Молчание

— Входи, Филотанус, — в просторную тёмную комнату вошёл мужчина небольшого роста, светловолосый, на вид около тридцати лет. — Нашёл? — Нет. — Плохо, — выдохнул Велиал. Он подошёл к высокому зеркалу и оглядел свой новый костюм: сероглазый молодой мужчина среднего роста с приятным лицом, которое украшала интересная бородка и усы. — Очень плохо, Филотанус, — князь начал мерить широкими шагами плитки пола. Он старался не кричать и говорить чётко, внятно и доступно. — Считаешь, я спятил? — Как я могу, — демон сел в глубокое кресло. — Я знаю, что вы намеренно отпустили Винчестеров и небесного глашатая. — Неужели я настолько предсказуем? — Протянул Белиал, проводя длинными пальцами по крышке фортепиано. — Не так, как вы думаете, — лукаво улыбнулся мужчина. — Просто я вас очень долго знаю. Настолько долго, что потерял счёт времени. — Мне просто надоело сидеть и смотреть. Осточертело ждать, пока мне кто-нибудь принесёт что-нибудь на блюдце с золотой каёмкой. Люцифер разочаровал меня. — У нас пока очень мало душ… — Так достаньте ещё! Я хочу всё и сразу! — продолжил он более спокойно: — У тебя полная свобода действий. Тебе всё понятно? — Безусловно, — демон поднялся с кресла и подошёл к широкому пластиковому окну. Снаружи ходили люди, ездили машины, играли дети, все были чем-то заняты и погружены в свои раздумья. Человечество совершенно не подозревало что всё, чем они занимаются совсем скоро превратится в пыль и станет ничем. — Как думаете, с чего начать? — Хм, — мужчина приложил палец к губе и на минуту задумался. — Думаю… для начала нужно наведаться к старой подруге. Пришло время ей выйти на сцену спустя столько лет. — Отличная идея, повелитель, — демон обернулся и внимательно посмотрел на новый сосуд Велиала. — Вы выглядите гораздо лучше, чем две недели назад. — Да, та девчонка не смогла выдержать мою силу, ничтожное создание… — Вы разделяете ненависть Люцифера к людям? — Что ты!? Люди очень полезные существа, просто они отбились от рук. Они забыли свою истинную принадлежность, своё место. Люцифер хотел их уничтожить, но я же найду лучшее применение творениям Отца. Как продвигаются дела? — Мы уже начали собирать всю возможную информацию, — сообщил Филотанус. Он подошёл к шахматной доске стоящей на столе. — Я вижу, что ты кое-что задумал. Не поделишься? — Я считаю, что необходимо посеять в людях страх. Чтобы они начали гнить изнутри. Распространяли страх, как заразу. Чтобы он вошёл в душу каждого и нарушил покой. Тогда нам не нужно будет напрягаться, люди всё сделают сами. Для массовой истерии необходим лишь точный удар, — демон одним ходом поставил Шах и Мат. — Сердце каждой страны — Правительство.

~✡~

POV Вайолет       Две недели! Две долбанных недели я торчу в этом грёбаном бункере! Меня не выпускают даже подышать свежим воздухом! Свободу попугаям! — Привет, Вайолет. «— Доброе утро, Кевин». Пророк чему-то усмехнулся. — Прости, не хотел обидеть, просто так непривычно слышать чей-то голос через радио. Ещё бы. — Ты должно быть волнуешься? «— Не поняла». — Ну, Дин, Сэм, Бальтазар и Габриэль ушли два дня назад. Вот я и подумал… « — Что я беспокоюсь о Гейбе? Брось, почему я должна так делать?» — Я достала апельсиновый сок из холодильника. — Разве он не твой отец? «— Да, — я налила напиток и подала стакан Кевину. — Но он ещё и архангел. Я не волнуюсь, потому что знаю, что с ним всё в порядке». — Мне бы твою уверенность, — печально сказал пророк и уставился на оранжевую жидкость в стакане. — Прости за вопрос, а каково это… ну… «— Всё время молчать? — Я ожидала такого вопроса, потому что мне его задают не в первый и, наверное, не последний раз. Кевин кивнул. — Ну, я не знаю, возможно, я уже привыкла к своей особенности и перестала замечать неудобства. Но, порой, это бывает очень трудно. Ты хочешь многое сказать человеку, но не можешь, и это очень мешает в повседневной жизни. Из-за немоты меня избивали в детдоме, так как считали неполноценной». — Ого, тебе нелегко пришлось. «— Ага, и не говори, — я усмехнулась и сделала небольшой глоток кислого сока. — Но, как бы там ни было, у моего недостатка нашлись и положительные плюсы, да-да, не удивляйся. Немота хорошо помогает в драках, когда меня били, я не кричала и не плакала. Это бесило всех ещё больше, но кому интересна жертва, которая не сопротивляется и не орёт во всё горло?» — Ха-ха, да ты права. «— А теперь мой вопрос, — я растянула губы в хитрой ухмылке. — Каково быть пророком?» — Ох, это… странно. Хранить Божье Слово оказалось не так просто. И я до сих пор не могу понять до конца свои ощущения. «— Я тебя понимаю, — Кевин хмыкнул, показывая, что это не так. — Эй, парень, взгляни на меня! Я шестнадцать лет думала, что обычная девчонка, но потом вся моя жизнь рухнула в один прекрасный момент! И ты думаешь, что я тебя не понимаю». — Извини-извини, — пророк начал хихикать и тут я вообще перестала понимать, что происходит. Он какой-то странный. — Я всего лишь хотел стать первым президентом Америки азиатского происхождения, а потом, как ты и сказала, моя жизнь тоже рухнула. Моя мама и девушка мертвы, я изувечен и сломан, а ещё я очень устал от всей этой сверхъестественной жизни. «— И что… будешь делать дальше?» — А что я могу? Охотником мне никогда не стать. Нервная система не та, но зато могу использовать свои познания и возможно стану типа справочного материала.  «— Пошли погуляем», — предложила я и поднялась с места. Всё тело затекло, сколько я так просидела? — Не думаю, что это хорошая идея. « — Да не бойся ты так, мы только воздухом подышим». — А если Бэлль или Кас заметят, что нас нет? «— Бэлль сейчас наверняка смотрит какой-нибудь сериальчик и ждёт возвращение Бальтазара. А Кас рисует очередную пчёлку в компании нашей недокоролевы».       Я поднялась по лестнице, пророк неуверенно проследовал за мной. С трудом открыв железную дверь, мы наконец выбрались на свободу. Лёгкий тёплый ветерок подул в лицо, заплетаясь в неровно отросших волосах.       Я прошла чуть дальше по тропе, удаляясь от железной двери бункера, думаю, я успею вернуться до того, как соберётся вся кавалерия.       Природа раскинулась кругом. Жаль, но не все люди могут увидеть или услышать эту красоту. Там, в Детском Доме был один мальчик… слепой мальчик. С ним никто не хотел играть и общаться. Его не били, как меня, но полностью игнорировали его присутствие, будто его не существовало вовсе. К сожалению, даже я порой обходила его стороной. Для него это ведь только необъятная тьма, которая необычно волновалась вокруг, подобно волнам моря, шевелилась, звенела, протягиваясь к нему, прикасаясь к его душе со всех сторон. А когда лучи тёплого солнца ударяли ему в лицо, согревали нежную, бледную кожу, он инстинктивно поворачивал к солнцу свои незрячие глаза, как будто чувствуя, к какому центру тяготеет всё окружающее.       Для него нет ни прозрачной дали, ни лазурного свода, ни широкого горизонта. Он чувствовал только материальное, не видя прекрасного.       Вдруг тишину разорвал страшный грохот, и с неба не так далеко от нас с оглушительным звуком рухнул дымящийся вертолёт. — Вайолет, пойдём, а? — заговорил мой спутник и потянул меня за рукав футболки. Блин, жаль радио нет, ладно, по-старинке! Я улыбнулась и указала пальцем в сторону, упавшего вертолёта. — Тут могут быть демоны! Надо вернуться.       Агхр! О великий всемогущий разум, почему всё так сложно-то! Моё внутреннее чудовище рвало и метало! Оно орало мне поскорее избавиться от этого шибздика и отправиться к упавшему «сокровищу». «Когда ты в последний раз лазила в вертолёте, а Вайолет?! Там может быть куча всего интересного!» — кричало чудовище, и я показала оторопевшему Кевину язык, а потом вприпрыжку уже приближалась к вертолёту. Пророк, на моё удивление, неспешно шёл за мной и не разделял моего веселья.       Вертолёт лежал перед нами мёртвой кучей железа. Распинав по дороге несколько довольно крупных обломков от винта, я хотела было отважиться на короткий спринт, но совершенно внезапно споткнулась обо что-то мягкое и хряпнулась о неприветливую землю. — Вайолет! — Кевин помог мне подняться на ноги, пока я уже во всю дула щёки на проклятые скользкие камни.       От ноющих коленок меня смог отвлечь исключительно чужой чёрный ботинок, торчащий прямо у моих ног. Удивлённо проследив взглядом, я нашла в этом ботинке ногу, а затем и человека, ну вернее всё что осталось… — Господи! Вайолет, пошли отсюда! — завопил парень, но я уже не слушала его крики.       Перед нами лежал труп человека. На нём была одета военная форма, через плечо висела какая-то чёрная сумка, рядом валялся раскуроченный кейс, а в непокрытой голове зияло аккуратное кругленькое отверстие. — Сам? — спросил Кевин, но я отрицательно замотала головой. Какой идиот будет стрелять себе в голову?! — Тогда что?       Я бы сказала, если бы ты меня слышал.       Кивнув на остатки кейса, я даже не стала акцентировать на нём внимание — всё, что там можно было вытащить, уже наверняка вытащено. Тот кто убил этого военного определённо знал, что делает. И смог скрыться сразу же после крушения? Вряд ли это был обычный человек, если, конечно, вообще человек.       С небольшим трудом взгромоздившись на обшивку вертолёта, я осторожно спустила ноги в кабину пилота и спрыгнула вниз. Мой спутник последовал за мной, нервно озираясь по сторонам.   — О, тут ещё один труп, — с дрожью в голосе сказал Кевин, обнаружив на одном из двух сидений второго пилота.        Человек лежал на приборах в неестественной позе, на его голове был надет шлем, за которым трудно было рассмотреть лицо. Я не хотела его беспокоить, поэтому тихонечко пристроилась на соседнее кресло и зашарила по приборной панели.       Неожиданно раздался глухой стук и кабину наполнил белый шум от большого взрыва, воспроизводимый динамиком рации, сквозь который, совершенно внезапно, отчётливо послышалось: — «… Баннистер, доложите обстановку. Объект не виден на радаре! Повторяю. Доложите обстановку, Баннистер! Мы потеряли объект!..»       Не сговариваясь, мы тут же нырнули под сидение и на ощупь зашарили руками по полу в надежде найти источник звука. Но прежде, чем нам удалось это сделать, позади послышались тяжёлые шаги. Одновременно замерев, обернулись.       В какое дерьмо я вляпалась на этот раз?!       Странный мужчина бросился прямо на меня, но я успела схватить какой-то тяжёлый предмет и со всей силы вмазала ему по голове. Выбравшись из кабинки каким-то чудом, мы бросились обратно, но перед нами внезапно выросли ещё три человеческие фигуры. Они непонятно и глухо рычали, смотря на нас обезумевшими глазами. Перед тем как рвануть со всех ног, я успела заметить у блондинки-зомби странные кровоточащие символы в зоне декольте и шее. Что-то мне подсказывает, что они там не для красоты…

~✡~

      Зайдя обратно в бункер, Габриэль сразу же ощутил неладное. Здесь было слишком тихо. Обычно, вверх тормашками, лёжа на диване читает его дочурка, а сейчас её нигде нет. Настроение было паршивым. Узнать ничего не удалось. Этот оборотень, на которого они потратили два дня, ничего не знал, а если и знал, то унёс с собой в могилу свою же тайну. — Вы наконец вернулись, — Бэлль вышла из соседней комнаты. Девушка выглядела очень взволнованной, даже напуганной. — Где Кев и Кнопка? — спросил Дин, не найдя пророка на своём обычном месте. — Я не знаю, — пожала плечами женщина и растерянно забегала глазами. — Сама не могу их найти. Снаружи был какой-то шум, возможно они там.       Габриэль ощутил, как сердце пропустило удар и ушло куда-то вниз. Он уже собрался немедленно отправиться на поиски несносной дочери, как тяжёлая дверь бункера вновь открылась, и все услышали холодный голос с приятным британским акцентом: — Добрый день, — худой и высокий мужчина в чёрных одеждах, с тростью в руках и большим серебряным перстнем с бледным камнем на пальце, замер в дверях. Рядом с ним выпрямившись во весь рост стояла я и резко постаревший на несколько лет Кевин. — Смерть, — выдохнули почти все присутствующие.