Куклы

      Утро встретило Чимина объятиями и дыханием у шеи. Пак лениво разлепил веки и умилился увиденной картине: Тэ, словно коала, обвил конечностями тело омеги и уткнулся носом в его шею. Пак аккуратно убрал от себя его конечности, подложив вместо себя свою дакимакуру с какой- то поп звезды и вышел из комнаты. В зале, на удивление, никого не было, что кстати было очень хорошо для Чима. Он зашел в кухню, поставил чайник, вытащил пачку мармеладок, банку колы и пошел в зал. Дойдя до цели, он уселся на диван, включил телевизор и открыл банку. На каком-то канале шла очередная программа про раскрытие секретов звезд и их личной жизни. Мину вообще без разницы, что смотреть, но такие ежедневные программы его просто добивают, ибо практически во всех выпусках они говорят про то, сколько весил тот певец, как на самом деле выглядит тот актер. Просто бесит. Пак отключил телевизор и стал попивать колу, закусывая мармеладом. Внезапно, что-то легло на его плечо. Он повернул голову в ту сторону. – ну я же говорил тебе не жрать. Иди побегай, поешь травки и перестань ныть из-за веса.- холодным тоном произнес Юнги. А Чимин опять чуть не заплакал. Он отвернулся и попытался говорить спокойно, но голос все равно дрожал. – тебе-то какое дело? Замолчи, или я перестану любить тебя, и будешь ты опять куклой. – не сможешь. – а вот и смогу.- уже без дрожи в голосе сказал тот серьезным тоном. – не-а. Я слишком милый для того, что б меня разлюбить.- ухмыльнулся Юнги, целуя Пака в макушку. А пак покраснел. Покраснел от этого действия и не смог удержать улыбки из-за слов парня. Но в этом было что-то странное. Чимин, который не любит общаться с людьми, сейчас с превеликим удовольствием болтает со своими куклами. Может, потому-что они не люди? Вполне возможно. Пак встал со своего нагретого места и направился в кухню. Юнги сел на диван, закинув ногу на ногу и стал ждать, пока придет Хосок. А когда приходит, то они сидят и разговаривают на одну немаловажную тему: как заставить Чимина похудеть? Все просто. Надо найти ему парня, и желательно милого альфу, ради которого Он захочет изменять себя. Но кого можно заставить? Разве что Хосока и Юнги, что упрощает во много раз данную задачу. А пока, Чимин выбросил мусор, прибрался на кухне и совсем забыл о том, что сегодня пятница, а значит, надо уже давно быть в универе. Омега вышел из кухни и направился в ванную. Там они принял холодный душ, почистил свои белоснежные зубки, ободрил себя перед зеркалом и направился в комнату. На кровати уже не было Тэхена- а это значит, что тот уже проснулся и Чимин может без стеснения переодеться в домашнюю одежду. Только он снял свою верхнюю одежду, как сзади послышался смешок. Пак, перепуганный до чертиков повернулся лицом к источнику звука и застыл; у двери стоял Юнги с обнаженным подтянутым торсом и почти такой же Хосок, но с прорисованными на теле кубиками пресса. – я же запер дверь...- вышел из ступора Чим, пытаясь прикрыть верх. – может для кого-то и закрыл, но не для нас, котик.- с усмешкой сказал Чон, подходя ближе и расстегивая ремень на джинсах. – - вы что это собрались?...- скорее подтверждая, а не спрашивая, сказал омега, делая мелкие шажки назад, пока не споткнулся о кровать и не упал на нее. Юнги воспользовался моментом и тут же навис над парнем, хватая того за запястья и перевязывая их ремнем своих джинс, в то время как ремень Чона был успешно снят и сложен вдвое. – не надо, пожалуйста...- пропищал младший, пытаясь хоть как-то высвободить руки в то время, как его уже переворачивал Мин и угладывал грудью на свои колени, а Сок поспешно стягивал с него штаны с трусами. А на глаза омеги навернулись слезы; неужели, его девственность прямо сейчас помахает ему платочком и уйдет? Но нет. Все оказалось действительно хуже. Хосок провел ремнем по обнаженным ягодицам парня, из-за чего тот скулил от неприятного холодка, который доставлял коже табун мурашек. Юнги аккуратно провел рукой по волосам парня, оттягивая их назад, заставляя Чима прогибаться в спине, на которой от подобных действий образовались небольшие жировые складки, свисающие совсем немного вниз. Паку было стыдно не столько из-за того, что с ним делают, сколько от своего внешнего вида. Он уже давно понял, как его будут "наказывать" за нежелание заниматься собой. И вот, первый удар прошелся по правой ягодице, оставив алый цвет от ремня. Минни тихо заскулил и издал негромкий болезненный стон. Второй удар. Тут стало больнее, и стон стал немного громче. – всего их будет пять. Считай, котик.- ласково промурчал Юн, закусив нижнюю губу. – а почему же не десять?- вопросительно посмотрел на Юнги Хо. – десять потом. А сейчас пять. За каждое непослушание количество ударов будет расти в пять раз. Так что, вслух, Чимин-а. Осталось три удара. – три...- удар прошелся по правой, чуть задев позвоночник.– четыре...- дальше сильнее, уже по обеим. По щеке парня потекла первая слеза.– п-пять...- после последнего удара он громко вскрикнул и не смог сдержать слез. Мин наконец-то освободил запястья Пака от ремня, натиравшего их до крови. Омежка быстро натянул штаны и...расплакался. Было больно, унизительно и несправедливо. Вот за что его так? Даже мамы никогда так не делали ему в детстве, ибо он был очень послушным. Почему они просто пришли, и стали лупить его буквально не за что? Да и его лишний вес и внешний вид никак не влияет на окружающих его людей. Так что не так-то? Альфы надели ремни обратно и хотели уже выйти из комнаты, как услышали шорохи и всхлипы, но уже более громкие. Они обернулись и заметили как Пак, лежавший под одеялом, плакал, нет, ревел в подушку и проклинал свое существование. А ведь он даже не стал разлюбливать своих кукол после этих поступков, ведь как-никак они дороги ему. А они даже не стали жалеть его, тихо свалив из комнаты. Ну а что? Поплачет и успокоится, не впервой же. Тэхен сидел в зале и смотрел очередной сопливый сериал, где главный герой попадает в любовный треугольник и не может определиться с выбором: выбрать милого отличника альфу, или же хладнокровного крутого альфу-самца. Лично он бы выбрал второй вариант, так же, как и остальные 90% омег. В зал входят альфы, бурно обсуждающие что-то, что не понятно только Тэхену. – чего такие довольные?- полюбопытствовал Тэ, убавляя громкость телевизора. – да так, кое-кого наказали.- ухмыльнулся Чон, присаживаясь в кресло. – и что же вы сделали?- понял суть Хен, а Юн указал на ремень в своих джинсах, после чего глаза Тэ округлились,- ВЫ ЧТО?! ВЫ ЕГО ПОБИЛИ?! БОЛЬНЫЕ, ЧТО ЛИ?! ИЛИ БЕССМЕРТНЫЕ?!- подскочил с дивана омега. – вот увидишь, этот вариант сработает безоговорочно. – да вы хоть понимаете, что усугубили положение?- уже более спокойно ответил Ким, переводя дыхание. – ну и чем же?- задал вопрос довольный Хо. – хотя бы тем, что у него начнется депрессия и от этого он будет есть еще больше. А вторая причина, так это то, что вы, дебилы, забыли, что нельзя как-то расстраивать своего хозяина. Он, может, продолжит вас любить, но если вы продолжите издеваться над его чувствами, то просто снова станете силиконовыми фигурами на подставках и будете пылиться на полках. Вы же не только любовью, но и доверием питаетесь. – тут ты прав, но... – а еще мне интересно,-перебил его омега,- к чему все это? Зачем лезть к нему с этим весом? Он же не влияет на вас. – ну...- и тут оба задумались. А почему? Действительно, может это из-за того, что люди автоматически привыкли делить все на красивое и уродливое, оставляя и восхваляя все красивое и презирая все, что выглядит уродливым? А ведь душа-то у Пака светлая, чистая, невинная. И ребята действительно долго думали над этим, приходя к общему выводу- им симпатичен хозяин. Даже больше в характере, чем во внешности, но они попытаются это исправить. И вот, рассказав все Тэ, тот встал и молча ушел к Паку. Постучав в дверь, он вошел и сел на край кровати рядом с Паком, который ,кажется, успокоился. Тэ решил кое-что проверить, и, подумав, что Мин спит, поцеловал того в губы нежно и немного пошло. Но все оказалось наоборот, Мин не спал и удивленно раскрыл глаза, отталкивая Тэ, а тому от поцелуя было не столько противно, сколько неприятно. И все же, это братская любовь не более.