Пока смерть не разлучит нас.

Я стоял около зеркала, и пытался привести себя в максимально классный вид, чтобы Томми понравилось. Вдруг, в дверь постучали. — Тук — тук, можно? — спросил женский голос напоминающий Каю. — Я ему не понравлюсь в этом дерьме. — одернув галстук, я кинул его на диван, где лежало уже 5 галстуков. — Может еще не поздно все отменить? Кая усмехнулась. — Ну уж нет, Дил. Во-первых я вас свела, что дает мне чувствовать себя купидоном. Во-вторых, я горбатилась над декором, тортом и прочим. — она подошла к шкафу, где лежали мои вещи, и треклятые галстуки в том числе. — В-третьих, ты любишь Томаса, и знаешь, что если все отменишь — он подумает, что ты передумал. — она пожала плечами, и начала рыться в вещах. Я вздохнул. — Что есть, то есть. Эй, что ты делаешь? — спросил я, подойдя к девушке. — Я знаю тебя, как свои пять пальцев. — она достала бабочку. — И то, что тебе подойдет в том числе. Она надела на меня аксессуар и оценивающе посмотрела. — Идеально. Не был бы ты геем, я бы тебя увела у Томаса. — саркастическим, но насмешливым тоном сказала подруга. — Волнуешься? — Ты бы знала как, мне кажется, что я и двух слов связать не смогу. — я все еще подправлял костюм, боясь что-то упустить. Она схватила меня за плечи, и потащила к выходу. — Слова помнишь? — спросила Кая, толкая в сторону двери. — Нет… Да. Дерьмо! — я хлопнул себя по лбу. — Значит помнишь. — я перестал сопротивляться, и отдался рукам Каи, которые выпроваживали меня из этой комнаты. Ну что ж Дилан, остались минуты, и ты станешь Сангстером. Сердце бешено колотилось в груди, казалось, что оно вот-вот выпрыгнет. — Спокойно Дилан. Дыши ровно, и веди себя спокойно. — шепотом сказал я себе, пытаясь успокоить. Но сделал только хуже, потому что подумал о Томасе. Голом Томасе. Кая оглядела меня с низу до верха, но ее глаза остановились на моем члене. — Дилан, спрячь его. — зашипела девушка. — Убери, не знаю, заставь его не выделяться. — Я пытаюсь, Кая! — я зашипел еще сильнее. — Ладно, хуй с ним. Пусть стоит. Девушка глубоко вздохнула и чмокнула меня в щеку. — Так, если спотыкнешься, я тебя голыми руками придушу. Ты меня понял? — я кивнул. — Люблю тебя. — она побежала вниз по лестнице к остальным гостям, и наверняка к Ки, чтобы рассказать о моем небольшом конфузе. Как только она спустилась, я услышал хлопки в ладоши, которые говорили о том, что пора начинать церемонию. Рядом со мной встал отец. — Сын, хоть я и до сих пор не могу понять, каким образом мы упустили то, что происходит сейчас, и почему это не девушка, но все же. Я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. — он искренне улыбнулся, что заставило меня немного отвлечься. Зазвучала лиричная музыка, которая заставила меня содрогнуться. Я взял отца за локоть, я сжал руку. Приказав себе считать ступеньки, мы начали спускаться. Одна. Две. Три. Четыре. Все мое тело дрожало. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Начали виднеться гости, которые смотрели на мою, наверняка ярко-алую, рожу. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. На тринадцатой лестница закончилась, осталась основная, которая выходит на улицу. Когда мы подходим к двери, я отчетливо вижу всех. Горевшую от радости Каю, насмехающегося Ки, мама, которая смотрела на меня с любовью и пониманием, других гостей, которые завораживающе смотрели на происходящее. И Томми. Человек, с которым я хочу связать узы брака. Человек, в которого я влюбился в первый день нашего знакомства. Я люблю его больше жизни. Мы начали спускаться по лестнице, и я сосредоточил свой взгляд на Томасе, который в свою очередь сосредоточил свой на мне. Знаете, когда очень любишь кого-то, и находясь рядом друг с другом, для вас перестает существовать весь мир. К черту людей, к черту все. Только вы двое. Я и он. Томас — тот самый, который заставил перевернуть мой мир вверх дном. Тот самый человек, которого я искал всю свою сознательную жизнь. Сначала, я конечно же думал, что это будет девушка, но это оказался он. И я счастлив, что это именно Томми. Через пару секунд он станет моим Томми. Мы с отцом дошли до алтаря. Тот протянул мою руку, в руку Томаса. Жених лучезарно улыбался, что было слишком заразительным. — Прошу всех сесть. — приказал отдаленный голос свидетеля. — Томас Броди-Сангстер, — он кивнул парню. — Дилан О’Брайен, — следом он кивнул мне. — Пожалуйста, повторяйте за мной. — приказал мужчина. Его отдаленный голос начал говорить клятвы, но мы и сами все знали. — Я — Томас Броди-Сангстер, беру тебя, Дилан О’Брайен, в законные мужья. Я собираюсь быть тебе опорой. — сладко говорил Томас, от чего у меня подкашивались ноги, но я все-таки подхватил его. — В богатстве и бедности. — произнес я, и в полной тишине услышал чьи-то всхлипывания. — В богатстве и бедности. — повторил Томас. — В болезни и в здравии. — сказал я, опускаясь взглядом к губам любимого. — Любить тебя… — Томас последовал моему примеру и опустил свой взгляд на мои губы. — Пока смерть не разлучит нас. — сказал я, переводя дыхание. Будет очень плохо, если я упаду. — Клянусь. — сказал Томас, переведя взгляд на мои глаза, продолжая улыбаться. Еще пару слов, один поцелуй и мы вместе навсегда. — Клянусь. — сказал я, смотря ему в глаза. Отчетливая любовь, читалась в его глазах. «Люблю тебя» стало последней фразой, и мы поцеловались. Его губы были сладкими и опьяняющими, я утопал в них. Нам хлопали, но я не слышал их. Я чувствовал только Томаса, я чувствовал только его душу, его губы. Он был рядом, и этот поцелуй помог слиться нам в единое целое. Я люблю его, и не отпущу никогда. Поцелуй длился долго, что меня радовало. Постепенно мир уходил из-под ног, а люди исчезали. Остались только мы вдвоем. — Я никогда не отпущу тебя. Слышишь? — сквозь поцелуй сказал Томми. Я улыбнулся и мы снова поцеловались.