Думать надо было раньше

Кругом сплошная тьма, беспросветная. Ничего не видно, хоть глаз выколи, однако под ногами чувствовалось абсолютно твердая «почва». Ну, и куда же на этот раз я попала? - Ей! Есть тут кто-нибудь? - А в ответ ничего… Я решила пойти куда-то вперед, вдруг, чисто теоретически, обо что-нибудь споткнусь. Но этого не происходило. Я ни на что не натыкалась ни ногами, ни руками, ни головой, но было чувство, что я не одна здесь нахожусь, что кто-то за мной следит, но кто и зачем… Сделав еще несколько шагов, я остановилась и резко развернулась. - Я знаю, что ты здесь! Выходи! Хватит прятаться! Один хлопок в ладоши, и пространство осветили десятки огненных шаров парящие в воздухе. Привыкнув к свету, я увидела перед собой два кресла, в одном из которых сидел кто-то. Неуверенной походкой я стала приближаться к неизвестному, и чем ближе я подходила, тем отчетливее я понимала, что передо мною сидит особь женского пола. - Кто ты? – спросила я, остановившись на расстоянии вытянутой руки от незнакомки. На ней был черный плащ, а капюшон скрывал половину лица, поэтому я смогла различить лишь слабую улыбку перед тем как она ответила мне. - Рия… - Это твое имя? – Мне казалось, что она чего-то не договаривает. Таких имен в мире просто не существует, а значит, что это сокращение! Я не знаю почему, но вдруг резко захотелось узнать об этой женщине все, что только можно, и я никак не могла объяснить этого рвения… - Сокращение… - Почему? От какого имени? - Мое имя длинное… Вот окружающие смер… люди и укоротили его до Рия, - спокойно ответила дама, откинувшись в кресле. – А перед тем как ответить на второй вопрос, я предлагаю тебе кое-что посмотреть. – Я с подозрением покосилась на пустующее кресло. – Присаживайся, оно не кусается. - Надеюсь… Заняв свое место, краем глаза я заметила, как незнакомка вытянула руку вперед, и щелкнула пальцами. Может только мне так кажется, или сейчас произойдет что-то плохое? - Ничего подобного, - улыбнулась женщина, хотя правильнее сказать девушка. – Я просто покажу некоторые моменты из жизни одного живого создания. Тебе понравится, я обещаю. Перед нами в буквальном смысле того слова повисли несколько белых прямоугольников. И на это я должна смотреть? Что за ерунда! И почему просто нельзя сказать как отсюда выбраться? Мне надоела эта темнота, и я хочу выбраться на свет божий! Выпустите меня отсюда! - Во-первых, это не просто прямоугольники, а видеоокна. Во-вторых, мы находимся в твоем сне. В реальности ты спишь, а то, что происходит сейчас вокруг тебя, можешь считать плодом своего воображения, но боюсь, что скоро ты изменишь свое решение. – Я только сейчас поняла, что говорила все это вслух. Плохая привычка! - Показывай, что хотела, - выкрикнула я, испепеляя незнакомку взглядом. Она указала пальчиком на первое видеоокно. Ну, все! Понеслась душа в Рай! Был конец осени, и приближалась зима. По одной из улиц города N шла молодая семья: высокий черноволосый мужчина, женщина, которая едва доставала ему до подбородка, и девочка лет пяти, задорно смеющаяся. Девчушка гордо восседала на плечах отца, а он в свою очередь крепко держал малышку за ноги, дабы с его маленьким счастьем ничего не случилось. В какой-то момент доброе лицо матери изменилось на строгое, на лбу наверняка появились морщинки, умело скрытые челкой. Женщина что-то пыталась вдолбить своей упрямой дочери, но та не обращала внимания на замечания, и продолжала настаивать на своем. - Когда я вырасту, я выйду замуж за папу, и мы будем жить долго и счастливо! - Нет, папа мамин! – воскликнула женщина, и вцепилась мертвой хваткой в руку мужа, тем самым показывая, что уступать в этом споре, да еще и со своей родной кровинкой, она не намерена. - Юные леди, успокойтесь! Меня на всех хватит. – Мужчина знал, что эта фраза обязательно подействует на них как успокоительное. А люди проходили мимо них, не обращая никакого внимания на эту забавную пару. У них и так полно своих проблем в жизни… - Что скажешь? – поинтересовалась дама в черном, останавливая дальнейший просмотр. – Что это тебе напоминает? - Типичная семья: папа, мама, дочь, - неуверенно начала я свой ответ. – Но мне все равно не разделить их радости, ведь я не знаю, что значит, когда рядом находится отец. Но вот, что странно… - Что именно? – спросила девушка, поворачивая ко мне свое лицо. - Волосы девочки… Ведь у ребенка цвет волос должен быть либо как у мамы, либо как у папы… А у нее каштановые как у женщины, но кончики… Словно окунули в банку с красной краской…, - рассуждала я, не отрываясь от видеоокна. - Интересный случай, - хмыкнула собеседница, пожимая плечами. – Давай посмотрим следующее видео. На улице стояла зима. Снега было много, что не характерно для города N. В такую погоду никто не хотел выходить из дому, ведь гораздо приятнее посидеть в удобном кресле, укутаться в теплый плед, насладиться ароматом свежего какао, и просто посмотреть телевизор. Но только одну семью постигла совсем иная участь в этот день. Двадцать пятое декабря, тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года… Мужчина одетый лишь в строгий костюм черного цвета стоял в нескольких шагах от могилы своей жены. Дочка была одета потеплее, и не до конца осознавала, что же они тут с папой делают. Переводя свой взгляд с мужчины на каменную плиту, усыпанную снегом, она сжала в правой руке две красные гвоздики, обвитые черной ленточкой. Девочка сделала шаг по направлению к калитке, отделяющей мир живых от мира мертвых. Но отец продолжал удерживать девочку возле себя. - Пускай подойдет, - спокойно произнесла только что подошедшая пятидесяти летняя старуха. – Попрощается, - тихо добавила она черноволосому. Девочка улыбнулась, вырвала свою руку, и в следующее мгновение уже стояла возле надгробия усопшей, и колдовала. Проводя рукой по каменной плите, толстый слой осевшего снега исчезал, а вместо него по надгробию стекала вода. Когда малышка закончила, то смогла разглядеть небольшую фотографию мамы, года ее жизни, а также небольшую запись на непонятном ей языке. - Бабушка, а что здесь написано? – спросила она, ставя цветы в мраморную вазу, и проводя рукой по странным закорючкам. - Любимой дочери, жене и матери. Помним, любим, скорбим, - солгала ей старуха. – Идем домой, Катария… Не хватало, чтобы ты еще простудилась… - Хорошо. Пока мама, мы еще придем сюда, - улыбнулась девочка, закрывая за собой калитку. Мужчина стоял и смотрел вслед удаляющимся фигурам. Потом перевел свой взгляд на надпись. - «Я влюбилась в Дьявола», - тихо прошептал он. – Я всегда буду любить тебя, Анна, и постараюсь защитить нашу дочь… И вновь незнакомка остановила. - Женщина умерла. – Я скорее утверждала, чем спрашивала, ведь только что своими глазами все сама и видела. – Но как? - Ее убили. – Это женское безразличие меня стало немного напрягать. – За любовь к… - Правителю Ада, - закончила я. – Но это не справедливо! – выкрикнула я, вскакивая с кресла. – Ведь в любви… - Все возрасты покорны? – Девушка стала смеяться, крепко вцепившись руками в подлокотники. Даже костяшки пальцев побелели. Она мне сейчас напоминала психически нездоровую личность. – Милочка, это не распространяется на расы… - А жаль, - тихо пискнула я, занимая свое место. - Это еще почему? – Она вмиг стала серьезной. - Не важно, - быстро отмахнулась я. – Давай дальше смотреть. – И почему я подумала про Белиара в такой момент? Неужели… нет, не может этого быть! По берегу моря шли парень и девушка, крепко держась за руки, о чем-то мило беседуя. Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо от желтого и красного до розового и фиолетового. Морская вода начинала терять свою голубизну и прозрачность. Вскоре на небе появилась первая звезда – Венера. Парень резко остановился, и заключил девушку в свои объятия, чего она явно не ожидала, и первое время пребывала в шоке… - Тебе не интересно? – поинтересовалась любительница темных балахонов, заметив, что я каким-то безжизненным взглядом смотрю в темноту напротив меня. - Останови, - отчужденно произнесла я. – Не хочу больше смотреть… - Почему? - Не хочу видеть, как отец обнимается со своей дочерью… это не правильно… - А жаль, - бросила она, и закинула ногу на ногу. - Почему? – Повторила я ее недавний вопрос. - Услышь всего два слова, и мы перейдем к просмотру следующего. – В голосе слышались нотки мольбы, и я пересилила себя. Вновь обратив свой взгляд на экран, я поняла, что девушка мне напоминала Катарию, только взрослую. Но вот парень… - Катария… Я тебя люблю… - Я тоже… Белиар… - Что? – Удивлению моему не было предела. Оказывается, что мой кошак, вернее демон Преисподнии, любитель притворства и король разврата, любит какую-то смертную по имени Катария?! Невероятно! - Вообще-то она дочь Дьявола и смертной. Это очень весомый аргумент, ты так не считаешь? - Нет! – Резко вскочив на ноги, и тем самым опрокинув кресло, я стала ходить из стороны в сторону. Это был мой способ успокоения и приведения мыслей в порядок. Хотя другие на моем месте стали бы рвать на себе волосы, но тогда увеличивается вероятность скорейшего облысения, или же начали курить, но в этом случае можно остаться без легких, либо же предпочли орать на всю округу и бить посуду, однако таковой не предусматривалось там, где я была сейчас. – Он приставал ко мне, и все это время любил другую! - В этом весь Белиар, - устало вздохнула девушка, и материализовала в своей руке чашку с горячим чаем. – Даже через тысячу лет не меняется… - Кстати, ты так спокойно о нем говоришь, - перебила я, останавливаясь перед ней. – Знаешь эту блудливую морду? Незнакомка вновь рассмеялась. Хорошо, что в этот момент она не пила напиток, иначе подавилась бы, и заляпала свой плащ… - Ты говоришь так же, как и Барбело! - Это еще кто? - Демоница коварства и вероломства… Но это не столь важно… А вообще я знаю его, и очень даже хорошо… - Откуда? Я хочу знать! – Почему-то это стало выводить меня из себя. Не знаю даже почему… Я не должна влюбляться в него! Мне это не надо! - Успокойся и присядь, - сказала она, и чашка исчезла из ее рук. – Еще пару моментов посмотрим и все поймешь, договорились? - Ладно,- буркнула я, и приземлилась на огромную подушку, которую сама и создала. Имею полное право. Мой сон в конце-то концов! Сколько мы времени провели за просмотром прошлого Белиара со «смертной» Катарией и некоторых моих знакомых из Преисподнии я не знала. Я упорно отказывалась признавать эту девушку демоницей, вот не знаю почему. Но мое внимание привлекло последнее видео: драка Белиара с каким-то новым демоном. По крайней мере, с ним я не была лично знакома. Как потом мне объяснила незнакомка, это был Мардериус. - Из-за чего они устроили потасовку? – спросила я, поворачиваясь к ней лицом. – Что или кого не поделили? - Тебя… - Почему? - Ты до сих пор не поняла? – Отрицательное мотание головой. – Поясняю… Катария – дочь смертной и Дьявола. В природе это не допустимо, и считается большим грехом. Мардериус как-то узнал про это, и доложил Высшим сферам, то есть Верховным Ангелам, - быстро разъяснила она, видя мое замешательство. – Потом на них началась охота… - На семью? - Да, с целью убить девочку, но им это не удалось, и погибла Анна – мать малышки. Дьявол решил забрать свою кровинку в Ад и воспитывал ее как истинную демоницу, естественно при помощи своих подчиненных… Лишь некоторые знали правду про Катарию… - В которую потом влюбился Белиар, да? - Абсолютно точно. Позже в Преисподнии узнали, что в охоте на дочь Анны виноват Мардериус – кузен Белиара, и за это был изгнан из Ада навсегда! - Но я не понимаю, при чем здесь я! – Не люблю, когда долго что-то рассказывают. Надо быстро и четко, а не философствовать полдня… - Погоди, скоро узнаешь, - настаивала незнакомка. – Катария спокойно жила себе в нижнем мире, пока Мардериус каким-то образом не узнал, что она жива. Он боялся, что рано или поздно демоница отомстит ему за смерть матери. Демон решил избавиться от полудемоницы: заточил ее душу в теле смертной! Когда она это произнесла, в моей голове прояснилась и дальнейшая картина. Значит Белиар был со мной только из-за того, что в моем теле была спрятана душа его любимой Катарии, а не потому, что я его чем-то привлекла? Это невозможно, неправильно, нечестно… Разве я создана для того, чтобы быть пешкой в чьих-то руках?! - Он ничего про это не знает, - произнесла она, вставая с кресла, и останавливаясь передо мною. – Хочешь открою маленькую тайну? – Я утвердительно кивнула. Одним секретом больше, одним меньше. Хуже уже точно не будет! Незнакомка медленно сняла с себя плащ, и я увидела до боли знакомые каштановые волосы с кровавыми кончиками. – Я и есть Катария!