Её призрак

POV Акира       Став человеком, я осознала одну вещь: это скучно. Целый день я провалялась на кровати, то и дело ныряя под неё каждый раз, когда кто-то из Акацук заходил в комнату. И как Итачи это терпел? Не комната, а проходной двор! Никакой личной жизни. Совсем. Тем не менее, не смотря на скуку, было весело, когда входил синий. Особенно его реакция на голос из ниоткуда, оповещающий о том, что ему нужно отсюда убираться. Учиха всеми силами старался делать вид, что не слышит голос хранителя его напарника. Дело близилось к вечеру, когда Итачи сказал о том, что ему будет нужно уйти не на долго. И вот, я битый час лежу на кровати и пялюсь в потолок. — Ох, — я вздохнула. — Ну и где его носит?       За то долгое время солнце успело сесть за горизонт, и его последние лучики вяло тлели на фоне темнеющего с каждой минутой неба. Дул тёплый ветер, заставлявший едва колыхаться зелёные листья деревьев и кустов. По саду летали птицы, напевая свои птичьи песенки, звонко чирикая.       Я потихоньку открыла окно и, опираясь на него, слегка высунула голову. Я любовалась последними минутами заката, вдыхая аромат цветов. Солнце окончательно село, погрузив всё во мрак. На небе стали зажигаться первые звёздочки, словно маленькие фонарики, которые каждую ночь кто-то ходит и включает. На небо медленно выплывал белый, словно снег, полумесяц. Я наблюдала за тем, как его тонкая дуга начинала расти.       Дверь комнаты скрипнула. Я обернулась. — Где можно было пропадать столько времени? — спросила я у вошедшего. — Я, между прочим, ради тебя столько времени пропадал, — ответил мне Итачи, ставя пакеты на пол. — Что это? — поинтересовалась я. — Тебе.       Хоть я и не спрашивала, кому они, ответ меня устроил. С интересом я взяла один из пакетов в руки и стала открывать. В нём оказалась тёмно-бордовая кофта и чёрные штаны. В другом пакете были серые ботинки. Когда я открыла третий, то увидела в нём длинную пурпурную футболку и белый халатик. Но четвёртый… — Вау! — воскликнула я. — То есть со всего этого тебя поразило только это? — не понимал брюнет. — Спасибо тебе! — я обняла Итачи за шею. — За всё!       В четвёртом пакете было множество сладостей таких, каких я раньше никогда не видела. Может быть, всё-таки и ела, но очень давно, тогда, когда был жив ещё мой отец, я отлично помню, что почти каждый день после работы он приносил мне всякие вкусности, чем очень баловал. Я достала данго и принялась лакомиться. За то время, пока ждала Итачи, я успела нагулять хороший аппетит. Поначалу, я думала, что за минуту съем всё, но нет. Доев все тайяки, я поняла, что наелась, даже не съев половины. — Фух, — выдохнула я, ложась на кровать. — Это был незабываемый ужин! Ик! Прости. — Эй! Поела и сразу спать? — обладатель шарингана явно не понимал, что поесть-поспать и есть смысл жизни многих людей. — Да, — ответила я ему.       Но, похоже, Учиху это не устраивало. А что такого вообще? Добро пожаловать в мой мир, в прекрасную страну ЕдаСон, где вас ждут море невероятных приключений, которые заставят вас почувствовать себя обычным человеком, с головой окуная в житейские проблемы в виде того, что соус закончился, а лень бежать за новым в магазин. — Акира! Ты вообще меня слышишь? — вывел меня из рекламы моего внутреннего мира голос парня. — Что такое? — Иди в ванную. — А если там меня кто-то заметит? — Я посторожу. — Давай полотенце.       Итачи вышел, а я отметила, что такими темпами я его скоро совсем загоняю. — Вот, держи, — Учиха протянул мне полотенце зелёного цвета с жёлтыми узорами в виде завитков. — Спасибо, — я встала с кровати. — А где тут ванная? — То есть за всё это время, пока ты тут была, ты не узнала? — Да. Потому что вдруг я войду и кого-то увижу там? Я не извращенка, чтобы шляться где ни попади, натыкаясь на голых мужиков, принимающих душ. Понимаешь?       Итачи удивлённо посмотрел на меня. Буркнув что-то вроде «Ладно. Идём», он направился к выходу из комнаты. Несколько раз проверив, не идёт ли кто, брюнет сказал мне идти за ним. Ванная комната пустовала в конце коридора. — Только пожалуйста, быстро, — попросил меня Учиха и закрыл за мной дверь.       Я оказалась в небольшой комнате, с нежно-голубыми стенами и белым полом. Набрав в белоснежную ванну воды до верху, я залезла в неё, попутно выдавливая из розового флакончика шампунь себе на голову. Через несколько минут вся ванна была в пене, а по воздуху летали мыльные пузыри. Я сидела и рассматривала различные флаконы, стоящие на полочках. Внезапно я услышала голос за дверью: — Итачи-сан, кто там? — это был Хошигаки. — Без понятия. — Ясно. — Ты иди, я тебя позову, как ванная освободиться. — Спасибо вам, Итачи-сан! — я через стену почувствовала, как синий расплывается в своей зубастой улыбке.       Я продолжала делать пузырьки, попутно намыливая голову во второй раз. За дверь снова послышалось: — Итачи, какого хрена тут стоишь? — этот голос принадлежал Хидану. — Очередь, — ответил брюнет ему. — Ты за Кисаме. Иди, там не скоро.       Тем временем я сделала себе из пены кошачьи ушки и улыбалась, глядя в зеркало, висевшее неподалёку от ванны. Спустя несколько минут я во всю выдавливала из ещё одного флакончика шампунь. Этот был с яблочным ароматом, и мне сразу же захотелось, чтоб мои волосы пахли так же. Хотя, если судить по использованным шампуням, они уже пахнут гранатом и цитрусами. — Итачи? Что ты тут делаешь, хм? — услышала я голос Дейдары. — Очередь. Если ты в ванную, то ты за Хиданом, — объяснил ему Учиха. — Иди. Тут, как я понял, надолго. — А кто там, хм? — Не имею ни малейшего понятия.       Среди всех этих флаконов и баночек, я нашла шампунь, который, судя по надписи на упаковке, должен сделать волосы шелковистыми, а ещё от него исходил умопомрачительный аромат клубники. В итоге, я мыла голову в четвёртый раз. Да у меня волосы скрипеть от чистоты должны! — Итачи-сан! — послышался писклявый голосок Тоби. — А тебе чего? — Очередь свою узнать. — За семпаем твоим. Иди отсюда.       В конце концов, спустя достаточно много времени, дверь ванной открылась, и парень увидел меня в халате с замотанными волосами. — Ты что там делала вообще? — шёпотом спросил он у меня. — Голову мыла. — У тебя она трёхэтажная? — Я мыла её четыре раза. — Зачем? — Зато мои волосы теперь шёлковые, с запахом граната, лимона, яблока и клубники. — Поздравляю, у тебя на голове фруктовый салат. Иди в комнату. — А ты? — Я что зря стоял в очереди?       В комнате Итачи застал меня в пурпурной футболке, которую запросто можно было использовать, как платье, из-за её длины. В тот момент я, проголодавшись после ванных процедур, ела ботамоти. — Ты опять ешь, — заметил парень. — Еда — это искусство! — проговорила я. — Надо бы тебе это Дейдара и Сасори сказать. Примут тебя за свою. — Будешь? — я предложила ему присоединиться к моей трапезе, но парень отказался. — А жаль! Ты только представь, как паста из бобов и сладкий рис просто тают у тебя на языке, — я не знаю, кто говорил во мне тогда — эстет или обжора. — Воздержусь. — Или… Взять, например, Уиро… Это же вкуснотища! И звучит красиво… Уиро… — Это просто тянучка из сахара и муки. — Но такая вкусная! — Ты не боишься, что это плохо скажется на твоей фигуре? — На что это ты сейчас намекаешь? — Ни на что, но Конан просто постоянно говорила, что от большого количества сладостей можно набрать вес. — Я поняла, чего ты боишься! Итачи, не переживай, тебе это не грозит.       Поначалу Учиха не понял. Но позже до него дошло, что я имела ввиду. Парень, вздохнув, потянулся за данго. Внутри себя я ликовала, мне удалось переубедить этого упрямца! Ну разве я не молодец? Гордая собой, я заулыбалась, словно сытый, довольный кот. — Что? — завидев мою улыбку, спросил Учиха. — Ничего, — ответила ему я.       На весь коридор послышалось длинное «Следующий!!!» Хидана. Я засмеялась. Надо будет выдавать номерки в ванную в следующий раз. Итачи вновь задал вопрос: — Чего смеёшься? — Ничего…       Время тянулось невероятно медленно. Оба, наевшись до отвала, мы лежали на кровати, глядя в потолок. Я даже и не заметила, как уснула.

***

      Я оказалась в родном мне лесу, где я частенько прогуливалась, убегая из дому. Всё было таким знакомым, казалось, что я была тут ещё вчера. Прошло так много времени, но здесь его словно не существовало — совсем ничего не изменилось. Каждый древесный ствол был мне знаком, каждый кустик, каждая травинка. Я любила это место. Оно было какими-то чарующим, необычным. Тут было необыкновенно тихо и спокойно. Здесь шла своя, отличная от обычной, жизнь.       Я прогуливалась по тропинке, окружённой сплошь поросшим кустарником. В это части леса почти не встречались лиственные деревья. Лишь сосны и ели были здесь домами для многих обитателей леса. Мимо меня по веткам пробежали две белки, словно куда-то торопясь. Вскоре их рыжие хвостики скрылись за ветвями старых елей. По небу пролетела одинокая птица, что-то по дороге выкрикивая в даль. Постепенно хвойный лес сменился лиственным. Я ходила по родным дорожкам, улыбаясь. Здесь было прекрасно. А вот и тот самый камень, у которого мы с Итачи впервые встретились. — Прекрасное место, однако, для прогулки, — услышала я голос Мэйуми позади себя.       Я обернулась. Белая волчица направлялась ко мне, сверкая своими голубыми глазами. — Тут действительно красиво, — закончила она. — Очень, — добавить мне было нечего.       Сейчас я просто вспоминала тот момент, когда Учиха не дал мне порезать вены. Я не знала тогда, кто он, даже его имени, но всё равно с ним не чувствовала себя в опасности. Может быть, моё подсознание в те времена вообще отказывалось верить, что есть люди хуже, чем тот, кто возомнил себя в нашем клане главным, — не знаю. — Акира, мы здесь не случайно, — произнесла волчица. — Я вызвала тебя во сне. — Это сон… — Да. Ты же уже знаешь, что твой отчим захотел забрать у тебя меч, верно? — Верно. — И ты хочешь сразиться с ним, а для этого стала человеком. Да? — Человеком я стала не совсем для этого… Но сразиться хочу. Надо же покончить со всей это чертовщиной. — Не делай этого. — Что?       Я не могла поверить своим ушам. Как это не сражаться? Он испортил жизнь мне, убил моего отца, а теперь пленил мою двоюродную сестру, при чём, параллельно с этим успел прибрать власть в нашем клане к своим рукам. И мне не сражаться? Да я обязана отомстить за всё то, что он сделал! — Ты не должна этого делать, — продолжала Мэйуми. — У тебя просто не хватит сил. Он — это прежде всего сила физическая, которую ты не обойдёшь, сильнее ты его не станешь. А ещё, в него правда вселился призрак. А победить призрака в теле человека намного сложнее, чем обычного. — Я буду тренироваться, у меня даже учитель есть, — мысленно я прибавила, что вот бы он ещё и отдохнуть давал, так цены б ему не было. — И кто же это, интересно знать? — Итачи. — Этот? Я, кажется, уже говорила, кто он такой. Это ужасный человек. — И тем не менее, он спасал мне жизнь даже тогда, когда я сама была ещё человеком. И даже если он — убийца, мне на это плевать. Я люблю его, как бы тебе того не хотелось. — Ты серьёзно? — волчица немного напряглась. — Ты влюблена в убийцу. Видел бы это твой отец… — Моему отцу было бы всё равно, лишь бы мы любили друг друга. — Это он тебе в десять лет говорил. — Не смотря на это, он всегда держал слово. Может быть, поэтому он бы не имел ничего против.       Волчица молчала в ответ. Она посмотрела в небо, где мирно плыли белые облачка, чем-то напоминавшие мне дельфинов. Ей не нашлось, что сказать. Мой отец был человек — слово. Если он что-то и говорил, пусть даже в пять лет, то никогда не менял, сколько бы времени не проходило. Внезапно всё озарилось белым светом.       На лесной поляне появился темноволосый высокий мужчина, с яркими зелёными глазами. На нём был длинный красный плащ, чёрные штаны и коричневые сапоги. На правом боку в ножнах поблёскивал меч. — Папа., — тихо произнесла я, а потом громко воскликнула — Папа! — и бросилась к мужчине на шею.       Мужчина обнял меня. — Акира, — произнёс он. — Ты так выросла… Ты так изменилась…       Он улыбался мне, а я ему. Сколько же лет прошло с того момента! — Пап, что ты тут делаешь? Как тебе это удалось? — спросила я. — Кэтсэро-сан, — обратилась к нему Мэйуми. — Ваша дочь была долгое время призраком. — Я знаю, — добродушно ответил отец. — Я встретил недавно её подругу. Изуми, кажется… Она мне всё рассказала. — А что именно? — мне стало жутко интересно, один ли только призрак ближайшее время отправится на небеса или прихватит после таких рассказов с собой блондинку. — Всё. И про то, что у тебя парень появился. — Ясно, — значит, всё-таки у того призрака будет компания. — Кэтсэро-сан, вы знаете, кто этот человек? — задала вопрос волчица. — Знаю. И даже если так… Моя дочь выросла, и она может сама делать выбор. Она не ребёнок.       И всё-таки, как хорошо, что моему отцу рассказывала это всё Изуми, а не, например, Итачи. А то сейчас он бы так не говорил. — Акира, — обратился ко мне папа. — Я не знаю, что ты решишь делать, но ты должна знать одну вещь. — Какую? — Поместье мать завещала тебе. — Ты это к чему клонишь? — Она… В неё вселился призрак тоже, почти с самого начала её жизни с этим… И она недавно… Погибла от руки призрака.       В голове у меня смешивались краски и звуки, всё темнело. Моя мама меня всё-таки любила. В последний раз взглянув на отца, я провалилась в темноту…