Её призрак

POV Акира       Там было холодно. Безумно холодно. Это место было по-настоящему странным. Я шла по длинному, широкому коридору с красными стенами. Из больших окон лился какой-то тусклый и холодный белый свет, всё было словно в тумане. Я шла достаточно долго, но никак не могла дойти до конца коридора. В нём не было дверей, ведущих в комнаты, ни одной. Закусив губу, я продолжала упорно двигаться вперёд, хоть мне и казалось это бессмысленным. Холод пробирал до костей, заставляя меня покрываться мурашками. Внезапно я, свернув налево, увидела большую чёрную дверь. Подойдя к ней, я обнаружила, что у неё нет ручки.       Она была закрыта. Разбежавшись, я прошла сквозь неё, оказавшись в абсолютно пустой комнате. Отовсюду свисала паутина, пол покрывал огромный слой пыли, а стёкла окон были разбиты. Стены были серыми, как и потолок, откуда свисала, норовя упасть, разбитая хрустальная люстра. В помещении гулял ветер, заставляя грязные занавески колыхаться при малейшем его дуновении. Стояла гробовая тишина, изредка нарушаемая завыванием ветра.       Чтобы не стоять здесь всё время, я смело решила пройти через стену, предполагая, что меня может поджидать в других комнатах. Минуя препятствие, я оказалась в довольно просторной комнате. Посередине стояла большая кровать, покрывшаяся пылью за много времени, рядом был старый разваливающийся письменный стол. Недалеко стояли два кресла, местами поломанных и порванных, на стенах висели пыльные картины, заплетённые паутиной. Чуть дальше от кровати расположился старый комод и, висевшее над ним, разбитое зеркало. Осмотрев комнату, я обнаружила дверь. Она вела на старый балкон, на котором ничего не было, кроме старого, отвёрнутого от входа кресла. Я обошла его, в надежде, что из окон балкона увижу место, где оказалась. Но вместо этого моё внимание привлекла девушка, сидящая на кресле.       При её виде я здорово испугалась, но не проронила ни единого звука, чтобы не нарушать тишину, окутывающую это место. Её глаза были широко распахнуты, а изо рта текла тонкая алая струйка крови. Её лицо было мертвецки белым. Чёрные волнистые волосы падали на её худые плечи. Одета она была в белое кружевное платье, перепачканное кровью во многих местах. Из её живота торчало тонкое острие ножа.       На этом балконе мне оставаться как-то больше не хотелось, поэтому я собралась уходить, как внезапно девушка рукой крепко вцепилась мне в запястье. Моё сердце в этот момент ушло в пятки, хотя могу поспорить, что даже ниже. — Извините., — с дрожью в голосе попросила прощения я. — За беспокойство…       Глаза девушки по-прежнему ничего не выражали, она даже не моргала. Помедлив немного, черноволосая произнесла: — Спаси нас. — Кого? И от кого? Что здесь произошло? — мой правый глаз начинал дёргаться.       Но, казалось, барышня меня совсем не слушала. Она молчала, никак не отвечая на мои вопросы. — Спаси нас, — снова произнесла она каким-то равнодушным голосом. — Да от кого? Что я должна сделать? — Спаси…       Девушка отпустила меня. Её рука осталась безжизненно лежать на подлокотнике. Тут оставаться я больше не желала и просто выбежала с балкона, глазами пытаясь отыскать дверь, ведущую прочь из комнаты, но её не оказалось. — Да что за чертовщина тут с дверями? — спросила я сама у себя, заранее понимая, что ответить на этот вопрос мне не удастся.       Не медля, я прошла сквозь ещё одну стену. Тут снова была абсолютно пустая комната, ну пыль и грязь не считаются. Неожиданно я почувствовала, как кто-то схватил меня за ногу и потянул вниз. Пройдя сквозь пол я с потолка упала на пол. — Больно, — прошипела я.       Я встала, попутно осматривая комнату. Это была большая столовая, уставленная поломанными стульями и столами. На полу лежало несколько человек в лужах крови. Один из них — довольно высокого роста пожилой мужчина в сером костюме — внезапно встал и, посмотрев на меня, сказал: — Спаси нас… — От кого? Что это значит? — я ничего не понимала, а этот мужчина всё твердил и твердил, что их нужно спасти. От кого или от чего мне так никто и не сказал.       Вдруг всё озарилось синим светом. В комнате появился человек в тёмно-синем плаще. — Спаси нас, — каким-то грубоватым голосом произнёс он. — Если доживёшь до их спасения, — я более, чем уверена, что в этот момент, под капюшоном он незаметно ухмыльнулся.       Хотя постойте! Я где-то это уже слышала. Нет, читала. Неужели это мой отчим? Может быть, это сам призрак? По сути, скрывать моему отчиму своё лицо не имеет смысла, так как я всё равно его помню. — Ты и есть тот самый страшный и жуткий? — мне было очень страшно, но своему голосу я придала уверенности, чтобы мужчина не подумал, что меня так легко запугать. — Я? О чём ты? Я не тот, которого ты ищешь. Сказать по правде, он очень силён, поэтому, просто отдай меч. Можешь даже никуда не идти, просто приди в лес, найди там старый, заброшенный колодец и положи меч рядом с ним не позднее послезавтра. И да, на твоём месте я бы сделал всё, как надо. Всё-таки, мой господин силён, а то вдруг твоему дружку перепадёт чего-то…       Таинственный человек в плаще исчез. — Ага, конечно, с разбегу и в колодец! Как же! — съязвила я. — Не дождётесь! — я знала, что он меня не услышит, но почему-то захотела сказать.       В моей голове уже созрел план, как обмануть его господина. Я развернулась, в надежде увидеть хотя бы одну входную дверь, но вместо этого тут я увидела кресло с той самой девушкой, что самая первая попросила меня спасти их. — Ты, — сказала она. — Что я? — Ты… Должна спастись и спасти её, — голос черноволосой был безжизненным, монотонным и крайне спокойным, для той, которую проткнули ножом, хотя, сказать честно, я без понятия, что с ними всеми было. — Иначе… Она окажется здесь вместе с тобой. А отсюда нет выхода… — Кто я? Кто она? Что это за место? — Ты и… Хана… — Хана?! — откуда она знала. Это что за место вообще такое? — Да… Но русалка, пропев свою печальную песнь, всегда роняет золотую птицу в воду, а потом садится на гору, открывая врата золотой птицей… — Что?       Вот тут-то я окончательно запуталась. Куда я попала? В дурдом? Из глаз девушки потекла кровь, а на всём теле стали появляться трещины. Она схватила меня за руку. — Золотая птица способна на многое, — произнесла она.       Я попыталась вырваться, но почувствовала, как проваливаюсь. Брюнетка резко отпустила меня, и я почувствовала, как падаю вниз…

***

      Я резко вскочила с кровати. — Приснится же такое! — буркнула я себе под нос. — Что случилось? — рядом со мной встал Итачи. — Сон кошмарный… Ничего такого… Просто он был, как будто бы… Слишком реальный. А ещё эта золотая птица… И русалки… Странно всё это… Не бери в голову! — Ладно, спускайся завтракать, — он вышел из комнаты.       Я переоделась, расчесала волосы. Мне никак не могла дать покоя та фраза о русалке, птице, горе… Что вообще несла эта странная барышня? Что это был за бред сумасшедшего? Почему они хотели, чтобы я их спасла? Что вообще там происходило? Почему всё это было словно в реальности, я вон даже холод почувствовала, их прикосновения ко мне. И даже, если и так, то как тогда объяснить тот бред девушки? Что она этим мне пыталась сказать? Спустившись вниз, я застала Кисаме и Итачи в кухне, поедающими наглым образом все вкусняшки.       Сев к ним, я пододвинула к себе тарелку с тайяки и принялась уплетать их за обе щеки, запивая чаем. Спустя несколько минут я, как бы невзначай, спросила: — А вы ничего не слышали о русалке, поющей свою грустную песню? — Чего? — оба отвлеклись от еды. — Нет, я ничего не слышал, — ответил мне, немного помолчав, Итачи. — Я кое-что слышал, — произнёс его напарник. — А зачем тебе? — Просто так, — я пожала плечами. — А что именно ты знаешь? — Ну… Тут недалеко от деревни озеро есть, про него легенда ходит, что там русалка живёт, у неё когда-то был любимый человек, который захотел быть с ней всю жизнь и решил жить в озере… Короче, утонул он. И она каждую ночь пела прощальную песню о своём погибшем из-за неё суженом. По легенде, если услышишь эту печальную песню, то тебе станет настолько грустно, что сам пойдёшь и утопишься в озере. — Ну и сколько же утопленников в озере? — задал вопрос Учиха. — Точно не знаю. Скорее всего, эту историю придумали, чтобы туда дети ночью купаться не ходили. Неужели кто-то верит в живых русалок? — Знаешь… После того, как я познакомился с призраком, который стал человеком, меня никакими русалками не удивишь, — Итачи покосился на меня.       Я издала смешок. — А там ничего не шло про то, что она что-то роняла? — поинтересовалась я. — Да нет, вроде бы… — А как далеко озеро? — Около деревни — знаю, а сказать точно не могу. — Ясно. Спасибо, — я встала из-за стола.       Солнце палило во всю мощь. Я шла мимо деревни который час. Мне очень хотелось зайти к бабушке, как же я по ней соскучилась! Но делать этого я не стала. Сейчас я решила узнать, что же там такое за золотая птица, сама-то я во все эти бредни, которые могут быть вызваны моим подсознанием, особо не верила, но просто сам факт того, что-то, что я услышала во сне, чего по сути я знать не могла, сошлось, как-то настораживал. А что если это правда? Вдруг девушка дала мне подсказку, но не решилась сказать напрямую на случай, если за нами наблюдал тот человек в плаще? Что же… В таком случае, это звучало разумно, хоть мне всё ещё слабо верилось.       Невдалеке я увидела, как на опушке леса что-то переливается и блестит под лучами яркого солнца. Дошла! На озере никого не было, весь берег был пустым, что было очень даже на руку. Хотя, как по мне, это не озеро, просто большой пруд. Ну ладно, допустим, с момента основания легенды оно слегка подсохло, с кем не бывает? Обойдя весь берег, я поняла, что золотыми птицами тут не пахнет. Вспомнив, что русалка уронила золотую птицу, я стала вглядываться под толщу воды. К сожалению, я мало что увидела. — Блин!       Я подошла к большому валуну, который возвышался над гладью воды. К сожалению, с него тоже было мало что видно. Но вдруг, моё внимание привлек странный блеск, исходящий со дна. — Так и знала, — буркнула я сама себе и с разбегу прыгнула с камня в воду.       Вода была достаточно тёплой, чтобы в ней плавать, жаль, что я сюда не ради отдыха пришла. Под толщей воды мне с трудом удалось открыть глаза. Я посмотрела вниз. Подо мной блестело что-то непонятное. Подплыв к предмету, я распознала в этом золотой медальон с изображением головы орла на цепочке. Золотая птица! Вот же она!       Я быстро, насколько смогла, всплыла на поверхность. Выйдя из воды полностью мокрая, я решила, что в следующий раз хотя бы полотенце с собой возьму. Подул ветер, отчего я задрожала, как осиновый лист. Так, надо срочно идти домой. Так и заболеть недолго, а сейчас мне только этого не хватало. По дороге назад, я успела натереть до блеска золотую голову орла. Вот, что это за птица. Но как он там оказался, при том, что о нём знала черноволосая. Может, это она его туда кинула? А что, звучит правдоподобно. Осталось только разгадать вторую часть её загадки.       Она говорила, что садится на гору и открывает врата золотой птицей. Понятно, что ничего не понятно. Ясно только одно, что этот медальон — ключ от каких-то там врат… Но где они? Рядом с домом организации скала же, может быть, она её имела ввиду? А что? Звучит логично, может быть, там есть какая-то пещера… В целом, это тоже звучит правдоподобно. Осталось только найти эту пещеру.       Дойдя до дома, я заметила, что вся одежда на мне почти высохла. Волосы оставались едва влажными, что означало то, что мне не придётся объяснять Итачи, почему я мокрая, даль, что не додумалась до того, что лишь только я зайду в комнату, как мне придётся объяснять ему, где меня так долго носило. — Знаешь, — объясняла ему я. — Мне во сне надо было найти золотую птицу, которую русалка после её песни обронила в воду… — Чего? — удивился парень. — Да… Вот, — я показала ему медальон. — И теперь где-то на какой-то горе есть врата, которые он открывает… Я знаю, звучит, как полный бред, но я так подумала, что… — Ладно, я тебе верю. Могла бы хоть предупредить! — Хорошо. Предупреждаю сразу: меня завтра долго не будет, так как я на скале буду искать всякие пещеры и прочее. — А ты уверена, что врата на той скале? — Да, больше я никаких гор не вижу, кроме этой. — Завтра ненадолго вернуться Дейдара с Сасори, чтобы ты знала. — Я же владею невидимостью! Тебе не стоит так переживать. Я смогу за себе постоять, — я улыбнулась, заглядывая в его чёрные глаза.       Итачи улыбнулся мне в ответ, а я доказала себе снова то, что его улыбка — определённо лучшее, что я когда-либо видела за всю жизнь.       На следующий день лишь только солнце поднялось над горизонтом, я сразу же отправилась искать эти врата. Излазив всю гору вдоль и поперёк, я окончательно потеряла всю надежду на то, что смогу найти эти долбанные ворота… Неплохо так устав от всего этого, я вернулась домой, предварительно включив режим мега-беспалевности. Не найдя на кухне, чего бы поесть, я направилась на второй этаж. В комнате Итачи ему что-то рассказывал Сасори, жестикулируя, как дирижёр духового оркестра. Решив им не мешать, я пошла на уже полюбившееся мне в этом доме место — на чердак.       Солнце уже садилось за горизонт, заставляя небо багроветь под его последними лучами, из-за чего тут было достаточно темно, в прочем, как и всегда, что порой было так на руку — никто не видел света, а значит, никто не думал, что ты здесь. Щёлкнув пальцем, я вернула себе видимый для окружающих облик. Сев на старую тахту, я принялась думать над тем, что происходило в моём сне. Он был по меньшей мере странный, я бы даже сказал, что он просто больной. Я не понимала, что это было за место, где люди полумёртвые валялись. С одной стороны, это просто дом, но с другой… Почему у него нет дверей, ведущих хотя бы из комнат, я не понимаю. Вот на балкон дверь есть, а из комнаты нет.       Поначалу, я думала, что это просто что-то вроде места их заточения, но тут было несколько «но». Первое, это то, что они — призраки, могут ходить сквозь стены. Второе, даже если и не могут, они спокойно могут выйти из окон или из балкона спуститься вниз. Они так хотят помощи, но отказываются сами оттуда сбегать. Не понимаю… Почему они не сбежали до сих пор? Что-то тут явно не так просто, как кажется…       Я встала, уже собираясь идти, как вдруг моё внимание привлекла висевшая на стене старая картина. Она была вся в пыли и паутине, но это не помешало мне рассмотреть её. На ней была изображена гора на острове посередине моря. На горе располагался огромный особняк, ограждённый золотым забором. Почему-то, однако, на месте, где должны были быть ворота, красовалась огромная вмятина. — Что это? По форме она, как…       Я достала медальон и приложила орлом к месту вмятины, что самое удивительное — медальон и в самом деле идеально вписался. Я вздохнула. Что ж… Чуда не произошло. Как вдруг, стена рядом с картиной стала медленно разъезжаться в разные стороны…