Одноногая

      Флора сидела на инвалидном кресле, стараясь согреться, но уже несколько часов ничто не могло ей помочь: ни плед, ни горячий чай, ни батареи, которые недавно подкрутила её сиделка, дабы Флорабелла не замёрзла. Вновь поёжившись, девушка закрыла глаза, утопая в своих мыслях, но стоило ей это сделать как она вспомнила тот день — день, когда лишилась конечности, а как это случилось? Случилось слишком быстро. Слишком быстро её толкнули и она упала на рельсы, а не успев отползти лишилась левой ноги. Флорабелла мотнула головой и издала протяжный стон. Так она звала свою сиделку, но она, Мисс Анна, видимо не услышала, поэтому Флорабелла откинулась на спинку инвалидного кресла и, скрючившись, прокрутила руками колёса, медленно направляясь в кухню, где и сидела Мисс Анна.       Девушка въехала на кухню на своём «транспорте» и осмотрелась — пусто. Никого не было, поэтому Флорабелла вернулась в гостиную комнату и, взяв со столика пульт, включила зомби-ящик.       — На улицах города Нейплс, штат Флорида, объявилась шайка маньяков, орудующих ночью. Убийцы залезают в окна домов, прячутся в парках и убивают всех спящих или прогуливающихся. Специалисты предполагают, что убийцы живут в лесу, около кладбища, но правительство ещё… — не успела договорить женщина на экране, как Флора нажала на кнопку пульта, не желая слушать этот бред. Здесь — дома — ей ничего не грозит, а всё что говорят по телевидению — чистейшая ложь, созданная для привлечения внимания! Найдя новый канал, Флорабелла Моро уставилась на экран, а точнее на верхний левый угол, на котором можно было увидеть сегодняшнюю дату.       — «Двадцать девятое сентября…»— прочитала шатенка, вспоминая что это за дата, — «Ах точно! Как я могла же забыть?! Завтра я смогу вновь ходить!» — подумала Моро, а её уголки губ поднялись. Как же было приятно осознавать, что завтра с папой они поедут в больницу, где ей установят протез, а уже через несколько минут после этого она сможет бегать и прыгать.       — Флора! Флорабелла! — услышала сиделку шатенка, оборачиваясь в сторону прохода, из которого высунулась голова Анны. — Кушать будешь?       — Угу… — Фролабелла хоть и могла разговаривать, но всё же не любила это делать, когда можно ответить кратко и её поймут. Проглотив слюну, девушка проводила взглядом сиделку, что ушла на кухню разогревать еду. Флорабелла склонила голову набок и оглядела комнату: телек на тумбочке из тёмного дерева, диван, бежевые обои, окно и синие шторы. Шатенка подъехала к окну и посмотрела в него: серые тучи затянули небо, не давая ни одному лучику пробиться сквозь себя и озарить землю, прохожие в тёмных одеждах тянулись словно муравьи от остановки по дороге куда-то вдаль, а высокие многоэтажки тянулись к небесам своими макушками. Флорабелла тяжело вздохнула и надула губы, не переставая смотреть на шагающий куда-то людей. Шагающих.       — Флорочка! Держи, кушай!— Анна зашла в комнату и, поставив на колени сидящей Флоры поднос с едой, добродушно улыбнулась желтоватой улыбкой. Флора кивнула в знак благодарности и постаралась улыбнуться, но тщетно. Если она сама этого не захочет у неё не получится.

***

      И вот настал день, которого ждала больше месяца шатенка. Сейчас она сидела в отцовском автомобиле на пассажирском сидение, обтянутого чёрной кожей, во втором ряду, за отцом, который нервно заводил машину. Почему же он нервничает? Его дочь вновь сможет встать на ноги и радоваться жизни!       Рядом с девушкой сидела Анна, сжимая в руках ярко-красную сумочку из какого-то странного материала. Скорее всего это был заменитель кожи. Флора поёжилась и подала голос:       — Включи музыку, папа!.. пожалуйста…       На просьбу дочери отец моментально отреагировал, ткнув пальцем на встроенный экран. Из динамиков машины просачивалась немного депрессивная и в то же время медленная музыка, заставляющая Флорабеллу закрыть глаза и вспомнить мать: её золотистые пряди волос и серые глаза с зеленоватыми крапинками. Приятно было хранить изображение матери в памяти, но всё же она мертва. Мертва из-за какого-то пьяного ублюдка, который сел за руль и выехал на красный цвет, когда мать Флоры перебегала дорогу…       — Флора, всё хорошо? — поинтересовалась Анна. Как же она надоела Флорабелле со своими глупейшими вопросами!       — Угу… — кивнула шатенка, не открывая глаз. Сейчас со стороны она выглядела как человек, которого может в любой момент вырвать, а всё из-за бледного цвета кожи, который становился серовато-зелёным при плохом освещении. Своей кожи и её оттенка Флора никогда не стыдилась и поэтому привыкла к тому, что часто многие задают вопрос: «Тебе хорошо, девочка?»       В то время они уже ехали по дороге. Их окружали небоскрёбы, деревья, с чьих ветвей уже опало много листьев, и маленькие голые кустики.       — «Конец сентября…» — подумала Флора, смотря на всю эту мрачную картину. На улицах ещё было мало людей, поэтому можно было видеть немного грязные улицы города и жёлтую траву, которую обычно заслоняли своими телами прохожие. Флорабелла аккуратно дёрнула сиделку за рукав, чтобы та дала Флоре книжку, которую девочка сейчас читала. Руки Анны полезли в сумку, а потом протянули Флорабелле книжку и очешник серо-фиолетового цвета, в котором были очки с чёрной оправой. Напялив на себя «очечи», шатенка открыла на нужной странице книгу и начала читать:       — «Увидев, как к ней бегут Нэйтан и Кэйл, во весь голос выкрикивая её имя, Белль не выдержала. Ноги под ней подогнулись, и она, почти теряя сознание, сползла на холодную землю. Кэйл поддержал её, обняв за плечи, а Нэйтан взял её вещи…»— не успела дочитать Флора, услышав брань отца:       — Чёрт-те побери! Куда он едет?! — возмущался мужчина, закатывая глаза, Флорабелла лишь молча сидела, уставившись в одну точку и облизывая обсохшие губы.       — Как таким права дают?.. — добавила Анна, потирая пальцами лоб. — Ох, Флорочка, мы уже скоро приедем!       — «Не называй меня так, жаба!»— подумала Флора, не отводя глаз от впередистоящего сидения. Ей так надоело всё это, уже скорей хотелось пойти в школу и встретить там друзей. Девушка мотнула головой и вспомнила про книгу, но почему-то читать отпало желание, поэтому Флора положила очки в их коробочку, а закладку в книгу. Уже так хотелось приехать в эту несчастную больницу!       Вдохнув по-больше воздуха, шатенка подтянулась, зевая, а потом закрыла глаза, и опять образ матери всплыл перед ней.       — Выходим, мы приехали!— радостно прокричал отец Флоры, открывая дверь машины. Флорабелла посмотрела в окно: трёхэтажная больница, огромная стоянка машин и небольшой парк, где уже во всю прогуливались люди. Тут дверь рядом с Флорой открылась, и Анна протянула шатенке руки, дабы той было легче выйти, но Флора скатилась с сидения и встала на одну ногу, а потом села на инвалидное кресло.       Когда Флора, её отец и Анна зашли в больницу, девушка вспомнила про телефон, что лежал в кармане. Достав свой потрёпанный телефон, шатенка зашла в мессенджер и стала перечитывать переписку её одноклассников. Дочитав всю эту «упоротость», Флорабелла написала что-то на подобии «Всем привет», и сразу кто-то ответил, Флора бы не переставала общаться с одноклассниками в группе, но только на весь коридор больницы раздался голос из динамиков:       — Флорабелла Моро! Пройдите в кабинет номер сто тридцать восемь на установку протеза! — Флора надавила руками на колёса и долъехала к белой двери. Прикусив губу и отведя взгляд в сторону, девушка толкнула дверь и та со скрипом открылась, давая Флоре путь в белый кабинет, в котором за столом сидел врач.