Отношения в процентах

– Семьдесят две целых восемь десятых, – устало произносит Юнги по телефону. – Я получу блядских семьдесят две целых восемь десятых процента с этого старого хлама. Я покупал эту рухлядь за семьсот зеленых, Намджун! В магазине было тихо, лишь парочка покупателей слонялись вокруг и что-то выбирали на прилавках, пока Юнги активно негодовал по поводу того, что старый ноутбук, который служил ему верой и правдой, покинул ряды его железных друзей и почил на тот свет. Теперь его бездыханное тело можно отправить разве что на металлолом. А там еще и цену снизили до сотки. Зато нашелся какой-то умник, который может купить его за триста долларов, и это учитывая то, что Юнги отойдет семьдесят две целых и восемь десятых процента от его же ноутбука. Какие еще, черт побери, проценты с его собственного ноутбука? А все потому, что если хорошенько так порвать задницу, то из него можно сделать какую-нибудь рабочую технику. Железный Франкенштейн какой-то. – Нужен ноут за двести долларов? Мертвый, правда, но найти применение можно, – Юнги приложил телефон динамиком к плечу и задал вопрос покупателю, который только что подошел к кассе. – Нет, спасибо, – тихо пробормотал парень; он ждал, пока продавец пробьет ему бутылку минералки. – От такой железяки отказываешься, – тяжело выдохнул Мин, возвращаясь к разговору по телефону, и схватил бутылку покупателя, пробивая ее на кассе. – Вот видишь, Намджун, даже тут он никому не нужен. Я все равно не собираюсь этому идиоту продавать свое золотце за триста зеленых и получить с этого вместо законных ста процентов – жалкие семьдесят два и восемь. На другом конце линии Намджун вымученно простонал и что-то устало пробормотал. – Да какие, черт возьми, десять процентов? Это семьдесят две, блять, целых и восемь десятых. Я разницу в купюрах чувствую, придурок. Кто из нас учился на экономиста? Точно не ты, так что перестань нести чушь, – Юнги две минуты назад пробил минералку и продолжал вертеть бутылку в руках, пока парень, стоящий на кассе, нервно стучал пальцами по своему бедру и пытался вставить словцо в чужой разговор. – Простите, я спешу и мне бы… – Подожди минуту, – Юнги сказал что-то еще нелицеприятное в трубку и с матом выключил телефон, наконец, доставая чек из кассы и принимая мелочь парня. – Заходите еще, – сказал на автомате Мин, протягивая минералку парню. Парень лишь недовольно посмотрел на продавца, схватив треклятую бутылку, и вышел из магазина, гневно отпихнув попавшийся камушек под ногами.

__________________________

Вообще-то, Юнги ответственный, а еще очень держится за свою работу. Да, продавец круглосуточного магазина – это не директор брокерской конторы, но если не придираться, то сойдет. По образованию он экономист, которые сейчас нахрен никому не сдались, и приходится торговать с каменным лицом за кассой, говоря уже давно приевшиеся фразы. Юнги работает четыре дня в неделю, посменно с Хосоком, который, казалось, может двадцать четыре на семь без перерывов работать, причем еще и мило улыбаться покупателям. Это конечно не гипермаркет, но нормальные люди, которые идут с обычной работы, заходят сюда не за тем, чтобы до часу ночи торчать в огромной очереди. Юнги, как среднестатистический продавец небольшого магазина иногда срывается на покупателях и из-за этого получает по шапке от Намджуна – владельца этой шарашкиной конторы. Вчера, например, Юнги сорвался не на покупателе, а на своем работодателе – по совместительству еще и лучшем друге. Мин работает через день, а потому сегодня он наслаждается своим законным выходным. Но, даже несмотря на это, он все равно приходит на свое место работы и приседает на уши Хосоку – сейчас первостепенной задачей является продать мертвый ноутбук как минимум за двести долларов. Без чертовых процентов. – Я тебе уже третий день подряд говорю, что твой хлам мне нахрен не нужен. Просто получи уже свои семьдесят процентов и угомонись, – устало говорит Хосок, цедя кофе в пластмассовом стаканчике. Удивительно, как быстро он меняется, когда подходит к кассе покупатель. Сейчас он больше похож на сонную муху, а через секунду уже на ядерный реактор, который, того гляди и взорвется от своей же энергии. – Ты что, это же семьдесят две целых и восемь десятых, – преувеличенно громко, перекашивая Юнги, говорит Намджун, заходя в магазин. Он как обычно больше похож на гангстера, чем на обычного владельца сети продуктовых магазинов: на нем надет вельветовый деловой костюм; на половину лица натянуты солнцезащитные очки – и плевать, что на улице пасмурно, – а волосы прилизаны огромным количеством геля для волос. – Очень смешно, – закатил глаза Юнги, опираясь на стойку с разными товарами. В основном тут были разновидности презервативов. Черт, даже ребристые есть! О, а вот тут сверхтонкие… – Не обижайся, неженка. Найдешь еще своего покупателя, а теперь вали из моего магазина, сейчас новый товар привезут, – быстро обрил его Намджун, доставая телефон и что-то на нем набирая, пока не взорвался матом на весь магазин. – Я тебя просил заказать две коробки со сливками, а ты что? А? Два похоже на десять? Похоже? Будешь так дерзить моему члену у своего рта, деточка, – Хосок с Юнги переглянулись друг на друга и одновременно сглотнули образовавшуюся в горле слюну. Намджун посмотрел на них двоих странным взглядом и заржал, вызывая непонимание со стороны своих работников. – Он выключен, идиоты, – Ким повернул к ним телефон, показывая темный дисплей. Мин с недовольным вздохом отпрянул от стойки, напоследок бросая Хосоку «подумай над моим предложением», и вышел из магазина с неоновой вывеской, проклиная Намджуна с его тупыми шутками. Он, конечно, тот еще гангстер недоделанный, но это был перебор какой-то. Юнги потянулся, чувствуя расслабленность во всем теле, пока не заметил того парня, который вчера покупал бутылку минералки. Не то чтобы у Юнги была отличная память, просто этот паренек был одним из последних покупателей под конец смены. Парень шел, смотря в телефон и улыбаясь, пока не оторвал голову от мобильника и, наконец, посмотрел вверх, замечая Юнги, который уперся в него взглядом. – Привет, – мявкнул парень, заворачивая в магазин позади Мина. – Стоять. Парень резко остановился по инерции, и медленно повернулся, держась за ручку двери магазина. – Там сейчас ревизия, так что он закрыт, – любезно сообщил Юнги. – Тут нет таблички «закрыто», – пытался протестовать парень. – Просто у Хосока мозги иногда в жопе, – Юнги обошел парня, открывая дверь магазина и меняя табличку с «открыто» на «закрыто». Парень все еще продолжал смотреть на Мина, пока тот не поравнялся с ним. – Ладно, тогда я пойду, – уже было развернулся он, но Юнги бесцеремонно схватил его за локоть, вынуждая повернуться обратно. У Мина моментально перед глазами пронеслись всевозможные варианты того, как впихнуть свой старый ноутбук этому парню. На вид он казался очень наивным и не попробовать – значит совершить грех. – У меня к тебе деловое предложение, – начал Юнги, хваля себя за минутное составление плана. – Мне не нужен твой ноутбук, – парень быстро сообразил, что к чему. Возможно, это было плохой идеей. – Подожди, я же сказал деловое предложение, то есть нам обоим будет это выгодно. Парень молчаливо ждал продолжения речи и продолжал в упор смотреть на Юнги. – Вот… тебя как зовут? – спросил Юнги, только сейчас понимая, что даже имени его не знает. – Пак Чимин, – без интереса ответил он. – Отлично. Итак, Чимин – я продаю тебе свой сдохший ноут, скажем, за двести долларов, а взамен могу зайти в этот уже закрытый магазин и взять то, что тебе нужно. Все равно Хосок послал меня, будет знать в будущем, как отказывать мне, – Юнги ухмыльнулся, смотря в сторону магазина. – И какая мне от этого выгода? – Чимин не понимал, что от него на самом деле хотят добиться. – Ну как же? Мы с тобой отомстим Хосоку, – Юнги лучезарно улыбнулся, гордясь своим великолепным планом. – Мне от этого ничего не будет. – А бесплатный товар? – Двести долларов за неработающий ноутбук и бесплатные продукты на пару баксов? Ты отвратительно считаешь, – вздохнул Чимин, что-то там припоминая об экономическом дипломе этого странного продавца. Они долгое время сверлили друг друга взглядами, пока Чимин не вырвал свой локоть из захвата Юнги. – Хорошенько подумай, прежде чем нажить себе такого врага, как я, – Юнги хитро сощурил глаза, уже готовясь к мести. – Ничего, переживу, – Чимин улыбнулся и перешел дорогу, направляясь в другой магазин, в паре кварталов от этого.

__________________________

– Перестань уже ко всем лезть со своим чертовым ноутбуком, иначе я бесплатно его заберу, и больше ты с ним не увидишься, – сказал Хосок, зевая под конец своей смены, когда Юнги пришел на работу. – Я только тебе его предлагал, – соврал Юнги, бесстыдно пялясь на новый товар, который, по мнению Намджуна, привлечет молодежь и не только. Это были глянцевые журналы с полуголыми девушками на обложке. О, там вот с парнем есть… – Ты приставал к Чимину с этим хламом, – Юнги недоуменно перевел взгляд на него, ожидая хотя бы крупицу ответов на невысказанные вопросы. Хосок заметил его замешательство и продолжил: – Он мой кузен. – Он же Пак. А ты Чон, – Юнги нечитаемым взглядом смотрел в стену перед собой, пытаясь проснуться. Даже похлопал себя ладонями по лицу. Ночь была бессонной – такое обычно случается, когда поздно вечером пытаешься найти покупателя, который может купить старенький ноутбук не меньше чем за двести зеленых. – А ты Мин, приятно познакомиться, – закатил глаза Хосок, выходя из-за стойки. – С какого хера вы родственники? Он же не похож на тебя абсолютно. Ты больше относишься к семейству парнокопытных, чем к людскому роду. Хосок проигнорировал привычное оскорбление в свою сторону, отмечая про себя, что новых прозвищ с последней недели не прибавилось. – Ты всех в моей семье решил достать? Кто следующий? Моя золотая рыбка? – Твоя тощая задница, Хосок. Теперь вы оба в моем черном списке, – резко замолчал Юнги, когда ему в голову пришла не менее гениальная мысль. – Если вас двое, так может, купите на пару мое золотце? Каждый по сотке скинется. – Пошел нахер, Юнги. Свой хлам можешь оставить правнукам, которые без зазрения совести выкинут его и дело с концом. – Как я могу просто оставить пылиться ноут за семьсот долларов? Ты точно животное, раз не понимаешь масштабов всей ситуации. Хосок снял с себя бейджик и униформу в подсобке, выходя уже в обычной одежде игнорируя привычное состояние Юнги. – Увидимся через день, противный дед, – сказал Чон, посылая шутливый воздушный поцелуй, толкая дверь наружу. – К Чимину больше не лезь. – Ага, как же, – пробормотал Мин, отмахиваясь от невидимых сердечек Чона, когда Хосок скрылся из виду. Юнги не злопамятный, он просто противный до скрипа костей. А это разные вещи. С сегодняшнего дня, с этой минуты, с каждой секундой рождался план по тому, как проучить Пак Чимина и заставить его купить свой дохлый ноутбук. Вариантов не было абсолютно никаких. Но то, что Чимин поплатится за свой отказ – было точно. И плевать, что это глупо и по-детски.

__________________________

– Эй, мне долго ждать? – встрял Пак в милый разговор продавца и женщины тридцати лет, которые обсуждали, какой щеткой лучше чистить кота. И кому какая разница, что у Юнги нет кота. Чимин ждет своей очереди уже пятнадцать минут, женщина даже пыталась пропустить его, но Юнги постоянно ее останавливал и опять начинал что-то заливать. Женщина посмотрела на нетерпеливого Чимина, одновременно складывая покупки в пакет, и вышла за дверь. Вот только Пак до сих пор не мог оплатить свои покупки из-за одного обнаглевшего продавца, потому что Юнги придвинул к себе какой-то потрепанный журнал с кроссвордами и лениво вписывал буквы, которые не вмещались во все клеточки. – Ладно, я понял, – начал Чимин, не дождавшись реакции от Мина. – Ты мне мстишь. – Нет. – Тогда пробей меня. – Двенадцать долларов, – ответил Юнги, не поднимая головы, все еще безуспешно пытаясь делать вид, что мучается над вопросом, как разгадать одно слово в кроссворде. – Что? Да они стоят три доллара! – возмущенно ответил Чимин, указывая пальцем на ценник пачки позади Юнги на полке. Мин повернулся к нему спиной, подрисовывая новые цифры к товару, прежде чем повернулся обратно и с невозмутимым лицом ответил: – Для тебя двенадцать долларов, пупсик, – причмокнул губами Юнги, вернувшись к кроссворду, и карандашом отстукивал непонятную мелодию. Чимин скривился от последнего слова и некоторое время сверлил взглядом темную макушку продавца, а потом хлопнул ладонью по стойке. – Знаешь, если ты не собираешься это пробивать по обычной цене, – он потряс пачкой хлопьев возле лица Мина. – То я просто возьму это. Пак схватил пачку и направился к выходу. – Ну-ка стой, паршивец, – Юнги пригрозил ему карандашом, выпутываясь из проводов за кассой и направился за Паком, который уже успел выйти на улицу. – Я, блять, сказал стой. Чимин далеко не ушел; знал же, что Юнги побежит за ним. Точнее поковыляет. – Это что сейчас было? – Это называется «найти другое решение проблемы». – Нет, это называется наглость. То, что ты какой-то там родственник Хосока не делает тебя всемогущим, разве что наоборот понижает авторитет в моих глазах. Так что верни чертовы хлопья или деньги за них. Юнги стоял, запыхавшись от бега, а потом и вовсе забыл, как дышать, когда Чимин вторгся в его личное пространство, залезая руками в глубокие карманы на фартучке, и очень тихо прошептал: – Держи, может, это подкупит твою скупую душонку, – а затем бросил мелочь в его карманы и поспешил ретироваться отсюда, пока ему не вмазали. Юнги долгое время смотрел в пустоту и только потом понял, что это пиздец.

__________________________

Чимин зарекся, что если встретит продавца из магазина рядом с его домом на улице – то обязательно даст ему по лицу. Причин было много. Хотя бы за наглость, например. Поэтому он сам от себя не ожидал, что через два дня сам зайдет в уже проклятый магазин, пропахший смрадом мертвого ноутбука, и сам заговорит с Юнги. – Я могу тебе помочь, – выдал сразу же Чимин, вбирая побольше воздуха в легкие, как только подошел к кассе. Мин с невозмутимым видом поднял на него глаза, отрываясь от какой-то игрушки на телефоне, и поднял брови. – Серьезно? Ты купишь его? Могу в подарок положить конфетку. – Нет, мы найдем тебе покупателя. – Да? Ну, удачи с невыполнимой миссией. Найдешь – засосу тебя по самые гланды, – без интереса ответил Юнги, отстукивая пальцами по стойке. Чимин проигнорировал уже, почему-то ставшую привычной колкость, собираясь с мыслями. – Знаешь, я не против получить с него двадцать процентов. – Может, ты еще хочешь семьдесят две целых и восемь десятых процента? Чимин засмеялся, вспоминая недавний разговор Юнги по телефону, когда этот самый ноутбук, – который он еще даже не видел воочию – начал отравлять ему жизнь. – Хорошо, пойду тебе на уступки. Десять процентов и с тебя кофе, – Юнги шумно втянул носом воздух, пытаясь не взорваться от наглости этого парня. Этого наглого милого парня. – Сначала найди того идиота, которому нужен мой ноут, потом обсудим все детали. – Ты пытался всучить его мне. Я, по-твоему, идиот? Юнги сначала многозначительно промолчал, оглядывая стенд за спиной Чимина, а после прикрикнул на детей, которые пытались сломать автомат со жвачками. – Спасибо за честность, – закатил глаза Чимин, набирая номер одного своего друга, который повернут на роботехнике. Даже после такого хамского отношения к себе, он все равно помогает Юнги. Ну, точно – гордости у него примерно столько же, сколько и чертовых процентов он получит с этого ноутбука. Юнги некоторое время пытался не смотреть на Пака, но потом Чимин решил прогуляться, при этом мельтеша прямо перед глазами по всему магазину, а потом направился к морозилке с мороженым. – Да, конечно не пожалеешь. Такая вещь! – донеслось до Юнги. – Да. Разберешь на запчасти, сделаешь себе робо-пса или кого ты там хотел? А, механического паука? Да плевать. Мин закатил глаза, стараясь не смотреть на улыбчивое выражение лица Пака. Почему-то когда улыбался Хосок, ему хотелось треснуть за излишние эмоции на лице, а у Чимина появлялись такие милые ямочки, в которые так и хочется ткнуть пальцем. Ну что за… – Отлично! Тэхен согласился купить твой хлам, – гордо сказал Чимин, поглаживая себя по плечу. – И за сколько же? – Двести пятьдесят долларов. Все, что смог ему впарить. Юнги некоторое время смотрел на него, а потом поднялся со своего места, притягивая Чимина за ворот рубашки к себе, и с напором поцеловал того в губы. Все его органы чувств притупились, а окружающие звуки прорывались будто сквозь плотную толщу воды, пока он не услышал грохот и понял, что это был телефон Чимина. Что ж, это было, конечно, не по самые гланды, но тоже крышесносно. – Э-эм, знаешь, ты мог просто сказать «спасибо», – пробормотал Чимин, покрываясь румянцем, который плавно переходил на уже алеющие уши. – Я обещал тебя засосать, и я сдержал слово. Чимин наклонился вниз, поднимая свой телефон и не смотря Юнги в глаза, повернулся к выходу, стараясь лишний раз не светить своим красным личиком. – Тэхен зайдет сюда через два часа, подготовь ноут. А потом пулей вылетел из магазина. Вообще-то, Юнги мало когда сдерживает свое обещание, а особенно такого сомнительного характера. Поэтому поцеловать Чимина было той самой мыслью, которая загорается красным звоночком и действовать нужно немедленно, иначе будет поздно. Мин пытался себя уверить, что это была всего лишь благодарность за удачное избавление от старого хлама. Такими темпами, если Чимин поможет ему продавать старое барахло – они очень скоро дойдут до горизонтальной поверхности, а потом откроют свой комиссионный магазин и будут жить как старички. Просто мечта. Этот самый Тэхен приперся через четыре с половиной часа, еще и тянул свои похотливые ручонки к полке с презервативами: «Мой паучок явно захочет размножаться, ЗППП еще никто не отменял». Юнги поднял глаза к потолку, благодаря всех и каждого, что Чимин не настолько наглухо отбитый. Скрепя сердце, Юнги вытащил из чехла для ноутбука свое дорогое золотце. Тэхен повертел его, пытался ногтем открыть дисковод – что ни к чему не привело – и, сказав довольное «годен», достал из кошелька мятые купюры, накидывая еще сверху мелочь за «вежливость и отличное обслуживание клиентов». А потом благополучно уехал на мопеде с уже бывшим мертвым ноутбуком Юнги. Зато теперь у него, вроде как, появился парень. Что тоже неплохо.

__________________________

– Знаешь, пиво, по сравнению с абсентом просто лимонад для детей, – сказал Юнги сразу же после того, как Чимин закинул целую стопку обжигающей горло жидкости в себя. Чимин сидел и смотрел в одну точку, концентрируясь на каком-то тупом телешоу по телевизору. Глотнуть так резко было ошибкой номер один. А ошибкой номер два было прийти домой к Юнги «на свидание». Они, черт возьми, бухали весь вечер, а вдобавок Чимин еще и выслушивал нытье Мина о том, как он купил свой первый ноутбук, как проводил с ним одинокие вечера и как тот помогал ему не загнуться от скуки. А потом о том, как ноутбук покинул этот мир, оставляя его совсем одного. Одним словом, все, что происходит здесь и сейчас – было просто одной огромной ошибкой. Юнги цедил пиво, иногда мешая его с водкой, пытаясь сделать коктейль ерш, только, кажется, пропорция вышла не равномерной, и получилось просто убойное пойло. Зато он все еще мог двигаться без вращающихся кругов перед глазами, причем и говорил почти без запинок. – Знаешь, несмотря на всю твою мудаческую натуру, я все же надеялся на… приятное завершение вечера, – наконец смог выдавить из себя Чимин, цепляясь за последние произошедшие события. Мозг совсем отказывался что-либо переваривать, тем более от такого высокого процента содержащегося в алкоголе. – Что может быть приятнее, чем бухать с кем-то? Мы тут с тобой празднуем удачную продажу моего железного ребенка, – невозмутимо ответил Юнги, немного промахиваясь, пока пытался налить себе еще стакан пива. – У нас же свидание… или нет? – Пак повернул голову в сторону Юнги, отвлекаясь от рекламы японских пылесосов по работающему телевизору, который включили чисто для галочки. Вообще-то, на свидание не было и намека. Только лишь звонок на телефон (спасибо, Хосоку за то, что слил номер мобильного), что Юнги, вроде как, задолжал Чимину десять процентов и вдобавок еще кофеек. Кстати, этот самый кофе был в начале вечера. Кофе с коньяком. И вот только потом началась Великая попойка. – А в чем разница? Мы бы и на свидании набухались, – Юнги взял бокал Чимина, наливая ему остатки пива в бутылке и передавая стакан в руку. – А как же романтика? Ресторан, конфетно-букетный период, первый поцелуй… – Чимин принял налитый доверху стакан и отпил пенку сверху. – Детка, мы уже прошли и конфетно-букетный период и первый поцелуй. Считай, что это бар на дому, а не ресторан. А что насчет романтики… – Юнги повернул голову назад, высматривая что-то позади себя, и взглядом нашел искусственные цветы, которые покрылись столетней пылью. – Вот тебе романтика. Не знаю, кажись это смесь лилий и каких-то там очень редких роз. Я тебе еще и редкий букетик подогнал, как тебе такое? – Лучше бы потрахались, в самом деле… – пробормотал себе под нос Чимин, проводя большим пальцем по ободку бокала. – Как-нибудь обязательно, – Юнги поднес свой стакан к бокалу Пака, чокаясь, и довольно выпил все содержимое фужера, пока Чимин пытался оттереть непослушными руками пятно от пива, когда поперхнулся, услышав реплику Мина. Пак старался лишний раз не пересекаться глазами с Юнги, который, казалось, не испытывал абсолютно никакого дискомфорта. Ну конечно, мистер Невозмутимость. Было ясно, что в таком состоянии Пак не дойдет домой, а у Хосока сегодня смена. Если он притащится обратно в квартиру, то запах перегара придется изгонять Батюшке святой водой. И вот тогда Хосок надерет ему задницу и выпрет на улицу из своей квартиры со всеми скромными и не только пожитками. А еще, возможно, Чимин просто надеялся, что Юнги не против любезно предоставить ему удобное ложе в виде дивана. Пак вертел в руках еще почти полный стакан пива, пытаясь снова вникнуть в «очень смешное» телешоу, в котором шутили так же мерзко, как и выглядели попытки Мина соблазнить Чимина. – Знаешь, у меня одна кровать. Пак промолчал, скосив глаза в сторону Юнги, который откинул голову на диван и смотрел на него помутневшим взглядом. – А на диване обычно спит святой дух моего ноутбука. Пак засмеялся, окончательно разлив на себя все пиво из стакана. Юнги снисходительно посмотрел на него и поднял палец, указывая на дверь ванной. Да, ему только что толсто намекнули на то-самое-приятное-времяпровождение. Вот только мыслительный процесс сейчас помахал ему ручкой и ушел далеко и надолго. Если у них будет секс, то только с бессознательным Чимином. Он вышел из ванны без верха, держа в руках футболку и покачиваясь на одном месте, пока не ухватился за косяк двери. Мир вокруг кружился, а голова словно наполнилась свинцом. Вот не мог же Юнги пораньше начать подкатывать свои яйца. Хотя бы на три часа раньше, когда Пак еще мог работать головой в правильном направлении. Юнги медленным цепким взглядом прошелся по его полуобнаженному телу и поднял глаза к лицу Чимина. Мин уже было собирался подойти к парню – и плевать, что секс был последний в его списке дел на вечер – но в дверь очень не вовремя позвонили. Юнги с недовольным вздохом поднялся с дивана, и быстро открыл входную дверь со всей присущей ему яростью. – Какого х… – Мне сказали, что тут вечеринка века. А ты чего один? – Намджун стоял на лестничной клетке и пытался высмотреть что-то за спиной Мина. – Здесь не вечеринка, а… – Свидание! – крикнул Чимин, подлетая к стоящим парням в узком коридоре, и положил руки на плечи Юнги, всем телом облокачиваясь на парня. – Э-э, да, свидание, – Юнги посмотрел на Пака, замечая на нем одну из своих футболок. Что ж, Намджун тут точно лишний. – Свидание в честь ноутбука, – закончил за него Пак, удаляясь обратно в комнату. Как же это тупо прозвучало. – Да ладно тебе, этот ноутбук тоже был дорог моему сердцу. – Ты разлил на него сырный соус, да еще и добавил ко всему этому делу водяру. Можно сказать, ты был косвенно виновен в его смерти. Возможно, еще и старость сыграла с ним плохую шутку, – Юнги оглянулся посмотреть на Чимина через открытую дверь в гостиную, да вот только не нашел его. – Ладно, я уйду. Только обещайте не заниматься всяким непотребством! Мне тебе еще в глаза смотреть как-то надо будет. – Разумеется, твое пожелание не будет учтено. Пошел нахуй отсюда, Намджун, – беззлобно ответил Юнги, закрывая дверь перед Кимом, который хотел ответить такой же колкостью. Пока парни очень удачно любезничали друг с другом, Чимин успел снять штаны до колен и, похоже, алкоголь был сильнее храброго Чимина, потому как тот был найден бессовестно спящим на полу у дивана.