По-человечески и с мозгами 1330

Kiuochi автор
Реклама:
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
Чон Чонгук, Пак Чимин, Ким Сокджин, Ким Намджун, Чон Хосок, Ким Тэхён, Мин Юнги
Рейтинг:
G
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Hurt/Comfort Дружба Повседневность Флафф

Награды от читателей:
 
Описание:
- Это не наши фанаты, хён, - жёстко припечатывает Чонгук и встряхивает Чимина за плечи. - Это, чёрт возьми, не наши фанаты, слышишь? Наши арми не пишут про нас грязь, наши арми любят нас не просто за красивые лица и задницы в кожаных штанах, понимаешь? Они любят нас такими, какие мы есть, они любят нашу музыку, любят то, что мы делаем.

Посвящение:
Всем даунам, которые из-за отсутствия мозгов поливают ребят дерьмом, пишут о них дерьмо и шлют им дерьмо. Понятно, что российских даунов, слава Сатане, в Корее никто не "услышит", но и среди шарящих в энглише и корейском есть достаточно дегенератов. Особенно мне запомнился момент, как во время совместной трансы Чимина и Чонгука ебанутые вигукеры писали в коммы "вигуки из риал" и слали кучу черепов Чимину. Просто надеюсь, что в потоке ленты он этого дерьма не увидел или не успел прочитать.

Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде

Примечания автора:
Впервые я на стороне ЧиГуков, несмотря на то, что ненавижу эту пару. Меня просто вывели из себя последние многочисленные комментарии, в которых не менее многочисленные малолетние и многолетние тупомозглые идиотки поливают Чимина грязью и дерьмом, называют его шлюхой, говорят, пошёл бы он нахуй из группы, потому что, внимание, ОН МЕШАЕТ ВИГУКАМ БЫТЬ ВМЕСТЕ. Забавно то, что эти две шипперские группы всегда срутся, но! Если ЧиГуки поливают дерьмом ВиГуков или вигукеров в общем, то любители ВиГуков почему-то переходят на личности. Какого дерьма я о Чимине только не прочитал за эти дни. Из-за костюма он похож на шлюху, виснет на Чонгуке, вообще охуел, да из-за этого Тэхён страдает, и отношения Тэхёна и Чонгука просто на грани, и Чимин редкостная сука. ВЫ, БЛЯТЬ, ОТЧНИТЕСЬ, ДАУНЫ, И ПОЙМИТЕ НАКОНЕЦ-ТО, ЧТО ОНИ НЕ ТОЛЬКО ПРЕДМЕТ ДЛЯ ВАШЕГО ЕБУЧЕГО СТРАХИВАНИЯ, ОНИ ЕЩЁ И ДРУЗЬЯ, СЕМЬЯ, ГРУППА. Но кому до этого есть дело, верно? Я ненавижу ЧиГуков, это не мой краш от слова "совсем", но никогда я не переходил на личности, потому что я ГРУППУ люблю, а не ТУПО СТРАХИВАТЬ СМАЗЛИВЫЕ ЖОПЫ.

№1 в топе «Джен по жанру Флафф»
№2 в топе «Джен по жанру Повседневность»
№2 в топе «Джен по жанру Дружба»
№2 в топе «Джен по жанру Hurt/comfort»
№9 в топе «Джен по всем жанрам»

Так же текст выложен здесь: https://www.wattpad.com/story/146004728
21 апреля 2018, 20:39
Когда Сокджин нависает грозным коршуном, Чонгук привычно натягивает маску невинного ребёнка на лицо и робко улыбается, бормоча что-то о том, что ни в чём не виноват. Когда Сокджин сверкает зло глазами и больно хватает за плечо, впиваясь в кожу кончиками пальцев так сильно, что точно синяки останутся, становится уже не до игр. Прошипев что-то невнятное, Чонгук скидывает чужую руку с плеча и смотрит тяжело, одними лишь глазами спрашивая, какого чёрта, и Джин тут же отстраняется, скрещивая руки на груди. - Я терпел все твои выходки, Чонгук, - говорит Сокджин, и от его серьёзного тона и пристального взгляда по спине бегут мурашки. - Я прощал тебе фривольное обращение с собой, закрывал глаза на многие твои идиотские поступки, затрагивающие не только мой покой, но и покой всех остальных. Я постоянно защищаю тебя перед Намджуном и менеджерами, даже если ты действительно виноват, но это? Это я тебе с рук спускать не собираюсь. Ты всегда к Чимину относился как к младшему, постоянно донимал его и дразнил, пользуясь тем, что он слишком мягкий для того, чтобы одёрнуть тебя, но границы, Чонгук, должны быть у всего. Чонгук не понимает, совершенно точно не понимает, что происходит. Сокджин выглядит так, будто готов как следует ему врезать, а после ещё и собственноручно за шкирку вытащить на «коллективный совет», чтобы каждый из мемберов внёс свою лепту в порицание макнэ и свою долю в отвешенные ему подзатыльники. Ситуация чертовски сложная, непонятная и давящая, Чонгуку было бы куда легче, если бы он знал, что успел натворить. Но в том-то и проблемы, что даже если парень и натворил что-то, ничего из этого не касалось Чимина. Пак вообще в последние несколько дней ходил как в воду опущенный, Чонгук в его присутствии думал о том, что понимает, как люди в мире Гарри Поттера чувствовали себя в присутствии дементора. Вот уж точно «мне стало так тоскливо, как будто всю радость выкачали». - Я ничего такого не сделал, - запоздало отозвался Чонгук, чувствуя волны неприязни от Сокджина, что вновь слегка навис над ним. - Ещё несколько дней назад всё было в порядке, а после у нас было расписание, мы и общались-то только на сцене и за кулисами, после расползаясь по своим углам. Так что если у Чим-хёна что-то случилось, я ни при чём. - Разумеется, - усмехнулся Сокджин и громко фыркнул. - Разумеется, ты не виноват. Ты никогда не виноват, Чонгук. Ты вывернешься, даже если тебя застанут на месте преступления в крови и с ножом в руке. Я не собираюсь с тобой спорить, ясно? Ты просто прямо сейчас поднимаешься с этого чёртового дивана, идёшь к Чимину и извиняешься перед ним. С учётом того, что ты вообще за языком не следишь, я не удивлён, что ты считаешь себя невиновным, ведь тебе гадость сказать - как нам всем дышать. Сокджин уходит так же быстро, как и появился. Чонгук не успевает ничего ему ответить, да и нечего ему говорить. Поднявшись с нагретого места, макнэ засунул телефон в карман штанов и нехотя направился в комнату своего самого нехёнистого хёна. Чонгук ни в чём не был виноват, он не конфликтовал со старшим и не задирал его в последнее время, слишком уставал для этого, но невозможно было не признаться себе в том, что Сокджин вообще-то прав. Чонгук не очень любил заниматься самоанализом, но прекрасно понимал, Джин сказал правду. Разбалованный вниманием и вседозволенностью, Чонгук часто вёл себя вызывающе, не следил за тем, что говорит или делает. И пусть он был уверен в том, что к состоянию Чимина не имеет никакого отношения, червячок сомнения всё же грыз изнутри. А если действительно сумел задеть, сам того не желая? Если опять ляпнул что-то, из-за чего Чимин обиделся или вновь начал копаться в себе? «Человек с вечными комплексами, появляющимися из ниоткуда и уходящими в никуда» - любит говорить Намджун о Чимине, и Чонгук с ним согласен. Чимин очень впечатлительный, постоянно переживает и волнуется из-за пустяков. То танец не получается, то голос срывается при пении, то внешность какая-то не такая, то вес лишний, то руки маленькие, то волосы как-то не так подстрижены и делают страшным. У Чимина очень много демонов в голове, Чонгук знает это, прекрасно знает. И мысль о том, что именно он виноват в чужом дурном настроении, неприятна и болезненна. Чимин - солнце группы, Чимин мягкий и добрый, Чимин всегда поддерживает, слушает, когда нужно выговориться, утешает, смешит, развлекает. Пак не обязан, он точно так же устаёт, но такой он просто человек, и Чонгуку часто тошно от самого себя становится, когда макнэ вспоминает, сколько раз незаслуженно обижал его. « Но в этот раз я не виноват», - думает Чонгук, коротко стуча в чужую дверь и слишком крепко сжимая дверную ручку, задерживая на ней пальцы. - «Ведь... Не виноват же?». Чимин выглядит плохо, очень плохо. У него как всегда чистые растрёпанные волосы, опрятная домашняя одежда и порядок в комнате. Чимин валяется на постели с телефоном, на тумбочке раскрытая шоколадка, а на пухлых губах - улыбка. Чонгук застывает, видя эту улыбку, и медленно шумно выдыхает. Плохо. Просто ужасно. Если Чимин нацепляет маску весельчака, если он на целый день запирается в комнате, ограждаясь от всех, если у него синяки под глазами, несмотря на несколько выходных, и матовый взгляд с налётом фальшивых эмоций, дело - дрянь. Молясь всем богам о своей непричастности, Чонгук закрывает за собой дверь, подходит к постели и плюхается на её край. Игнорируя чужое недоумение, макнэ на всякий случай строит жалобный вид и преданным щенком смотрит на севшего прямо Чимина, что отложил телефон в сторону и с изумлением смотрел на непривычно тихого младшего. - Прости, хён, - говорит Чонгук и осторожно берёт старшего за руку, сжимая мягкую тёплую ладонь в своей. - Прости, если я чем-то тебя обидел. Я не хотел, правда. Ты ведь знаешь, хён, я часто говорю и делаю глупости, не стоит обращать на это внимание. Если я задел тебя, то прости, ладно? Я не хотел этого, я ведь очень люблю тебя, Чим-хён, и не хочу, чтобы из-за меня ты ходил понурый, не хочу, чтобы ты думал, что я ненавижу тебя или что-то подобное. Я просто... - Ох, Чонгукки... Чимин улыбается так тепло, так мягко и понимающе, что Чонгук не может сдержаться, подаётся вперёд и крепко обнимает старшего. На душе разом становится легче, ведь Чимин не отталкивает, посмеивается над ухом пыхтящего ему в шею парня, поглаживает по спине, плечам, ерошит волосы, зарываясь в них пальцами, поглаживая ласково. Чонгук как-то сразу понимает, что дело действительно не в нём, и отстраняется, но лишь для того, чтобы сменить положение и сесть рядом со старшим. - Я не злюсь на тебя, ты здесь вообще не при чём, - успокаивает Чимин и отводит взгляд. Чонгук замечает, как стекленеет чужой взгляд, замечает судорожно сжавшие смартфон пальцы. Мысль появляется в голове сама собой, и парень выхватывает телефон из чужих рук, снимая блокировку с экрана. Изнутри рвётся раздражённый вздох, а сам Чонгук переводит потяжелевший взгляд на поникшего Чимина и подрывается с места, откидывая телефон на постель и тыча пальцем в сжавшегося старшего. - Ты опять читал это, да? Опять читал всю эту грязь, что пишут о тебе, а теперь сидишь здесь и сопли на кулак наматываешь? Мало тебе забот и проблем, так ты решил таким образом поразвлекаться на досуге? - Чонгук, - начинает умоляюще Чимин, но макнэ прерывает его громким фырком. - Замолчи, хён, я не хочу ничего слышать. Ты несколько дней ходишь как в воду опущенный, из-за чего Джин-хён сорвался и чуть не оторвал мне голову, виня во всех грехах, виня в том, что это я тебя довёл до такого состояния, а ты просто сидишь и читаешь комментарии этих малолетних идиоток и грузишься? Тебе что, заняться больше нечем? Так сходи погуляй, встреться с друзьями, поиграй в игры с Тэ-хёном, попроси Джин-хёна научить тебя готовить тот соус, который тебе понравился. У нас наконец-то свободное время, а ты что делаешь? Вновь выхватив телефон из дрожащих рук взявшего его Чимина, Чонгук открывает ленту комментариев к одному из видео с последнего концерта и едва сдерживается от потока нецензурной лексики. Разумеется. Разумеется, Чимина вновь поливают грязью. И выглядит он ужасно, и из-за ремней костюма выглядит, как шлюха, и виснет на всех подряд, и «да как он смеет лапать Чонгука?». От последнего комментария Чонгук чувствует, как глаза застит пелена ненависти. Он любит фанатов, он любит всех фанатов, всех и каждого в отдельности, но это... - Это не наши фанаты, хён, - жёстко припечатывает Чонгук и встряхивает Чимина за плечи, заставляя посмотреть себе в глаза. - Это, чёрт возьми, не наши фанаты, слышишь? Наши арми не пишут про нас грязь, наши арми любят нас не просто за красивые лица и задницы в кожаных штанах, понимаешь? Они любят нас такими, какие мы есть, они любят нашу музыку, любят то, что мы делаем. Они одаривают нас своей любовью и поддержкой, они плачут, если нам плохо и больно, они смеются, когда мы счастливы. Мы с ними на одной волне, они - наше всё, и никто, слышишь? Никто из арми никогда не напишет о том, что ты выглядишь, как шлюха, хён. Никто из арми никогда не напишет, что ты страшный и бесталанный, что тебя нужно было выгнать из группы, что без тебя было бы лучше. Наши арми добрые и любящие, открытые и только для нас. Никто из них никогда не подумает о нас плохо, и даже если они узнают о том, что между нами бывают и ссоры, и драки, они всё равно будут на нашей стороне, они поймут нас и не будут за это злиться, потому что это жизнь, и все мы живые люди, а не красивые куклы. А эти... Презрительный взгляд на экран погасшего телефона, а после Чонгук заглядывает в полные слёз глаза Чимина и нервно ему улыбается. - ... эти люди - не наши фанаты. И обращать на них внимание, слушать то, что они говорят, тебе не нужно. Потому что это бессмысленно, потому что в их словах нет правды и истины, потому что никто из них не знает о тебе ничего, потому что никто из них и не хочет о тебе ничего знать. Они сидят где-то там в своих комнатах и пишут всю эту грязь про тебя, но тем лишь доказывают, какие грязные изнутри они сами. А ты не такой, Чимин-хён. Ты самый лучший человек, которого я только знаю, ты для нас родной и любимый, ты для нас всех - семья. Чимин уже не сдерживается, и слёзы бегут по его щекам. Тяжело дыша после своей пылкой речи, Чонгук садится рядом с ним и крепко обнимает за плечи, позволяя чужим слезам стекать на свою футболку, отчего та покрылась серыми крупными пятнами. Чимина трясёт немного от едва сдерживаемой истерики, а Чонгука трясёт от злости. Он бы врезал каждому, кто говорит плохо о Чимине, но не может этого сделать, и остаётся лишь сидеть и крепко обнимать, давая понять, что старший не один и никогда в одиночестве не останется. - Я просто не понимаю, - сипит Чимин и нервно вытирает мокрые щёки, после вжимаясь лбом в плечо макнэ и шмыгая носом. - Не понимаю, за что они злятся на меня, за что ненавидят? Они пишут... Пишут, что я не должен стоять рядом с тобой, что не должен обнимать Тэхёна. Они злятся, когда я встаю между вами, и я знаю, есть среди фанатов шипперы, для этого и существует фансервис, но неужели из-за этого они ненавидят меня? Из-за того, что я друг Тэхёна, из-за того, что я твой друг? Почему мне нельзя обнимать вас, почему мне нельзя стоять рядом с вами, смеяться над вашими шутками? Они пишут обо мне мерзости, поливают меня грязью, во время личных трансляций или во время трансляций с тобой шлют «блюющие» смайлы и черепа. Они едва ли не прямым текстом говорят о том, что лучше бы меня вообще никогда не существовало. Почему я должен... - Ты никому ничего не должен, хён, - обрывает Чонгук и мягко оглаживает старшего по спине, вжимаясь губами в его лоб. - Я же сказал, такие люди - не наши фанаты, они видят лишь то, что хотят видеть. Все они бесконечно тупые и ограниченные. Так почему тебя волнует их мнение? Почему ты всегда заостряешь внимание лишь на плохом? Один человек тебе напишет, что ты некрасивый, толстый и не умеешь петь, и ты разве что к директору не идёшь с просьбой разрешить тебе покинуть группу, игнорируя при этом миллион человек, которые говорят о том, что ты - лучшее, что вообще могло случиться с ними за всю жизнь. Ты читаешь мнение какой-то глупой девчонки, которая даже в реальности никогда тебя не видела, но не обращаешь внимания на слова своих старших коллег, учителей, директора и нас о том, что ты достиг высот, что ты невероятен, что твоё упорство приносит плоды, что ты вообще самый трудолюбивый человек из всей группы. Когда ты наконец-то правильно расставишь приоритеты? Пора бы понять, Чимин-хён, на кого стоит обращать внимание, а на кого - нет. Чимин бормочет что-то невнятное, вроде как оправдывается, но Чонгук не слушает. Ему неважно, что и кто пишет о группе, о каждом из них. Прислушиваться стоит лишь к мнению тех, кто действительно что-то понимает в этой жизни, понимает в музыке, понимает в бизнесе и в самих отношениях между людьми. Слушать людей, которые смотрят лишь на красивые обложки и пребывают в своих отвратительных фантазиях, в которых только два смазливых мальчика, и больше ничего, уж точно не стоит. Это не фанаты, это не любимые верные арми. Чонгук даже не знает, как назвать таких людей, и дело не в том, что парень не может подобрать слова, а в том, что на подобную грязь просто не стоит обращать внимания. - Я рад, что вы помирились, - говорит Сокджин, когда парни выходят на кухню. - Мы и не ссорились, хён, а ты на меня наорал, - фыркает Чонгук и скрещивает руки на груди, требуя стреляющим молниями взглядом извинений. - Что ж, тогда зачтём это к следующему разу, - фыркает Джин и возвращается к нарезанию салата. Чонгук бормочет о несправедливости и «вот так всегда, вечно только я виноват, меня никто здесь не любит!», Джин закатывает глаза и впихивает в руки ребёнка банку сладкого молока, а Чимин негромко посмеивается и наливает себе чай. В кругу друзей хорошо и спокойно, уютно и дышится легко. Чимин улыбается с нытья Чонгука, когда тот выпрашивает сладкое до ужина, и помогает Джину готовить тот самый невероятно вкусный соус. Когда подтягиваются все остальные, Пак старательно отводит взгляд, но сбежать не успевает, Юнги оказывается быстрее. Чонгук не слышит, о чём они разговаривают, но точно знает, что после ужина парочка сбежит, чтобы пойти поговорить по душам и выпить, расслабиться. Юнги был хорошим собеседником, всегда умел подбирать слова, а ещё он был тем, кто наравне с Чонгуком пытался вдолбить в голову Чимина простые истины вроде «да ебал я их всех в рот, они тупомозглые моральные инвалиды, слушай хёна, хён умный». После таких разговоров «по душам» Чимин очень быстро восстанавливал душевное равновесие и вновь улыбался искренне, чему радовались все вокруг. - С ним наконец-то всё хорошо? - негромко спрашивает Хосок, кивая в сторону Чимина, и Чонгук едва заметно улыбается. - Нет, пока. Но я уверен, Юнги-хён вправит ему мозги. - Юнги-хён может, - усмехается Хосок и возвращается к разговору с Тэхёном. Чонгук же попивает своё молоко и наблюдает за Чимином. Чимин улыбается, Чимин смеётся, Чимин виснет на плечах Намджуна и клянчит у него что-то. От такой картины в груди разливается тепло, и Чонгук сам не замечает, как начинает улыбаться. «Хочу, чтобы Чимин-хён никогда больше не плакал», - загадывает макнэ просто так и сминает опустевшую баночку от молока. Звёзды, может, и не исполнят его желание, но макнэ не пожалеет сил, сделает всё для того, чтобы чужая тёплая улыбка не гасла как можно дольше.

|End|

Примечания:
https://vk.com/kumamon_tt
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Реклама:

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net

Реклама: