот теперь матушка точно тебя на форшмак пустит – хмыкнул Сал, тыкая локтем под рёбра каланче.       - Не исключено – невесело согласился Ларри. – Но бардак этот надо исправлять.       Сойдясь на этой замечательной мысли, мальчишки принялись открывать настежь все крохотные подвальные окна, соскребать гарь с противня, и перемывать всю пострадавшую в процессе приготовления к инциденту посуду.       Через час титанических усилий по восстановлению кухни, энтузиазм поутих, дым рассеялся, а в животах у парней вопросительно и требовательно заурчало.       - У тебя ещё хоть что-то осталось съедобного? – Сал насмешливо обратился к Ларри.       - Угу, - долговязый вытащил откуда-то из дальнего угла кухонного шкафа чуть запылившуюся пачку макарон.       - Брысь от плиты, - как никогда сурово сказал Фишер, уверенно и играючи расправляясь с наливанием воды, включением свежеотмытых конфорок, и общим приготовлением холостяцкого ужина.       Ещё немного порывшись по разным ящикам, Ларри нашёл банку томатной пасты, а в дальнем углу холодильника забытый, уже загрустивший и чуть заветревшийся кусок сыра. Сообразив из этих нехитрых припасов вполне себе вкусную еду, Джонсон уже было взялся за вилку, как тут же ткнулся в тарелку носом от сильного подзатыльника.       - Больше не смей меня так пугать! – голос Салли едва заметно дрожал, приглушённый протезом. Если бы Ларри не знал этого паренька так давно, он бы, наверное, и не приметил этой перемены. Единственный здоровый глаз Фишера заволокло пеленой, кажется, мальчишка готов был расплакаться.       - Бля, чел, больно же! – Джонсон утёр свой измазанный в кетчупе клюв.        – И датчики дыма проверь, балбес! По-любому сам с ними что-то намутил чтобы курить в квартире! – Фишера немного потряхивало от праведного негодования, рука, отвесившая затрещину, немного саднила.       - Не, чувак, я бы такой херни не сделал, и вообще, у меня есть моя крепость одиночества, чтобы курить, и…       Сал не дал долговязому закончить мысль и крепко его обнял, отгоняя от себя навязчивые мысли об удушье и угарном газе.       Ларри потирал ушибленный затылок и радостно думал, что никогда в жизни он ещё не ел таких вкусных макарон.