Лучшие друзья

Январь 2008. Давящий дым уже глубоко осел в легких. Он никогда не курил столько много. И честно говоря не особо этим увлекался. Даже пару дней назад решил бросить. В голову врезались слова преподавателей: "Вы же будущие идолы Республики Корея, значит должны быть идеальными. Вредные привычки ударят по вам незаметно. Однажды ваш голос пропадет, и вы закончите свою жизнь как жалкий спившийся "идол-неудачник". Разговор про "идол-неудачника" был очень глубокий, с живыми примерами, часа так на два. Маразматическая хрень вообще. Но даже эта туфта теперь его не касается. И концу пятой сигареты он твердо решил забить на все и назло себе, своим мечтам, продолжать курить до тех пор, пока его голос совсем исчезнет и он бросит надежду стать знаменитым. Хотя точно знал, что будь его связки кровоточить, ноги стерты до мяса кроссовками, а тело не слушается и будь лицо бледное от переутомления, все равно надежда осталась. Она никогда не умрет. Будет долго и ненавязчиво хранится глубоко в сердце, ожидая самого незначительного повода, чтобы мыльными пузырьками фантазии вскружить ему голову. Донун выбросил начатую сигарету. Скривился. Противно. Одежда уже насквозь провонялась дымом, но он все больше кутался в толстовку. Сидел на расчищенной от снега бетонной плите в "курилке". Они часто с парнями приходили сюда после занятий. Да, в основном после, до — рискованно, их мог посечь тренер и тогда нагоняя не миновать. На горизонте виднелся силуэт парня в синей куртке. Тот не спеша брел по тротуару, ведущему к агентству. Неожиданно он замер, помедлил и поменял курс в пользу "курилки". — Ты чего? Жить надоело?!— вдруг воскликнул приближающийся нерасторопный друг,— эй, правда, если тебя увидят, то познаешь все 9 кругов ада,— полон серьезности добавил. Донун поднял на него темные стеклянные глаза и тут же тонкие губы исказились в ироничной ухмылке. — Я им больше не нужен... — Да не говори чепухи, ты прекрасно знаешь, что мы скоро дебютируем. Правда, группы будут две. Не факт, что мы окажемся в одной и той же, но... — "Ты нам больше не нужен" — так они сказали...— дрожащим голосом перебил Донун,— меня выгнали, понимаешь?! Да что я сделал не так? Почему я?!— понижая голос произнес он . Тишина. Мысли Дуджуна спутались в узел. Переполняли чувства. Шок сменился возмущением, после — взрыв ненависти. Красным пламенем она зажглась в середине груди и прожигала все от мозга до костей. Языки пламени овладели им. Все желания были направлены на то, чтобы найти президента и силой заставить вернуть Донуна. — Вставай,— решительно скомандовал Дуджун. — Зачем?... какой в этом смысл?... — Говорю тебе, вставай,— таща друга за руку, настаивал он,— мы все выясним и вернем тебя! — Мне ясно дали понять, что это конец!!!!!— чуть ли не рыдал Донун. Дуджун опешил. Глаза. Он смотрел ему прямо в глаза. В них что-то разбилось, обрушилось... что-то... Еще никогда в жизни не видел такого взгляда. Разбитые мечты. Их острые осколки резали душу и заставляли пускать соленые дорожки слез по его впалым щекам. Не в силах сделать что-то, Дуду расстегнул широкую куртку и окутал ею, прижав к себе, худого промерзшего парня. Донун не сопротивлялся, только еще ближе прижался и сомкнул за спиной друга руки. Больше всего хотелось, чтобы весь мир исчез, и остались они вдвоем и теплая синяя куртка. *** Октябрь 2008. Есоб зашел в конференц-зал. Вежливо поздоровался. За круглым деревянным столом сидели пять парней. Совершенно простые. Ничем не отличавшихся от него и его одноклассников. Черные, как смоль волосы, не уложенные, но наверняка со стрижками по последней моде. Разноцветные толстовки, джинсы— практично и скромно. Есоб, помявшись у двери, сел. Атмосфера не располагала знакомство. Неловкая тишина. Наверняка все шестеро парней знали, что вскоре станут членами одной группы. С этого дня им придётся разделять все горести, радости, тарелку лапши и, конечно, сцену. Теперь они братья. Хоть и так неловко это осознавать. *** Каждый из парней занимался своим делом. Кто слушал мп3, кто разрисовывал клочок бумаги, играл на мобильном. Больше всего привлекли внимание два парня, сидящие напротив. Первый, развалившись на стуле, собственно и играл на мобильном. Второй же, удобно приютился у первого на плече, спал. Судя по всему, они были хорошо знакомы. Эти двое выглядели как инь и янь. Совсем противоположны. Есобу они казались очень знакомыми. Как раз в разгар "веселья" в кабинет зашел главный директор. Все дружно откинули свои "увлекательные" занятия, а парень, игравший на телефоне, отрадно пихнул спящего друга в бок. Тот от неожиданности готов был уже неприлично возмутится, но увидел, сидящего во главе стола, директора. — Здравствуйте, парни,— с улыбкой на лице начал мужчина,— с кем-то из вас мы знакомы уже очень давно, а с кем-то познакомились совсем недавно. Каждый из вас очень талантлив и имеет какой-то опыт в работе. Но, по некоторым причинам, не были знамениты или вас, мягко говоря, прокидали. Путем тщательного отбора я выбрал 6 самых талантливых и харизматичных парней для своего нового проекта. Для вас это действительно большая удача, ведь шанс стать популярными звездами корейской волны, я надеюсь, выпадает не каждому, — продолжая улыбаться, мягко проговорил главный руководитель,— Подписывать контракты мы будем с вами по очереди. По мере уверенности в вас, в ваших способностях, а так же по вашим отношениям. Вообшем чтоб вы все подходили друг другу. Думаю, что правильно вас подобрал. А я не ошибаюсь,— протараторил и захохотал он,— Эххх... ладно, ближе к делу. Давайте знакомится. Начнем по старшинству. Юн Дуджун,— директор указал на бывшую «подушку»,— 89 года рождения, группа крови А, ранее стажировался в JYP. Планируется на пост лидера. Таланты: актерское мастерство, рэп. Прошу любить и жаловать,— зачитывал с одной из шести, лежащих на столе, папок-профайлов. И вот только сейчас Есоб понял, где же видел этого парня раньше. Они ведь стажировались вместе. Пару раз разговаривали, но ничего больше. Кто бы мог подумать, что судьба сведет их именно здесь и вот так. — Тааак, а следующий...— деловито продолжил Хон СынСон,— Чон ХенСын... тоже 89, группа крови В, бывший стажер YG... Худощавый парень скромно помохал ручкой. И застенчиво улыбнулся. — Таланы: танцор, вокал. После Хенсына был Ен Чунхен — рэп, танцор. Почему-то этот парень выглядел очень холодно. Есобу сразу подумалось, что они вдвоем врятли сдружатся. Но, как потом оказалось, внешность бывает обманчива. Холодный и неприступный — внешне, но если узнать его получше — мил и тактичен. Спокойный и добрый — такой тип людей действительно нравился Есобу. Кто бы мог подумать? После директор назвал и самого Яна Есоба. За ним следовал Ли КиКван. Да, тот самый его одноклассник в средней школе. Он сильно изменился со школьной скамьи, потому Ян его и не узнал. "Ваа... мир тесен"— просебя заключил он. — И будущий макнэ — Сон ДонУн,— приветственно похлопал директор Хон. Это и был тот самый сонный парень. Худой, высокий, немного не корейской внешности. Этот тип довольно странный и, учитывая других мэмбэров, сильно выделялся на их фоне. Тонкие губы, вытянутые черты лица, острый взгляд. Что-то в нем отталкивало, одновременно — привлекало, завораживало. Казалось, Донун смотрит не на тебя, а куда-то сквозь, пробирается в душу, оставляя холодный шлейф и мурашки по коже.