В 213
— Ааргх! Все парни одинаковые! — рычала Сменкина запрыгивая на кровать и взяв в руки подушку. — Оооуууу! Моя подружка случайно не хочет поговорить на тему «мальчики»? — улыбаясь спросила Венера откладывая альбом в сторону. — «Блин! Я совсем забыла, что она в комнате!» — запаниковала кареглазая сжимая подушку в руках. Стоун села на кровать к Кире. — Венер — тяжело начала Сменкина — Я так больше не могу. — Что случилось? Опять Арт? — уже поняв, спросила шатенка. Кира посмотрела на Венеру с усталым и отчаянным взглядом. — Знаешь — она выдохнула — Я давно заметила, что Арт ко мне неровно дышит и потом я тоже влюбилась, и... — Продолжай — попросила Стоун. — И всё это время я ждала от него одной фразы: «Я люблю тебя» — прошептала кареглазая уткнувшись в подушку носом — Но он и двух слов не может сплести! Взять к примеру тот момент когда мы танцевали! Хотя стой. Нет, тогда я была ещё не уверена и... Ааргх! Я запуталась! — Ну, Кир, успокойся. Мы с Алексом тоже не сразу начали встречаться. Тебе нужно просто подождать — Венера обняла свою подругу. — Не хогу больше ждать! — брюнетка легко оттолкнула от себя Венеру — Если он продолжит себя так вести то нам лучше не видеться вовсе! Девушка пошла на балкон. Она старалась казаться сильной со стороны, но внутри сердце раскалывалось на миллион кусочков. Сменкиной очень хотелось заплакать и кричать на весь мир из-за этого возлюбленного-дебила, но пока её подруга в комнате, характер не позволяет подобной выходки. Всё ещё шёл дождь, но из-за крыши над балконом, он не задевал брюнетку. Венера лишь посмотрела на подругу и положила ей на подоконник плеер с наушниками. Музыка расслабляет. Взяв в руки плеер кареглазая включила его на всю громкость и заиграла песня: Баста — Выпускной (Медлячок) минус. Стоун ушла в ванную и тут в комнату зашёл Арт. Он молча прошёл к своей кровати и начал собирать сумку. Его лицо не выделяло никаких эмоций, но лишь его взгляд падет на «любимую», то сразу появляется сожаление и боль внутри. Внезапно Сменкина обернулась, будто почувствовала его. Она лишь с сожалением смотрела на него, а он шёл в её сторону. — «Лучше брось это дерьмо в мусорку, пока он не сделал тебе больно. Пока ты не потеряла терпение, пока в силах ждать...» — в эту же секунду в голове брюнетки проскользнули слова Марка. — Кира, прости я... Я знаю! Я — идиот и Я — придурок, но я люблю... — и вот! Вот! Он сейчас это скажет и все шипперы Артиры внимательно вчитываются, но Кира нежно положила палец на его губы. — Не надо, милый — прошептала Сменкина. Она посмотрела в пол оставив руку на его груди. Сердце Мещерякова заколотилось с бешеной скоростью. — «Нет! Кира, ты не можешь так сказать!» — подумал в мыслях шатен еле сдерживая крик — «Что же тебе наговорил Марк?!» Он сжал бледную ручку Киры, наклонился и нежно прошептал на ушко: «Прости, любимая». Он отпустил её руку и ушёл из комнаты, проклиная себя за то, что ничего не смог сказать. Оставшийся день он был темнее грозовой тучи, а также провёл в спортзале избив от злости все груши. 23:30 Ещё с 19:00 началась сильная гроза, значит скоро всё стихнет. Сменкина же оставший день провела в комнате нискем не разговаривая, а Венера и вовсе свалила на ночёвку к Марине и Лесе. И именно тогда когда кареглазая осталась одна она дала волю эмоциям. Из глаз ручьём льются горькие слёзы, которые Кира не в силах остановить, а с полок летят все вещи. Она бьёт кулаками по полу и по стене за которой жители из 214. Стук заглушался громкой грозой за окном, и Киру никто не слышал. Через пару минут она вроде успокоилась как и гроза. Сменкина подошла к своему столу и невольно увидела фото. Её и Артёма. Они в стоят обнимку и искренне улыбаются друг другу. Это фото они сделали в лагере пару дней назад. — «А ведь просто надо было сказать три слова» — с этими мыслями девушка бросила фото в рамке на пол и при столкновении с ним, стекло разлетелось по всему ковру, по осколочкам. Кареглазая больше не плачет, все слёзы закончились, а боль осталась. 23:40 Тем же временем Мещеряков бьёт грушу. Удары мощные и точные. Он до сих пор не верит, что потерял самое дорогое в жизни. В голове парня крутятся две мысли: «Что наговорил ей Марк?» и «Теперь хотя бы не страшно умереть», терять мне больше нечего». Шатен остановился, чтобы передохнуть. Вернувшись к сумке он взял бутылку с водой и заметил брелок Киры. Артём постарался игнорировать это, но что-то в душе кричало ему: «Идиот! Если ты сейчас начнёшь драку, то ничего не выиграешь! А если пошевелишь извилинами и пойдёшь к Сменкиной, то у тебя будет шанс всё исправить!». Это так отчётливо прозвучало в его голове, что он решился и ушёл не дождавшись Вернера. Подходя к двери он слышал тихие всхлипы, которые принадлежали его возлюбленной. Медленно открыв дверь он бесшумно вошёл в комнату, Кира была снова на балконе. Осторожно положив сумку на кровать, Мещеряков пошёл на встречу к любимой.Теперь он был уверен в себе, а она снова могла терпеливо ждать.
После слёз, Кира успокоилась, а после выплеска гнева Артём решился. Пока он шёл к девушке шатен заметил, что все вещи Сменкиной валяются на её кровати, на полу, подушка вся в слезах, а на ковре разбитая рамка с ихнем фото. Тихо зайти на балкон не вышло, скрипучий пол дал о себе знать. Кареглазая знала, что Арт снова пришёл, но никак не отреагировала. Мещеряков подошёл к ней и обнял со спины. На удивление шатена, девушка не сопротивлялась и не показывала никакого отвращения.Им нужно было время чтобы придти в себя и выплеснуть эмоции. После такого будто начинает жизнь с нового листа.
— Я скучал... — прошептал Артём. — Я тоже... — так же прошептала Кира и обняла руки Мещерякова. Дождь прекратился. — Как же ты до сих пор меня терпишь? — спросил Артём после чего девушка засмеялась. — Ха-Ха. Уж слишком сильно я привязалась к тебе— тихо посмеялась брюнетка. — «Она такая милая, когда смеётся» — с этими мыслями зеленоглазый развернул Сменкину к себе лицом и обвив её талию своими руками притянул к себе. — Теперь ты мне позволишь сказать — он произнёс это в утвердительной форме. Артём приблизился лицом к любимой, и в нескольких сантиметрах от её губ прошептал долгожданное: «Я люблю тебя», и их губы слились в нежном, первом поцелуе, который им не хотелось заканчивать, никогда. Но воздух кончился и когда шатен невольно отпустил губы брюнетки, тихо сказал: — Теперь я имею полное право называть тебя своей Любимой.