* * *
На улице почти никого нет, и в голове тоже. Единственное, что внезапно обрушается и разрывает идиллию предтусовочного настроения — голос. Голос, принадлежавший тому, на кого Билл больше всего боялся напороться, имея при себе еду… — Нет, я не дам тебе кусок! — завопил он, когда Миша потянулся приоткрыть верхнюю коробку. — Это что, колбаса? — он повёл носом и настойчивее дёрнул рукав чужой куртки. — Съеби, — рука в этом самом рукаве толкнула его прочь, но Миша сумел устоять на ногах. Вспоминая серию Спанч Боба, Билл поторопился прибавить шагу и оставить его позади. Но Миша не отстал — он проследовал за ним ровных два квартала, чуть не упал в открытый люк посреди дороги, зацепился за куст и ухватился за Билла, жалобно сжимая его одежду. Далее последовало ещё два аналогичных квартала, полных трагических вздохов и мучительных просьб хотя бы мельком приподнять картонку. — Ну зачем тебе две пиццы? Ты же не съешь всё, придётся выкинуть, а выкидывать нельзя, кто выкидывает еду? — Это для Гума и Боба, — бросил Билл в ответ, отодвигая руки с пиццей, не давая Мише достигнуть цели. — Так вам же одной хватит… подумай о голодающих… людях… Билл ещё раз свернул, и Миша, не отрываясь ни на сантиметр, последовал за ним тенью. — Ну понюхать-то можно? — Ёп, Миша! — Где?!* * *
— Они меня убьют, чувак, — произнёс он в пустоту. Ответа не последовало. Тогда Билл приподнялся, обернувшись на Мишу. — О господи, ты чё, серьёзно? — послышался храп. Май 2018